Наталья Иванова – Как Квасилий за счастьем ходил. Высшая Школа Сказкотворчества. Ступень 2 (страница 2)

– Что за герой исподтишка нападает? Покажись! Али боишься?

– Не боюсь, – ответил Надей, сняв шапку-невидимку. – Вот он я.

Змею только того и надобно было. Набрал в пасть побольше воздуху и собрался плюнуть пламенем в Надея, да только парень был не промах – извернулся, и стукнул волшебной палицей по третьей голове Змея. И тут же Змей превратился в маленькую ящерку и скрылся в расщелине в стене.

Тут же раздался грохот, и стены замка стали рушиться.

Со Змеем было покончено. Пора возвращаться домой. Царевна кинулась на шею спасителю. Сели они на коня и отправились в обратную дорогу. Заехали к Бабе Яге – та ждала победителя, увидела весь бой в волшебное зеркальце. Вернул шапку Надей Бабе Яге, накормил и напоил коня. Отдохнув, отправились молодые дальше.

Заехали к Кикиморе на болото, рассказали о победе, вернули волшебную палицу, отдохнули и отправились домой. На развилке сидел старичок и ждал, когда молодые расскажут о победе над Змеем.

И вот, наконец, прибыли Надей и Красава в царство Веденея. Сидят царь-батюшка с царицей-матушкой на троне, печалятся. А тут входит дочь их ненаглядная – царевна Красава. Царь корону уронил, царица за сердце схватилась. А потом кинулись обнимать-целовать дочь, благодарить Надея. Царевич попросил руки Красавы. Веденей тут же согласился, отдал указ слать гонца за царём Гордеем, и готовиться к свадьбе.

Гуляли семь дней и семь ночей. Красава и Надей с тех пор жили долго и счастливо, а когда пришло время – стали справедливо править своим царством, завещая это и своим детушкам.

Вот и сказочке конец, а кто слушал – молодец!

Сказка о Василько, царском сыне и коте Баюне

В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь, и было у него три сына: Первак, Вторак и Василько. Старшие занимались хозяйством, а младший – Василько голубей гонял да на дудке играл.

Вот однажды занемог царь-батюшка, силы покинули его. Собрались лекари со всего царства, долго осматривали царя, советовались, да и пришли к мнению – надо собрать одолень-траву и сделать из неё напиток целебный. Выпьет царь целебный напиток и враз силы возвратятся. Сказано, сделано. Призвал царь-батюшка детей своих и повелел:

– Дети мои любезные, тот, кто принесёт мне одолень-траву для напитка целебного, тот и станет царём после моей смерти.

Переглянулись старшие братья меж собой, пожали обрадованно плечами, подумали: «Да разве ж это служба? Всего-то и делов, травы набрать», – и согласились.

Наутро собрались братья и отправились на поиски. Долго ли ехали, коротко ли, доехали до дерева, росшего у дороги, притомились. Спешились с коней, достали припасы еды, сидят, едят калачи, молоком запивают, беседу неспешную ведут. И тут голос слышат: «Здравы будьте, добры молодцы. Далеко ли путь держите?». Смотрят братья, а на ветке кот сидит, облизывается.

– Едем батюшке нашему одолень-траву целебную найти.

– Знаю я, где растёт такая трава. Могу подсказать. А не найдётся ли у вас молочка свежего бедному котику на пропитание?

– Вот ещё, – возмутились братья, – мы и сами её отыщем, а молока и самим мало!

Кот ничего не ответил, только стал мурлыкать себе под нос что-то с каждой минутой всё громче и громче. А братья и не заметили, как крепко заснули. Да так крепко, что пушкой не разбудишь.

А кот Баюн (а это был он), слез с дерева, выпил остатки молока и отправился обратно на дерево. А братья всё спят и спят.

Прошла неделя. От братьев – ни слуха, ни духа. Царские лекари обеспокоенно перешептывались у опочивальни царя-батюшки. На исходе седьмого дня призывает царь младшего сына и говорит:

– Василько, сынок. Придётся тебе отправляться за одолень-травой. Силы мои совсем иссякли, долго я не протяну, а от братьев твоих никаких известий нет.

– Хорошо, батюшка, – ответил Василько и отправился в путь-дорогу.

Только прежде, зашёл к мамушке-кормилице. Та благословила Василько, да дала в помощь волшебную скатерть и наказала: «Как проголодаешься, загадай, что пожелаешь, да произнеси слова заветные: „Скатерть-самобранка, помоги, накорми“. А как только закончишь трапезничать, поблагодарить не забудь».

С этими словами и поехал Василько за одолень-травой. Долго ли, коротко ли, доехал до дерева, что у дороги стояло. Притомился. Проголодался. Глядит, а под деревом спят братья старшие беспробудным сном. Слез с коня Василько, долго будил братьев, не просыпаются. Достал тогда скатерть-самобранку, сел под дерево, заказал себе краюху душистого хлеба, да молока бутыль. Только откусил кусок хлеба и отхлебнул глоток молока, как услышал голос:

– Доброго дня тебе, добрый молодец. Далеко ли путь держишь?

