Наталья Чичканева – Игра серого вещества.... (страница 2)

– Я не хочу обратно, а ты что тут делаешь на вокзале, руки у тебя такие, как у трудяги, наверное, просто не хочешь мне помочь.

Расталкивая топу пассажиров, пробиралась группа малолеток, их было человек десять, заприметив Борьку с Алексеем они направились в их сторону.

– Беги, – закричал Борька и рысью побежал в сторону здания вокзала.

Ничего не понимая, что происходит, Лёшка стоял на месте как вкопанный и смотрел на приближающихся парней.

– Где этот упырь, – схватив за горло Алексея, один из парней стал его трясти.

– Он туда побежал, – тихо произнёс мальчик.

– Пошли с нами покажешь, – парень лет семнадцати волоком за собой потащил Лёшку.

Толпа малолеток, вместе с Алексеем зашли внутрь здания вокзала, но Борьки нигде не было видно. Парень, который волок Лёшку, закинул его к себе на плечо и громко прокричал, – За мной парни!

Приволокли мальчика под мост, без лишних разговоров стали бить, кто чем, кто ногами, кто руками, боль была невыносимая.

– За что, что я вам сделал, – истошным, тоненьким голоском кричал Алёшка.

– Твой дружбан , нам денег должен, – по всей видимости главный, он нёс на плече Лёшку, грозно заорал в ответ.

– У меня есть деньги, – толпа прекратила избиение, главный опустился на полу- присядках к лежащему мальчику, – Чё ты там бормочешь?

– У меня есть деньги, я могу вам их отдать, – корчась от боли ,озвучил Лёха.

– Давай, – прошипел незнакомец.

Алексей достал тысячу рублей, которую дал дядя Миша и протянул обидчику. Тот жадно выхватил её из руки, и дал под дых мальчику.

– Это мало, нам Борька должен десять кусков, чтобы завтра к вечеру сюда принёс деньги, или дружок твой пусть приносит, мне по барабану и не вздумайте нас надуть, найдём, убьём обоих.

Обидчики бросили под мостом мальчика и ушли. Болело всё, струйка крови стекала медленно по лицу, мальчишка попытался встать, голова закружилась и он отключился.

– Лёха вставай, очнись, ты живой, я же тебе сказал, беги.

Алексей открыл глаза, возле него суетился Борька.

Глава 3

– Малой, ну ты даёшь, тебе в больничку надо.

– Нет, не надо, у меня есть один знакомый здесь, давай ты меня доведёшь до его машины, он поможет, – выдавил из себя Алексей.

Борька обхватил руками Лёшку и они медленно поплелись к фуре дяди Миши. Какое было разочарование у мальчугана, когда они прибыли на место разгрузки машины дяди Миши. Оказалось, что фуру быстро разгрузили , мужчине не понадобилась ночёвка и он двинул в обратный путь. Осознание патовой ситуации стало пожирать мозг Алексея, слёзы стали накатываться на глаза, но мужественный характер заставил их остаться на месте.

– Что теперь делать, – разочарованно произнёс мальчуган, – дядя Миша уехал, денег нет, эти твои звери требуют денег, за что ты им задолжал.

– Эх Лёшка, ты инкубаторский, в этом городе нет причины по которой тебя поставят на деньги. И те, кто тебе рассказывал, что в Москве можно заработать, особенно таким малым как мы, поверь, брехали в три короба. Здесь либо воровать, либо милостыню просить, ну или в детском доме прозябать, хотя последнее хуже, чем воровать. Давай не ныть, выход есть всегда, можно к цыганам податься, хотя придётся их доброту отработать, но хоть бить не будут. Давай цепляйся, пойдём к Гозело, он мужик умный и справедливый, сможет тебе помочь.

Два друга по несчастью, побрели за пределы вокзальной площади вдоль железнодорожных путей. Шли они примерно минут пятнадцать, впереди виднелись одноэтажные кирпичные постройки, больше похожие на развалины старых гаражей. Им навстречу выбежала толпа цыганских детей, одеты они были кто в чём, на ком-то болталась мужская рубашка , кто-то вообще был в одних трусах, все чумазые, они окружили незваных гостей и загалдели как индюки, в один голос. Протяжный свист донёсся из неоткуда, вдалеке показался подросток, лет двенадцати, своим появлением мигом заставил всех замолчать.

– Борька, каким ветром тебя занесло, а это что за доходяга с тобой?

Лёшке стало подташнивать, кружиться голова, сознание отключило действующую картинку.

– Малой, открывай глаза, это таки тебя отходили!

Лёшка открыл глаза, перед ним сидела женщина лет шестидесяти, лицо было всё морщинистое, волосы седые, нос огромный как у бабы Яги, но глаза, их цвет был невероятным, ярко- зелёным. Женщина пальцем своей правой руки ткнула в бок.

– Больно, – застонал Алексей.

– Естественно больно, они тебе я так думаю ребра два, три сломали. Ну ничего я не таких на ноги ставила.

– Где я?

– Не боись малец, ты у нас в таборе, здесь ни кто тебя не обидит. Меня зовут тётя Динара, я Гозело жена.

