Наталья Габитова – #УрокиТьмы (страница 1)

Наталья Габитова

Тик-Ток проклятий. #УрокиТьмы. Книга 3

Глава 1 – Новый онлайн-класс

Ну класс, снова началось. Ещё один школьный «апдейт века», который обещает «улучшить учебный процесс», а по факту – заставит мой комп плакать пикселями.

Я устроилась в кресле поудобнее, поджав под себя ногу, и уставилась на монитор так, будто могла взглядом ускорить загрузку. «Эврика-Стрим» – новая образовательная система, от которой уже на старте веяло кринжом. Логотип висел на кислотно-синем фоне, цвета такие яркие, что глаза чесались. По экрану плавали геометрические фигуры. Видимо, они должны символизировать знание… но выглядели больше, как тетрис, который ударили веником.

– Давай, родная, грузись, – пробормотала я и постучала пальцами по столу.

В классовом чате тем временем творился угар. Милана вбросила гифку с горящим мусорным баком и подписью: «Наш новый дом». В ответ полетели эмодзи, короткие «жиза» и «ЛМАО». Вообще неудивительно – нас же сюда перевели по приказу сверху. «Система эффективнее», ага. Мне бы кто эффективно объяснил, почему каждую четверть нас пересаживают на новую платформу, будто тестируют на нам бета-версии.

Полоска загрузки дёрнулась, помедлила… и наконец дошла до конца.

«Добро пожаловать, Алиса Волкова. 8 «Б» класс».

Появился интерфейс – слишком чистый, будто из рекламы для айтишников. Белый фон, аккуратные кнопки, пустота между блоками. Никакой анимации, никакой души. Иконка расписания, список предметов и в правом углу – аватарка профиля, которая мигнула один раз, будто приветствуя. У меня даже мурашки пробежали по рукам. Я наклонилась к столу, ловя мышку. Хотела глянуть расписание – завтра русский, матеша, литра. Ничего странного.

Но не успела навести курсор, как он… застыл.

Просто замер.

Я потрясла мышку. Курсор чуть дёрнулся, но не послушался. Вместо того чтобы поехать к иконке расписания, он медленно пополз вверх, в угол, туда, где висел профиль.

– Не тупи, – сказала я вслух. – Я же тебя не трогаю.

Лаг? Мышка? Пыль?

Я перевернула её, подула в сенсор. Классика: дуешь – и будто чинится. Вернула на коврик.

Но в тот момент краем глаза заметила… дёргание. Не курсора. А пикселей вокруг моей аватарки. Фон в углу экрана будто вздулся и слегка дрожал, как будто его трогали изнутри.

Я пригляделась.

На долю секунды – реально меньше хлопка – моё фото инвертировалось и меня будто ударило током. На миг перед глазами вспыхнула та же рябь, что была в Нэт-Сфере – когда мы стояли на балке, а стены сжимались, будто собирались проглотить нас. Тот цифровой хруст, как когда код рвётся на куски. И тень за спиной Миланы – пиксельная, дрожащая, точно такая же, как вокруг моей аватарки сейчас. Я моргнула – флеш исчез, но тело уже всё вспомнило. Озоновый запах, тяжесть в плечах, ватные ноги. Ничего не изменилось. Оно просто нашло новый экран. Мой же портрет, но цвета сдвинулись: кожа стала синеватой, глаза – белыми, пустыми. Прямо как негативное фото, только мерзкое. А потом картинка вернулась обратно, будто ничего не было.

У меня внутри что-то неприятно сжалось. Появилась сухость во рту. Я сглотнула, но ком в горле не пропал.

– Это видеокарта чудит, – пробормотала я так, будто надеялась убедить кого-то. Себя? Комп? – Перегрелась, наверное.

Но глубоко внутри я уже понимала: это не железо.

Этот лёгкий запах озона в воздухе, едва уловимый – как перед грозой.

Электрическая тяжесть, оседающая на плечах.

И тихий, почти интуитивный зуд в затылке, будто кто-то следил.

Я уже видела такое – не прямо то же, но похоже.

Тени глитчей, которые проступают, когда система ведёт себя… не как система.

Снова попыталась закрыть окно: Alt+F4 – ноль реакции. Ctrl+Alt+Delete – экран даже не моргнул. Всё выглядело так, будто комп стал глухим.

И курсор снова рванулся. Резко. Дико. Он отскакивал, как заглючившая муха, оставляя за собой рваные следы, будто царапины на стекле. Я попыталась перехватить контроль, но стрелка только ускорилась.

В какой-то момент она будто замерла рядом с моей аватаркой, ткнулась в неё… и экран чуть дрогнул.

Я почувствовала, как колени стали ватными. Пальцы на мышке вспотели.

– Серьёзно? Только не сейчас…

Я нажала кнопку питания на мониторе.

Ничего.

Ещё раз – тихо щёлкнула пластмасса, но изображение даже не помутнело.

И в этот момент… наушники, висящие у меня на шее, ожили.

Сначала – просто треск, будто кто-то перетирал алюминиевую фольгу.

Потом шум стал ритмичным, как сердцебиение, но металлическое.

Я хотела сорвать наушники, но пальцы не слушались. Они были холодными и дрожали так, будто я держала в руках лёд.

И сквозь треск прорезался голос.

Собранный из чужих фраз, чужих обрывков.

Словно кто-то нарезал звук из старых роликов и склеил в новое слово.

…А-ли-са…

У меня в животе всё упало.

Мир будто стал мягким, ватным.

Я вдохнула – но воздух не вошёл глубоко.

Нет. Это не просто глюк.

Я резко оттолкнулась от стола – кресло отъехало с грохотом.

Экран пошёл рябью, как старый телевизор.

И буквы в расписании потекли.

НЕ исчезли, а именно потекли – вниз, оставляя следы, как мокрая гуашевая краска.

Список одноклассников мигал: имена менялись местами, цвета инвертировались, будто кто-то листал варианты наподобие «рандомизатора».

…Вижу тебя…

Шёпот стал отчётливее.

Мне пришлось сглотнуть, но горло сжалось так плотно, что казалось, я проглатываю камень.

В плечах появилась странная ломота, будто кто-то давил сверху ладонями.

Я оглянулась на камеру. Она была заклеена чёрным скотчем.

Я сама её заклеила.

Я помню.

Но ощущение было таким, будто на меня смотрели прямо через скотч.

– Ты кто? – выдохнула я почти шёпотом.

Ответа не последовало.

Курсор внезапно перестал метаться. Он замер строго по центру экрана.

Пиксели вокруг медленно сгустились и начали пульсировать.

Сначала это было похоже на пятно.

Потом на тёмный клубок.