Наталья Долгачева – По России на кабриолете. Одна на машине от Москвы до Сахалина (страница 4)

Невыполненные обязанности родителя, вероятно, освобождают детей от обязанности заботиться о них в старости и болезни. Что посеешь, то и пожнешь – как показала мне жизнь, это выражение оказалось очень верным.

Неприятный опыт, ребят, если честно. Мне казалось, что я смогу дать ему больше, он же отец, ну и что, что не заботился обо мне, ну и что, что не проводил со мной время, ну и что, что подвергал меня пассивному курению и был пьян на всех праздниках и не только, ну и что, что мы никогда не говорили по душам. Но нет – оказалось, так это не работает!

Папа

Всю жизнь связующим звеном между мной и отцом была его мама, моя бабушка. Только благодаря ей он помнил, когда у меня День Рождения, благодаря ей он приходил пару раз на мои выступления и благодаря ей мы иногда виделись, когда я приезжала к ней в гости, а потому жила у нее.

Когда бабушка умерла, он пропал. Позвонил лишь однажды в очень пьяном состоянии; конечно, ни разу не вспомнил про день рождения своей дочери. Но в последний год своей дееспособной жизни, ровно за 10 дней до инсульта и рокового разрыва опухоли, он сделал тот единственный поступок, который дал мне возможность уважать и простить его!

Он позвонил! Он был трезв, так как на тот момент уже принимал обезболивающие, но еще не знал о своем диагнозе. А не знал, потому что долгое время не считал нужным сходить к врачу, думая, что это просто зубная боль. Но это был не зуб, и, узнай он об этом раньше, когда боль проявилась первый раз, все могло пойти иначе и был бы шанс продлить жизнь.

Итак, он позвонил трезвым в преддверии Нового года и попросил у меня прощения за все: за то, что был плохим отцом, а точнее, не был им вовсе, за то, что отверг меня после смерти бабушки, за то, что никогда не защищал. Мне нечего было сказать и нечего ему возразить. Оставалось только плакать от того, что я ничего не могу изменить, лишь постараться принять все, как есть.

А еще он сказал, пожалуй, самое важное, что мне больше всего хотелось услышать. Он в абсолютно трезвом состоянии сказал, что любит меня – один раз в жизни! Я не выдержала и ответила ему таким же признанием! Больше мы ничего не говорили, просто оба долго плакали в трубку. После попрощались и договорились, что я приеду в гости на Рождество.

Говорят, родителей не выбирают – спорно!

Мне кажется, как раз наоборот, мы выбираем тех, кто сможет сделать нас лучше.

Мой отец своим примером показал, что без здоровья нет жизни, что «один раз» тоже считается, что «чуть-чуть можно» не работает! Он показал, как опасны зависимости и что от них нужно держаться максимально далеко. Он показал, что жизнь меркнет, если ты не наполняешь ее значимыми для тебя событиями, и их место займут пагубные привычки, которые в итоге убьют тебя. Он научил меня ценить и заботиться о своем здоровье, никогда не предавать себя и свои мечты!

Это был наш первый и последний честный разговор, и я бескрайне благодарна ему за этот бесценный подарок, он был мне очень нужен!

Я приехала на Рождество, и мы провели милый вечер, правда, он уже снова пил. А через пару дней у отца случился инсульт и разрыв опухоли, что и стало началом его умирания длиною в год. Он потерял зрение и всякий эмоциональный контакт с миром. Вот и все…

Я думала, что наш первый честный разговор будет началом новой истории и хоть в 31 год я обрету отца, но у жизни были другие планы. Это было подарочное прощание с отцом для меня и возможность покаяния для него.

Когда он умер – я ничего не почувствовала! Невозможно потерять то, чего не имел.

Но спустя несколько дней во мне проснулась дикая злость! Я злилась! Злилась на то, что в этой жизни мне больше никогда не стать любимой дочерью своего отца, что слово «папа» выпадет из моего лексикона, даже не успев появиться по-настоящему.

Мне было дико обидно, что наша с ним история сложилась так. Может, я мало боролась за его здоровье и отказ от зависимостей, а может, я и не должна была – ведь я его ребенок, а не наоборот, и скорее всего невозможно помочь тому, кто не хочет ничего менять. А может, обстоятельства специально сложились так, чтобы я не могла на них повлиять и оставалась лишь наблюдателем чужого выбора, учась принимать его, чтобы моя Душа получила такой опыт отношений. Возможно…

Но я знаю точно, если вы можете и ваши родные хоть капельку хотят что-то изменить, если в них еще не потух огонек надежды и желания жить качественную жизнь без побегов в алкоголь, курение, пищевые и другие зависимости, боритесь за близких до конца, боритесь за их жизнь, мечты, цели, как за свои!)

