Наталья Филимонова – Истинно по-драконьи (страница 4)
– Какого? – мрачно уточнила я, уже готовясь услышать, что мой суженый – вот тот хам, который меня сюда притащил. Однако рыжий неопределенно пожал плечами.
– Кого-то из рода Д'Агор. Может быть, даже моей. Или моего брата… одного из моих братьев. Вы создали проход и отправили зов – его услышал старший в роду, как самый сильный из нас. Это, конечно, не значит, что вы связаны именно с ним, хотя есть и такая вероятность. Поймите, в наше время истинная пара – такая редкость, мы просто не можем упустить малейший шанс…
Захотелось зажать руками уши. Значит, вассалов они силой не держат и цепями не приковывают. У них цивилизованная страна! Зато если тебе крупно не повезло и ты, возможно, чья-то там истинная пара – то тебя можно хватать и запирать в башне?!
*
Ладно… ладно! Для начала стоит выяснить, чем мне эта самая возможная парность грозит.
– И чем мне это грозит? – поинтересовалась уже вслух.
– Грозит? – непонимающе нахмурился рыжий. – Это великое счастье!
– Это вам, может, и счастье, – мрачно буркнула я. – А мне такого счастья и даром не надо! Давайте уже подробности, добивайте.
– Да поймите же! Если вы – истинная пара дракона, это значит, вы подходите друг другу идеально! – вид у дракона был такой, как будто он мне объясняет прописные истины, а я, как очень непонятливый ребенок, упрямлюсь и не желаю признавать очевидного. – Во всем! Вы всегда будете друг друга любить. Всегда будете верны. Будете счастливы вместе! В конце концов, даже дети у вас будут сильнейшими из драконов! Найти свою истинную – величайшее счастье, о котором может мечтать дракон, и далеко не каждому оно выпадает. Вы выйдете замуж, и…
– А я не хочу замуж! – я поневоле сжала кулаки. А мой собеседник, кажется, совершенно опешил.
– Что значит – не хотите? Все девушки хотят! – ну конечно, и тон такой убежденно-снисходительный.
Я закатила глаза.
– Давайте так. Что у вас делают с истинными, которые категорически не хотят быть истинными и выходить замуж? На цепь посадите, силком к алтарю потащите или что?
– Да что значит – не хотят? – все-таки и он, кажется, начал терять терпение. – Так не бывает!
– Ну, или я бываю, или я – никакая ничья не истинная.
– Но чего вы хотите? Вы же… девушка! Все девушки мечтают о муже!
Опять двадцать пять! А чего я хочу? В самом деле… например, вернуться в тот самый момент, из которого меня выдернули.
Моя выставка! Первая! Персональная! Не считать же, в самом деле, студенческие “сборные солянки” или уличные “вернисажи”. И не где-нибудь, а в лучшей галерее города. Да это самое счастливое событие в моей жизни! Должно было быть…
Я не самая везучая художница. Преподаватели не раз говорили, что я талантлива, но с моим направлением мне придется непросто. Чистая правда! Очень непросто. Скажем, мой сокурсник-сюрреалист легко продает свои работы в интернет-магазине. И он не раз уже выставлялся. А я… Да, мои картины – особенные, и это признают все, кто видел их “живьем”, мог “услышать” шелест листвы, “почувствовать” дуновение ветра, “вдохнуть” запах нагретой на солнце земли или аромат цветов. Но все это оживает только когда ты смотришь на оригинальный холст. Мои работы невозможно оценить, увидев снимок на экране. Там они превращаются просто в картинки с драконами и сказочными пейзажами – точно такие же, какими полнится Сеть. И вот наконец мне удалось, я получила свой шанс…
Какое еще, чтоб их всех за хвост и об стенку, замужество?!
Все это я попыталась объяснить рыжему дракону. И наткнулась… ну, собственно, на стенку и наткнулась. Стенку из непрошибаемого спокойствия и непонимания. Может, я, конечно, слишком уж сумбурно говорила, пытаясь рассказать о деле своей жизни, о том, что для меня по-настоящему важно…
– Не волнуйтесь так, ройса Анастасия! – теперь тон Рейно Д'Агора был откровенно снисходительным. – Многие благородные дамы имеют увлечения. Кто-то вышивает, кто-то рисует акварели… это совершенно нормально, никто не запретит вам это делать! В конце концов, надо ведь чем-то занимать свой досуг…
Вот тут у меня перед глазами и упала красная пелена. Я отчетливо поняла, что если позволю этому дракону распинаться дальше о “досуге дам”, очень скоро на одного дракона в этом мире станет меньше. Причем убит он будет особо зверски.
Так. Надо успокоиться. Иначе я так больше ничего и не узнаю, только учиню безобразный скандал. Ну и совершу убийство, без этого никак.
А чтобы успокоиться…
Я схватила со стола колокольчик и отчаянно им затрясла.
Та же самая девушка в переднике появилась с такой скоростью, будто только и ждала моего знака, сидя прямо под дверью.
– Мольберт, – отрывисто скомандовала я. – Холст. Краски. Масло, акварель, вообще все, что есть. Кисти. Карандаши. Бумага. Все, что найдете, – быстро!