Поднял голову Василько, а на дереве кот сидит, облизывается.

– И тебе не хворать. Да еду за одолень-травой, только вот незадача – где растёт такое чудо? А не знаешь ли, почему братья так спят крепко? Никак разбудить не могу.

– А не найдётся ли и для меня кусочек мясца, да глоток молока?

– Да сколько душе угодно, – и Василько попросил скатерть дать мясца кусок и молока миску для кота.

Наелся кот до отвала. Замурчал от удовольствия, позевывая, сказал:

– Братьев твоих я усыпил, жадные они – мясца для котика пожалели. А тебе к Бабе Яге надобно ехать, у её избушки та трава растёт. А живёт она у края дремучего леса. Если поторопишься – до заката успеешь. Только Баба Яга так просто ту траву никому не даст сорвать. Бережёт как зеницу ока для себя.

Стал Василько просить кота разбудить братьев.

– Не могу, – ответил Баюн. – Сон разогнать может только волшебная дудочка, у Яги хранится.

Попросил Василько Баюна, чтобы рассказал, как Бабу Ягу перехитрить. На что кот ответил:

– Я помогу тебе, только что ты мне взамен дашь?

– Забирай скатерть, так и быть. Я быстро обернусь, проголодаться не успею, а ты завсегда сытым будешь.

Обрадовался кот и рассказал, как обмануть старуху. И в придачу дал шапку-невидимку, до сундука добраться. И строго-настрого предупредил, чтобы рвал Василько только одолень-траву, а рядом торчащие былиночки не трогал. Попрощался Василько с котом и отправился дальше.

Долго ли, коротко ли доехал до кромки леса, глядь, у самой границы стоит избушка на курьих ножках, переминается с ноги на ногу. А вокруг трав разных видимо-невидимо. И никого не видать. Решил Василько нарвать травы по-тихому, только дошёл до кустика, только наклонился сорвать, да задел нечаянно былинку малую. Тут такой трезвон пошёл! Откуда ни возьмись, налетела со свистом Баба Яга, да ну ругать, да ну кричать!

– Как смеешь ты, смертный, трогать траву заветную! Без спроса! Без дозволения!

Испугался Василько. Стал молить о прощении:

– Прости, бабушка. Я ведь не со зла! Батюшка мой занемог – помочь сможет только целебный отвар из одолень-травы. А братья мои отправились за травой, да только кот Баюн усыпил их, а разбудить их сможет волшебная дудочка, что ты в сундуке прячешь.

– Ладно, так и быть, дозволю я тебе нарвать травы и дудочку дам, только ты для меня службу сослужи: добудь воды из двух ручьёв – живого и мёртвого. Добудешь – получишь, что просил, а не добудешь…

Обрадовался Василько, расспросил, где находятся ручьи, на что Баба Яга ответила:

– У большого белого камня под белой берёзой – течёт ручей с живой водой. А с обратной стороны этого же камня под осиной – течёт ручей с мёртвой водой. Охраняет камень злобный старый пёс, он хоть и старый, да только слух у него отличный. Заметит – проглотит любого. Вот и надо набрать водицы так, чтобы пёс не проснулся.

– Ну, а если проснётся – тебе несдобровать.

И пошёл Василько к белому камню пешком. Видит, лежит огромный лохматый пёс, спит, пузыри носом пускает. Надел Василько шапку-невидимку и осторожно стал двигаться к ручью с мёртвой водой. Дошёл почти, а лапа пса прямо возле воды лежит, не обойти, и как убрать непонятно. Замер Василько, а потом сорвал былинку и легонько пощекотал ногу пса, будто муха села. Пёс зашевелился и сдвинул лапу. Василько очень осторожно открыл пузырёк и набрал воды. Так же осторожно стал перебираться на сторону живой воды, да не заметил, как мелкий камушек выскочил из-под сапога.

Пёс поднял ухо. Василько замер. Пёс повертел головой, понюхал воздух. Никого. Положил голову на лапу, зажмурился и стал храпеть.

Василько выждал время, и продолжил движение. Набрал водицы живой, да на радостях чуть о хвост не споткнулся. Пёс подскочил и завертелся на месте. Василько только успевал отскакивать. Несколько минут кружился пёс, ища причину беспокойства, да так ничего и не увидел. Поскуливая, лёг на место и заснул. Василько еле дыша, спиной наперёд отступил на безопасное расстояние и бегом к Бабе Яге.

А старуха все глаза проглядела, высматривая Василько. Добрался царевич до избушки, отдал Бабе Яге пузырьки с водой и стал наблюдать, что та станет делать. А старуха умылась мёртвой водой и все морщинки на лице её вмиг разгладились, выпила глоток живой воды: волосы потемнели, горб исчез, нога выровнялась и помолодела старуха, лет на двести. На радостях отдала Василько волшебную дудочку, помогла нарвать одолень-травы и остатки воды целительной для батюшки-царя отдала.

Отправился Василько в обратный путь. Долго ли, коротко – добрался до дерева, а там кот на ветке сидит – довольный, облизывается, нос в сметане. А под деревом всё также крепко спят беспробудным сном братья.