Тени во мраке аллей.
Туч силуэт пламенеет таинственный
В дышащей негой дали.
Где же ты, друг мой, родной и единственный?
Сердца тоску утоли.
Ветки сирени, нахмурясь презрительно,
Шепчутся с ветром о нас.
Ну до чего же заката пленительно
Краски ложатся сейчас
На листья клена в багрянца сиянии!
Сумрак волнует мой взор,
Стонет тоскливо душа в ожидании,
Что ты придёшь. Разговор
Мы заведём, как всегда, незначительный,
Руку в руке ты сожмёшь,
Скажешь, разлуки напиток мучительный
Ты пригубил, и прижмёшь
Губы к губам в полумрака томлении.
Время, на миг погоди!
Звуки шагов различив в отдалении,
Рвётся душа из груди…
Бежевый цвет
Раненым сердцем орган застонал,
Сумрачно тени сгустились,
День в полумраке, скорбя, умирал,
Блики на стёкла ложились.
Луч витражей целовал полотно,
Свитком навис фолианта.
Плавилось туч золотое руно
На волосах музыканта.
Блики искрились в проёме окна.
Лишь ты был важен на свете.
Робкой походкой спешила весна
В сердце. Застенчивый ветер
Кистью заката в окно постучал,
Брызнули краски на стёкла.
Горестный взор в полутьме изучал,
Как тени таяли блёкло.
Контур органа, сиянье очей.
Тусклых тонов очертанье
Стыло полоской покатых плечей.
Господа предначертанье
Душу томило. Тоскливый мотив
Лился, исполненный чувства,
Церкви таинственный свод оживив
Силой любви и искусства.
Червонный цвет
Густые тени легли на землю,
Нахмурив неба кровавый плат.
Напеву ветра с тоскою внемлю.
Игрою бликов чадит закат.
Взгрустнулось. Чертит дорожки сада
Угрюмо солнце огнём лучей.
Ну где ж ты, друг мой, моя отрада?
Целуют тени овал плечей.
В оттенках красок разлито лето.
Мрак луж прозрачных рябит вуаль.
Мы вновь не вместе, ты снова где-то,
И ранит душу мою печаль.
Ты не со мною. Художник мрачный,
Бродяга-вечер раскрасил даль,
И льётся сумрак, как фон невзрачный
Для акварели. Немного жаль,
Что не придёшь ты опять к беседке
И не коснёшься губами губ,
