Наталья Егорова – Таль 12. Время перемен (страница 66)

— Что ж, зато теперь ты знаешь, каково быть правителем. Возможно для тебя это даже важнее, чем побывать на Пути.

— Что ты имеешь ввиду? — не понял Сандр.

— Ты ведь понимаешь, что когда-нибудь можешь стать Владыкой, и тогда на твои плечи ляжет ноша, которую несет сейчас твой отец. Правитель посылает на смертельно опасные задания других, а сам остается ждать, терзаемый тревогой и неизвестностью. И часто это бывает намного тяжелее, чем рисковать собственной жизнью, но иметь возможность непосредственно влиять на ситуацию.

— Знаешь, теперь я еще меньше хочу править, — признался юный повелитель.

— А чего хочешь? Задумывался уже над тем, что будешь делать, когда закончишь академию?

— Да. Я хочу заниматься исследованиями. После академии сначала пару лет будем с Маугли вместе обучаться во дворце. Он согласен, ему это даже интересно, — торопливо заверил сын. — Потом я собираюсь поступать уже в нашу академию на алхимика и углубленно изучать теоретическую магию под руководством мастера Кайдена. Он даже обещал мне пару тем подбросить, до которых у него самого руки не доходят. А вот Ли пока толком не определился, чем займется. Может к острому хребту служить пойдет, а может в дворянский лицей дальше учиться отправится.

— Хочет управление герцогством на себя взять? — несколько удивилась я. — Похвально.

— Нет. В герцогстве ему не интересно. Там же особо и управлять нечем, разве что конфликт какой рассудить, но они редко случаются. Отчеты староста с шаманом и сами неплохо составляют, Райн их только подписывает. В общем Ли говорит, что там не тот масштаб.

— А чего же он тогда хочет?

— Да он и сам не знает. Шутит, что когда я стану Владыкой, а он моей Тенью, то будет править вместо меня, а я смогу дальше исследованиями заниматься.

— Ладно, вернется, обсудим это с ним. Ты голодный?

— Не. И я эти брикеты уже видеть не могу. Они мне еще на практике надоели, — поморщился молодой эльф.

— А если не брикеты? — подмигнула я сыну, вытряхивая из концентратора прихваченное недавно на дворцовой кухне.

— О, пирог! А с чем он?

— Понятия не имею. Я, когда сюда отправлялась, похватала быстренько то, что ближе лежало и вытечь в концентратор не грозило. Сейчас будем пробовать.

Поев и поболтав полчаса о том, как прошла у них с Маугли практика, Сандра я усыпила, пообещав если вампир вернется сразу же его разбудить. Вот только и сама при этом, несмотря на показную оптимистичность, переживала не меньше сына, то и дело выходя из дома проверить, не открылся ли на площади телепорт, хоть и понимала, что так быстро Ли добраться до стартовой точки не сможет, а в других эвакуатор не сработает.

Когда пришла моя очередь отдыхать, и я, не без некоторого усилия, заснула, практически сразу очутилась все у той же арки, и уже не смогла воспринимать происходящее так спокойно, как прошлый раз. В голове сразу зароились тревожные мысли о Маугли. Я поднялась на приличную высоту, внимательно оглядывая окрестности, попробовала раскинуть сканирующую сеть и, поморщившись от возвращенной ей мешанины сигналов, полетела к дому, возведенному когда-то отцом Владыки. На недавнее присутствие в нем Маугли, как и кого-либо другого, здесь ничего не указывало. Но ведь это и был всего лишь сон. Я точно это знала и не понимала, к чему он мне снится. Даже если я увижу, что Ли попал в беду, все рано не смогу прийти ему на помощь в реальности, ведь второй раз на Путь отправиться невозможно. А отпускать ему на выручку Сандра мне было откровенно страшно.

Проснулась я, почти добравшись во сне до стартовой низины, и отдохнувшей себя при этом совершенно не чувствовала. А еще для меня так и осталось секретом, к чему был этот странный сон, так сильно походивший на реальность. Зато появилось смутное, едва уловимое ощущение, что я что-то делала не так. Но что именно и как оно должно быть, я не понимала. Сандр заметил мое состояние и попытался выяснить в чем дело, но я отговорилась головной болью, не желая пугать его, а днем снова легла спать, на этот раз обойдясь без сомнительных путешествий тропами грез.

Вампир появился только спустя два дня, зато практически невредимым, если не считать порванной мочки уха, царапин на руках и неудачно подвернутого голеностопа. Последний его больше всего расстраивал, потому что получил травму Маугли уже прыгая в портал эвакуатора. Заметил прибывшего первым Тамерлан, оповестив остальных громким рыком. Я даже не знала, что он так умеет, по привычке считая этого аркшарра несмышленым котенком, хотя размером он уже почти сравнялся с Кроном.