Наверное, тон у меня был… выразительный. Во всяком случае, горничную мгновенно как ветром сдуло, она даже переспрашивать и уточнять ничего не стала. А я вихрем кинулась проверять все двери, ведущие из гостиной. Помимо спальни, в “моих” покоях обнаружился… хм, предположительно будуар – с туалетным столиком и множеством диванчиков и козеток. Совершенно бесполезное помещение, в общем. И – ура! – еще одна комната с панорамным окном и эркером, выходящим на ту же сторону, что и спальня!
Я снова затрясла колокольчиком. На сей раз девушка появилась с задержкой в несколько секунд.
– Всю мебель отсюда – вынести. Сюда – удобный стул, стол, мольберт. И быстро! Дррракон!
Рыжий, все это время следивший за моими метаниями округлившимися глазами, явно решил, что я сошла с ума. Так что на мой рык почти не отреагировал. Ну, не считать же нормальной реакцией дернувшийся глаз, правда?
– Встань сюда! – я подцепила мужчину за рукав и буквально втащила в свою будущую мастерскую. Да-да, я помню, мы тут вроде как на “вы” и всячески расшаркиваемся… плевать! – Нет, еще чуть правее… стой тут! Так, штору… немного придется все же сдвинуть. Вот так хорошо. Ага, еще чуть шагни. Замри! Вот. Давай-ка волосы тебе растреплем. И сними этот дурацкий пиджак! Ну камзол… такую фактуру надо показывать. В камзоле тебя потом нарисуем. И рукава закатай! По локоть. Ага, и ворот надо расслабить. Ой, да ладно тебе. Скажи спасибо, что пока не требую обнаженной натуры! Видишь, какая я добрая, даю время смириться… А между прочим, кубики рисовать – самое медитативное дело. Неважно, какие кубики, стой ровно. Да не солдатиком! Расслабь плечи. Так, ногу немного вперед, руку чуть отведи… что бы тебе в руки дать, а… о, уже принесли? Отлично, вот сюда ставьте… так, а ты не двигайся, я сказала! Подбородок вправо и вверх! Да не к потолку! И лицо попроще сделай! И взгляд вдаль. Не на меня! Вон туда смотри. И замри сейчас же! Р-разговорчики!!
Понятия не имею, что они все на меня так пялятся. О, уже не пялятся, уже разбежались. Главное, почти все затребованное добыли, да как быстро… мольберта нормального пока нет, но ничего, обойдемся подручными средствами. Кисти… ого, даже малярную принесли! Хм… ну, вот эти похожи на беличьи. Сгодятся.
Главное, натура продолжает коситься совершенно не туда, куда сказано, а на меня. Да такими глазками интересными!
Ничего-ничего, привыкай, золотко. Вы у меня еще сами будете рады такое “сокровище” спровадить. Взгляд… ну и ладно. Живые эмоции – всегда хорошо. Я напишу с тебя эпическое полотно “Дракон офигевает”…
Глава 3. О рисовании с натуры и воображаемых яблоках
– Я начинаю сомневаться, кто здесь кого похитил, – мрачно объявил Рейно Д'Агор, по-прежнему стоя в живописной позе.
Просто я ему только что разговаривать разрешила, и он решил наконец высказаться. Пока над лицом работала, я все попытки пресекала моментально. Жаль, что я не какой-нибудь местный маг. Так бы вот ручкой махнула – и застыл дракон, как стоял! Можно и перерывы делать, и даже поспать лечь, если понадобится. А он пусть… стоит себе. Не мешает же!
– У меня нос чешется, – еще более мрачно проинформировал рыжий.
– Терпи. Искусство требует жертв! – пафосно ответила я. – И не смей шевелить рукой!
…За что вот лично я живую натуру не очень люблю – она ж, зараза, шевелится! Особенно в заковыристой какой-нибудь позе шевелиться очень норовит. И еще жалуется потом, что, видите ли, все болит и затекает. Естественное освещение – еще отдельная головная боль. Оно куда более “живое”, чем любой искусственный студийный свет, но ты же его еще и поймай! Тучка набежала, солнце закатилось – и все. Поэтому надо очень быстро делать наброски, ловить, искать тон.
А ведь как бы здорово было, в самом деле! Заморозил себе натуру… еще и с каким-нибудь нужным выражением лица! Искренней улыбкой до ушей или, наоборот, в гневе. А солнце зашло – так и не страшно совсем. Можно гневную натуру в уголочке оставить, а назавтра в тот же час дорабатывать, как только свет снова под нужным углом ляжет.
Главное, конечно, совсем ту натуру не заморить. А то неловко может получиться.
– Как хорошо, что ты портальщица, а не универсал! – с непередаваемым выражением лица сообщил дракон. – Надеюсь, стазис тебе недоступен!
…Хм… это я что, вслух рассуждала?
– Сами виноваты! – тем не менее, мстительно припечатала я. – Я себя похищать не просила! Кстати… раз уж ты у нас такой разговорчивый, расскажи хоть, как эту вашу истинность определяют? Мне надо всех кандидатов увидеть, всех перещупать или как? Сколько мне тут куковать и вообще – доколе?