В бездне глаз, чувств живительных муки
В моём сердце, в ладони ладонь.
Гладит волосы ласковый ветер,
Ты меня обнимаешь, любя.
Никого нет дороже на свете,
Никого нет желанней тебя.
Оранжевый цвет
Время шло, ты всё не приходил,
В бездне глаз купалось искрой лето,
И из неба повреждённых жил
Текла кровь распятого рассвета,
Рвался свет в раскрытое окно
Гаммой бликов радужного цвета,
Акварелью утра полотно
Рисовала мгла, в туман одета.
Чувств мольберт хранил твои черты,
Отражаясь в облаков алмазе,
И скучали алые цветы,
На столе томясь в хрустальной вазе.
Луч ласкал волос моих тесьму,
И касался ветер губ овала.
Сердца жар тебе лишь одному
Я отдать, любимый мой, мечтала.
Ты не шёл. И, стоя у окна,
Всё следила я пытливым взором,
Как вином любви моей пьяна,
Загоралась даль цветным узором.
Но с глазами встретились глаза,
Я к двери метнулась, торжествуя,
И скатилась жемчугом слеза,
Бархат щёк застенчиво целуя.
Бордовый цвет
Кровью сорванных роз пламенеет закат,
Темно-красных небес вершины
Грудью терпкий вдыхают цветов аромат,
Вдаль спешат облака-паладины.
В полумраке беседки я взгляд твой ловлю,
И трепещет душа, словно птица,
Вновь и вновь повторяешь ты нежно: «Люблю!»,
И загадочно мгла серебрится.
В полумраке беседки алеет закат,
Блики света ложатся на стены,
Небосвода испачкан синеющий плат
Кровью, бьющей из сумрака вены.
Кровь повсюду. Пылает небесный огонь
Твоих глаз. Губ касаются губы.
Я ладонью с любовью сжимаю ладонь.
Тает сердце. И сумерек трубы
О любви в отдаленье чуть слышно поют,
Плачет ветер дыханием скрипок,
Розы влагу небесную с горечью пьют,
Контур туч так расплывчат и хлипок,
И полоской бордовою призрачный сад
Растворяется в тьмы очертанье,
Как рукою, лучом нам кровавый закат,
Умирая, взмахнул на прощанье.
Фиолетовый цвет
Я вышла в безлунную ночь,
Не в силах тоску побороть.
Гнал сумрак сомнения прочь,
Терзая отчаяньем плоть.
Мне сердце сжигала печаль,
О Боге шепча и любви.
Плескалась задумчиво даль
В луны леденящей крови.