Ногу вампиру мы подлечили прямо на месте, после чего отправились в Мириндиэль, где как раз проходило представление народу нового правящего повелителя и, конечно же, не преминули на нем поприсутствовать. Ведь в успешном возвращении Сина с Пути львиная доля заслуг принадлежала именно полуархимагам. В тот момент, когда мы появились на дворцовой площади, до отказа заполненной эльфами, среди которых кое-где виднелись и несколько представителей моей расы, обнаженный выше пояса повелитель призывал подтверждение Пути.

Знак на его груди, как и у Тара в свое время, оказался большим. Вот совершенно не понимаю от чего это зависит. Почему у них метка значительнее, чем у Тэля, хотя он прошел Путь сам, а этих двоих буквально протащили к выходу более подготовленные маги? Или с его проходом тоже не все было гладко, и его заслуг на Пути еще меньше, чем у этих двоих. Он ведь, кажется, говорил, что ушел на туда слишком рано и выжил только благодаря двоюродному деду. Или я что-то путаю?

К чести новоиспеченного правящего повелителя нужно сказать, что он не стал присваивать заслуги себе и публично поблагодарил Маугли, хотя в тот момент нас не видел. Зато один из телохранителей подошел к Владыке и что-то шепнул ему на ухо, после чего Тэль на миг обернулся, едва заметно улыбнувшись.

— И дабы исключить всевозможные домыслы, — провозгласил он, как только Син умолк, — я предлагаю Маугли Залесскому, только что вернувшемуся с Пути, также пройти ритуал подтверждения. Подойди же ко мне и пусть все узрят, посчитал ли свет творения тебя достойным знака Пути.

Ли неуверенно посмотрел на меня и я, улыбнувшись, кивнула ему, не видя ничего плохого в том, что вампир пару минут покрасуется перед народом обнаженным торсом. Благо посмотреть там очень даже было на что, и многие девчонки в академии действительно засматривались. Вот только Маугли выпускной турнир интересовал значительно больше, чем их неумелое кокетство, и время в академии он предпочитал тратить на подготовку к нему. Зато после балов во дворце уже пару раз ночевал не у себя. Нам с Тэлем об этом конечно же доложили, но мы предпочли сделать вид, что ничего не знаем, благо с жалобами или претензиями никто потом не обращался.

На то чтобы разоблачить молодого вампира в положенной для ритуала степени ушло несколько минут, после чего Владыка начал по частям произносить требуемую фразу, велев Маугли повторять за ним.

— Я, Маугли Залесский. Ушедший на Путь и возвратившийся с Пути. Прошу свет творения подтвердить мое право. Носить титул правящего повелителя.

— Правящего повелителя, — эхом повторил за Тэлем вампир и вдруг дернулся, сжимая кулаки и напрягшись так, стал отчетливо виден каждый мускул.

А потом на его спине, плечах и руках под изумленный вздох толпы стал проявляться светящийся узор. Я торопливо подошла к нему и убедилась, что узор покрывает все видимые участки тела, включая лицо.

— Что это значит? — шепотом обратилась я к мужу, требовательно глядя на него.

Тэль, поначалу тоже выглядевший обескураженным, быстро взял себя в руки и, вернув на лицо подобающее его титулу бесстрастное выражение, обратился к народу, проигнорировав мой вопрос.

— Возрадуйтесь, эльфы! Сегодня настал великий день, когда свет творения озарил призвавшего подтверждение Пути его полным знаком, признав достойным править вами. Вы вправе избрать его своим Владыкой, и я приму это решение с достоинством, с которым правил вами все эти годы.

Он умолк и над переполненной площадью разлилась хрупкая тишина. Ли так и вовсе стоял оглушенный происходящим не слабее чем если бы под магический колокол попал.

— А я думала Владыки уходят с должности только одним способом, — попытавшись немного разрядить обстановку, шепотом заметила я.

— Здесь… нет противоречия, — так же тихо ответил Тэль, постаравшись, чтобы голос прозвучал максимально ровно, то на миг тот все же дрогнул.

— Что⁈ — не поверила я своим ушам. — Ты с ума сошел? А если эти демоновы радикалы…

— Таль, — оборвал меня муж. — Я делаю то, что должен. И только эльфам решать, кто будет ими править.

У меня от возмущения аж слов не было. Во всяком случае цензурных. Зато ошарашенный в первый момент не меньше моего Маугли пришел в себя значительно быстрее и решительно выступил вперед, накладывая на себя усиление голоса.

— Слушайте меня эльфы, и не говорите потом, что не слышали, — зазвучали над площадью уверенные слова, наполненные такой внутренней силой, которой я в молодом вампире даже заподозрить не могла. — Если вы сделаете меня своим Владыкой, сместив ради этого Солиентэля Светоносного… Я залью вашу страну кровью, но уничтожу каждого, кого посчитаю причастным к смерти эльфа, ставшего мне вторым отцом. Я сказал, вы услышали.