Ласкают, тая в омуте очей?
Что, вздрогнули? Картина вам знакома?
Я сотни пар возлюбленных встречал
Под сенью клёнов поодаль от дома.
Я по глазам их, право, отличал
От тех, других, кому не ведом чувства
Огонь в груди, кто глух к призывам Муз
И отрицает магию искусства,
Как недостойный изученья груз.
Сия напасть меня не миновала.
И я к ногам Тринадцатой припал,
Слова любви твердя у покрывала
Опавших листьев, что чертил опал
Унылый солнца у размытой грани
Земли и неба, красотой пленя
Изящных черт, когда с тоскою длани
Теней угрюмых обняли меня.
Раздумья на морскую тематику
Иероглифы лунного света
Мрак чертил среди пены морской
Арабесок волны, что поэта
Красотою пленяли, покой
Забирая и к морю любовью
Наполняя чувствительный ум,
Когда пурпурный луч к изголовью
Припадал на закате. Вновь дум
Был я полон. Исполнен страданья,
В вихре брызг завывал за окном
Горько ветер-бродяга. Свиданья
С ароматным стаканом с вином
Отменять я не стал, упиваясь
Терпким вкусом при свете свечей.
Полоса моря, с неба сливаясь
Чертой, таяла в бездне очей.
У камина средь бюстов и ряда
Гобеленов я в кресле писал,
И пленяя красой, как наяда,
Тусклый луч на странице плясал.
Как Синдбад бороздить океаны
Я б хотел, а не грешников в ад
Эскортировать. Дивные страны
Посетить, что секреты таят
Недоступные смертного взору
И ценней оттого в сотни раз
Для того, кто замыслил на гору
Каф взобраться и углями глаз,
Изумрудной скрижали касаясь
Хмурых туч, лик земли изучать
И, красою ее наслаждаясь,
Каждый день в дневнике отмечать
Парой фраз, пускай едких, читатель,
Но правдивых, не так уж давно
Пережитых, которых издатель
Не отвергнет, промолвив: «Смешно!»
Японские гравюры
Улыбаться Богу, право, не приучен,
Оттого и беды все мои. Гоним
Отовсюду, прячусь у небес излучин,
Полумраком сада бережно храним.
Как певец заката, в даль аллеи сонной
Я привык украдкой пробираться. Жаль,
Что один я вечно у черты бездонной
Облаков, что веток обнимают шаль.
Годы, что провёл я с Фаустом, бесспорно,
В памяти оставят навсегда свой след, 
