Наталья Гордина – Во власти неведомых чар (страница 28)

Струны чуткие порвались Горестной души, Мне надежды не осталось. В сумрачной тиши Обернулась я, сгорая В океане глаз, Обречённо ожидая Свой смертельный час. Плоть в клыков кровавых власти Мучилась, скорбя, Вне себя душа от счастья Обняла тебя.

Нищенка

Прочь, нищенка! Как ты смела Сидеть на моём крыльце! Одежда примёрзла к телу, Отчаянье на лице. Искрится заря скупая, О помощи зря молю, Босою ногой ступая По инея хрусталю. Надрывно рыдает ветер, И улиц промозглых даль В заката кровавом свете Наводит на сердце печаль, Сосулькою небо застыло, Распятое болью моей, Я счастье улыбки забыла В унынье безрадостных дней. Презренье читаю во взгляде, Меня сторонится толпа, К чугунной церковной ограде Шагнула босая нога. Мне стужа шепнула на ухо: «Друзей здесь тебе не найти, Сердца к состраданию глухи, Но ты их за это прости». Хоть я не поверила стуже, Застыла, дрожа, у двери, В слезах замерзая снаружи, Согреться боясь изнутри. Колени мои подогнулись, И рухнула я на порог, Вдруг двери, скрипя, распахнулись, И старец, печален и строг, Взглянув на меня молчаливо, Мою исхудалую плоть Поднял и понёс торопливо Туда, где печали Господь Врачует заботливой дланью, Любовью наполнив свой взор. Но поздно! Уж жертве закланья Смерть вынесла свой приговор.

Пещера

В жутком сумраке пещеры Средь унылых лиц Я Христа забыла веру, Отблески денниц, Око солнца в небе ясном, Облаков узор. Ко всему стал безучастным Мой печальный взор. Не прочесть под капюшоном Горечь моих глаз, Как душа моя со стоном