Не стоит их учить, просто делитесь информацией, хорошими книгами, рассказывайте о том, что улучшает вашу жизнь. Дарите вдохновение в первую очередь своим примером и конечно время. Если это вызывает отклик и абсолютно взаимно, вам повезло у вас еще есть шанс сплести красивый узор жизни из ваших судеб.

Если нет, вы не одиноки;)

Семейные страсти…

Отец умер, уступив место мне и младшему брату на наследство, созданное еще моим прадедушкой. Я очень часто слышу от людей, что семья – это святое, что братья и сестры – это самые близкие люди на свете, что родители должны защищать своих детей, что семья должна во всем друг другу помогать и быть островком любви, понимания, поддержки и безопасности в этом изменчивом мире.

Мне очень хочется верить, что такое бывает, и иногда я встречаю людей, кому повезло больше, чем мне, в отношении семьи. Но лично в моей жизни все кардинально наоборот. Самые жестокие поступки в отношении меня совершали самые близкие, сильнее всего меня предавали, отвергали и были несправедливы ко мне тоже близкие. До 30 я отчаянно искала в раздробленной на множество островков семье это ощущение тепла и семейного единения, но, увы, максимум, что мне удалось, – это создать теплые отношения с некоторыми родственниками с глазу на глаз. После 27 я даже перестала с размахом отмечать свои дни рождения, когда осознала, что моя самая большая мечта – увидеть в этот день всех родных за одним столом – просто не осуществима, так как взрослые люди за 27 лет так и не смогли зарыть топор войны.

Пришлось принять тот факт, что это единение нужно только мне, и закончить попытки слепить из родственников что-то похожее на семью. Всем было нормально и так.

Каждый сам по себе, каждый о чем-то врет, каждый что-то не договаривает, а если разругались даже в своих маленьких компашках, все молчат и ждут, пока какой-то бытовой вопрос их помирит.

Поэтому, когда я слышу от стороннего человека, вещающего на публику, или от какого-нибудь спикера, что семья – это святое и вы всегда можете на нее рассчитывать, мне становится смешно и очень грустно – и сразу понятно, что вещающий, вероятно, – еще один счастливчик, кому повезло по факту рождения.

Вернемся к тому моменту, когда отца не стало. Пока я была в путешествии, брат вывез все из наследственной квартиры, позвонил и сказал, что найдет жильцов на период вступления в права, и, как только сдаст квартиру, переведет мне мою долю. Я дала добро.

Прошел месяц, второй, периодически мне стали звонить соседи и говорить, что какие-то странные мужчины нерусской внешности постоянно приходят в мою квартиру. Брат был там всегда только гостем, никогда не жил, соседи его не знали в отличие от меня. Искренне думая, что это он наводит там порядок по своей инициативе, я продолжала свое путешествие. Периодически он звонил и говорил, что жильцы еще не нашлись. Конечно, я чувствовала, что скорее всего это ложь, брат и до этого не отличался честностью своих проявлений, но прерывать сказочное путешествия ради пары десятков тысяч рублей, выяснения отношений и бытовых задач мне точно не хотелось.

Вернувшись в Москву после завершения тура я отправилась в эту квартиру. Первое, что я увидела, – поменянные замки. Я позвонила в звонок, и, когда дверь, которую мне всю жизнь открывала моя любимая бабушка Лима, открыл таджикистанец, на глаза навернулись слезы.

Брат заселил в квартиру человек 10 граждан Центральной Азии без регистрации, еще в первые дни после смерти отца. Эти граждане установили там нары и превратили квартиру, в которой я росла и жила большую часть своей жизни, в притон.

А когда они узнали, что брат сделал это все за моей спиной, сказали: «Как же так не по-человечески можно было поступить со своей сестрой?»

Вот вам и семья!

На помощь мне, как всегда, пришли абсолютно чужие люди.

В тот же день я обратилась к участковому, на протяжении нескольких недель регулярно вызывала наряды полиции, и благодаря замечательным людям, которые там работают, мне удалось отвоевать свои права. Я выселила этих «квартирантов» и подписала юридическое соглашение с братом о том, что в случае повторения подобных махинаций я подаю в суд. Оставшиеся 3 месяца до вступления в наследство прошли спокойно.

В тот период мне очень хотелось, чтобы кто-то из близких был рядом, пока я борюсь за свои права, но, как всегда, я была одна. Разные члены семьи много раз звонили мне и говорили, что из-за своих путешествий я потеряю наследство. В принципе в любой момент я могла вернуться и вступить в войну с братом, лишив себя приключения, которое планировала так тщательно, лишив себя мечты проехать через всю Россию. Я могла вернуться, поддавшись эмоциям несправедливости, жадности и страха.