Наталья Игнатенко – Энтара (страница 16)

– Ты мать своих детей сделал рабыней? А жена у тебя есть?

– Нет. Мне и так хорошо. Если надо, еду к оркам. Там по закону можно пользовать любую особь женского пола, кроме невесты правителей.

Я чуть не задохнулась от злости, но наконец мне поступает нужная информация. Выдохнула. Взяла себя в руки.

– У остальных рас по-другому?

Гном пригладил длинную бороду, заплетённую в косички.

– У всех рас – женщина – это источник магии. До совершеннолетия её берегут, но после того как забирают искру, она становится никому не нужной. Самое ценное – это магия, потому что магия – это власть. Чем её больше, тем дороже деву продают. Устраивают аукционы, договариваются между родственниками. И как вы понимаете, у кого больше денег, тот и выкупает искру. Чем больше искр, тем выше резерв. Тем огромнее власть. Только вот в последнее время, всё меньше рождается дев с искрами.

– И я даже знаю почему, – зло рыкнула я.

Гном словно не замечал моё состояние.

– Почему?

– Всё дело в женщинах. Вы же не сможете рожать себе сами. Так почему такое отношение к той, что родила для тебя сына? Она носила его многие месяцы под своим сердцем, переживала тяготы беременности, а ты её в наложницы? Да ещё и без магии оставил.

– А зачем женщине магия? – искренне удивился Вальтер.

– Ты правда не понимаешь? – меня разобрало такое зло, – смотри, – я подошла и положила ладони на шершавый, холодный камень. Закрыв глаза, представила его не стеной, а занавесом. Руки сложились в жест «прозрачность», пальцы растопырились, а потом мягко растопырились, словно раздвигая невидимую пелену.

Сначала ничего не произошло. Лишь тёмная, плотная масса. Я углубила концентрацию, чувствуя, как магия вытягивается из меня тонкой, но упругой нитью. И тогда камень начал меняться. Он стал терять плотность, превращаясь в мутноватую, зернистую дымку. Я не видела кристаллов – лишь смутные, размытые тени в толще породы. Но Вальтер, заглянув в этот обманчивый проём, ахнул:

– Я вижу все камни, что внутри, но как? Это же... невозможно! – гном перевёл взгляд на меня и замер в потрясении.

– Я вот лично ничего не вижу, кроме тёмных точек, – в глазах потемнело, и я сползла по стеночке.

Очнулась на кровати. Сердце в страхе ухнуло вниз, но увидев, спящего на полу Вальтера, выдохнула с облегчением. Он услышал, что я проснулась и подскочил на месте.

– Госпожа, вы истощили себя. Разве так можно? – захлопотал он у постели, – нужно покушать. Я слышал, что, когда перенапрягаешься, необходимо восполнить силы за счёт энергии пищи. Я уже всё принёс.

Не сопротивляясь, я принялась сметать всё с импровизированного стола. Когда тарелки опустели, я откинулась на подушку.

– Ты меня принёс?

Гном кивнул.

– Нас кто-нибудь видел?

– Да, почти все. Госпожа, – гном замялся, – а то, что вы говорили на счёт женщин и магии, можете пояснить?

– Я думаю, – поудобнее устроилась я на подушках, – что для того, чтобы возродить магию в гномах, нужно прекратить отбирать искру у женщин. Шанс родить ребёнка с магией, если она будет у обоих родителей, значительно возрастает.

– Но мы всегда так делали! – воскликнул гном.

– Правда? А я думаю, что нет. Ты же сам сказал, что у вас нет доступа к родовым знаниям. Откуда ты можешь знать, как было раньше. Я считаю, что это целенаправленная диверсия против гномов.

– Но… что женщины будут делать с магией?

– Ты сам видел! – начала снова злиться я, – магия – разная. Кто-то будет зерно выращивать, кто-то кашу варить, а кто-то в недрах искать руду, причём без всяких браслетов.

– Но это… это… – у гнома не нашлось слов.

– Место женщины в постели, я помню, – со злостью рыкнула я, – а что мешает попробовать? А? Вдруг получится? Что важнее, отобрать искру, которая и так мала, или попробовать возродить магию у гномов?

– Я не знаю, – честно ответил Вальтер, – будет сложно переубедить целый народ. Даже я, хоть и видел, что вы можете, всё равно сомневаюсь.

– Тогда остаётся один путь, – я зло усмехнулась, – я посажу на трон сильную духом женщину, и уж она-то точно проведёт правильную политику.

– Никто её не воспримет серьёзно, – покачал головой гном.

– Даже с этим? – Я прошла в умывальню, вернулась с тяжёлым свёртком и открыла его на одеяле.

В тусклом свете комнаты они словно впитали в себя всё сияние забытых подземных солнц. Корона, браслет и перстень лежали на грубой ткани, и даже безмолвные, они источали невероятную, почти осязаемую мощь.

Дыхание Вальтера прервалось. Он буквально рухнул на колени, и его взгляд, полный священного ужаса и благоговения, застыл на регалиях.

– Это же… – его голос сорвался на шёпот. – Корона… Нужно немедленно отнести их Старшему Мастеру! – вырвалось у него, когда он нашёл в себе силы говорить.

– Ага! Сейчас! – хмыкнула я. – Чтобы у него их снова украли? Нет! Я сначала хочу посмотреть ему в глаза, а уж потом решать, достоин ли он вернуть себе былую мощь. Скажи, если мы найдём самую богатую жилу за последние сто лет, он приедет смотреть на неё сам?

– Без сомнения! Ради такого события… пришлют целый эскорт!

– Отлично! Осталось одно – найти жилу. Как будем искать?

– По карте? – предложил гном. А я чуть не стукнула себя по лбу. Я ведь собиралась обследовать все ответвления ножками лично.

– Давай! – кивнула я, намеренно медленно надевая браслет на запястье. Металл, прохладный и живой, обнял мою руку. Рядом с браслетом орков. Они вместе смотрелись словно одно большое украшение. Зато перекрыли вязь избранных.

Вальтер замер, глядя на то, как артефакт его народа покоится на руке женщины. Он что-то пробормотал, поклонился уже не мне, а браслету, и пополз за картами. Притащил несколько рулонов. Мы разложили на полу одну из них – ту шахту, в которой сейчас находились.

– Теперь посмотрим, что ты можешь, – прошептала я, поднося руку к древней карте.

Сначала ничего не происходило. Потом на пергаменте, в стороне от основных штолен, замерцала тусклая, едва заметная зеленоватая точка.

– Здесь, – ткнула я пальцем. – Но оно... крошечное.

Вальтер, затаив дыхание, смотрел то на карту, то на светящийся браслет.

– Это невозможно... Шахта пуста. Все жилы выработаны столетия назад.

– Значит, зародилась новая, – я уже стелила следующий рулон, карту соседнего подземного района. Здесь свечение браслета было иным – ярким, сочным, с целыми россыпями зелёных огоньков.

– А вот здесь... – я обвела рукой обширную область. – Здесь есть что искать.

– Это чудо! – вскричал Вальтер, – вы будете богаты!

– Я думаю, что для начала, ТЫ найдёшь это месторождение, – я ткнула пальцем в небольшую зелёную россыпь на карте. Тебе положен какой-нибудь процент с находки?

– Раньше, когда сила и власть концентрировалась у правителя, платили лишь рабочим, потому что лишь он всегда знал, где жилы. Сейчас всё изменилось. За новое месторождение отдают десятину.

19.

– Отлично. Ты потребуешь свои деньги и ещё место Советника.

– Но кто меня возьмёт, госпожа?

– Когда они узнают, что ты можешь находить новые месторождения, то тебя заберут с руками и бородой. Со мной – ты станешь легендой, – прищурилась я.

– Но как же вы, госпожа? Это ведь ваши сокровища, и без браслета ничего не получится, – Вальтер сглотнул, глядя на гаснущий кристалл. В его глазах читался восторг.

– Они никогда не поверят, что жилу нашла женщина. Но… мне нужно будет находиться с тобой рядом. Придумай для этого причину. Скажи, что я наложница, приносящая удачу. Они же в это верят.

– Я понял, госпожа.

– Правда, у меня есть одно условие для тебя, – я резко взглянула на гнома. Тот выпрямил спину и кивнул как послушный болванчик. – Ты возьмёшь в жёны мать своих детей и будешь оберегать её до конца своей или её жизни. А если у тебя родится дочь, то ты сделаешь всё, чтобы она стала магичкой! И сыновьям внуши уважение к женщине. Думаю, что это малая плата за то, что ты скоро станешь богат. Ты же для них стараешься? Кому ты собрался передавать свои сокровища?

– Нечего было раньше передавать, госпожа. Я выполню всё, что вы мне сказали.

– Теперь, последний вопрос, – я немного замялась, – почему ты ударил меня плёткой? Где твои предыдущие девушки?

– Моя жизнь полна труда и безысходности, – сразу же ответил он, не поднимая глаз, – власть – это единственное, чего я достиг в этой жизни. Пусть маленький, но начальник. Это островок контроля в море бессилия. Вид страха в глазах другого – это подтверждение, что я ещё хоть что-то значу. Девушек нет в живых. Они были из простых, уже отдавших искру. В основном – гномки. Простите.

Внутри всё кипело. И этого монстра я делаю Советником? Только искать новую кандидатуру нет времени, да и Вальтер уже заработал себе репутацию, которая нам пойдёт на пользу. Если уж такой изменится, то остальные задумаются.

– Ты никогда больше не ударишь живое существо просто так. Лишь обороняясь. Иначе ты на всю жизнь останешься немым, – гаркнула я, вкладывая в свой приказ магию. Да откуда их таких берут? Маленькая букашка, а мнит себя великим повелителем.