– Очень приятно, а я Алёшка.

– Ты откуда Алёшка и кто тебя так исходил?

– Я из Одинцова, а побили меня Борькины знакомые.

– Ох уж этот Борька, не может без приключений.

В комнату забежал Борька, он как знал, что Лёшка очнулся и о нём идёт разговор.

– Лёха очнулся, Слава Богу, а то я так сыканул когда ты без сознания брякнулся.

– Борька пойди лучше воды принеси и скажи Гозело, что я его зову, – придвинув брови к переносице, сказала тётя Динара.

Пока тётка что-то делала за столом который стоял у маленького окна в комнате, мальчик приподнялся с кровати и осмотрел обстановку места куда его определили. Сама комната была небольшая, но почти каждый угол был завешен коврами, возможно, это было сделано для того, чтобы зимой в помещении было теплее. Кроме кровати, стола и стула не было никакой мебели. На самом столе было навалено кучу всяких баночек с какими-то жидкостями, на каждом сосуде была крышка, а на ней надпись. В комнату зашёл мужчина, он был очень высоким, худощавым и седым. Его одежда пестрила разноцветными красками, что образ сливался в одно яркое пятно. Повернувшись к кровати, где лежал Алёшка спросил.

– Мать чего ты меня звала?

Его лицо украшали глубокие морщины, а усы с бородой придавали непонятной строгости, мимика была настолько непоколебима, что было не разобрать в каком настроении в данную минуту находиться человек.

– Звала, мальцу придётся недели три проваляться, сейчас ему питание нужно наладить, бульоны варить, съезди на рынок, купи всё, список сейчас тебе напишу. И поезжай сам, не посылай никого, а то я знаю, начнут воровать и половину не купят. А без хорошего питания, мальцу не помочь. Женщина достала карандаш с листком бумаги из кармана своего пёстрого халата и стала писать список.

– Звать тебя как? – мужчина обратился к пацану лежащему на кровати.

– Алёшка.

– Здорово Алёшка, а меня дядя Гозело, добро пожаловать в мой дом, чувствуй себя как дома, мы народ простой, но гостеприимный.

– Спасибо,– со слезами на глазах ответил Лёшка.

– Так отставить сопли, слюни, моя жена здесь многих выходила, скоро будешь бегать, а ну ка прочь печаль бесовская,– дядя подошёл к Алексею и погладил его по голове. Рука была такая тёплая и тяжёлая, Лёшка инстинктивно сжался.

Почти две недели Алексей пролежал, за ним ухаживала тётя и местные девчонки, они менялись почти каждый день. Лёшке казалось, что он уже почти со всеми девчонками познакомился. Все они были очень дружелюбные, весёлые, а главное у каждой была своя история о своём нынешнем доме. Половину из них были детдомовские, у каждой до поселения в таборе была нелёгкая судьба. От девчонок Алексей узнал, что не только цыгане воруют и просят милостыню, но как оказалось, девочек учат шитью, а мальчишек работать руками, а именно заниматься столярным делом.

Девочка Зоя очень выделалась из всех . Каждый раз когда она приходила к мальчику приносила с собой поделки её младшего брата. Из её рассказа о своей жизни, Лёшка узнал, что они жили в пьющей семье, родители можно сказать вообще не интересовались жизнью детей и когда их папа умер, мама ушла в загул. Зоя с братом прожили около двух месяцев, одни зимой в доме, когда стало вообще не выносимо, вернее еды не было совсем, собрались и пошли просить милостыню. Вот за этим занятием их схватила полиция, передала в распределитель, пока они там находились, наслушались от бывалых о жизни в детском доме, приняли решение бежать. В первый же день нахождения в детском доме, после отбоя, захватив с собой еды со столовой, осуществили свой побег.

Около месяца жили под мостом, их обижали беспризорники, однажды ночью, на них напали местные бомжи, стали бить кто, чем, еле ноги унесли и вот так они оказались в таборе. Со слов Зои в таборе они живут уже около трёх лет, их ни кто не обижает, наоборот приняли как родных, все дружные, заботятся друг о друге. Матери они не нужны, Зоя вообще предполагает, что скорее всего, она уже давно спилась и умерла.

Глава 4

Восстановление Алексея оказалось куда быстрее, чем предполагала тетя Динара. За окном как из ведра поливал дождь. Капли бились в окно под напором ветра, отстукивая при этом очень навязчивую мелодию. Лёшка сидел около маленького окна и думал о маме, как она там, наверное, с ног сбилась, чтобы найти его. В дверь комнаты кто-то постучал.

– Войдите.

Еле просочившись в дверной проём, огромный мужчина вошёл в комнату.

– Так малец, мне говорят, что ты уже вполне можешь приносить пользу. Меня зовут дядя Вася, я местный столяр, учу мальчишек нужному промыслу, хоть и за окном мерзко, но в моей мастерской работа кипит. Одевайся , потопали в мир магии.

Алексей в сопровождении нового знакомого проследовал в соседнее здание. С порога в нос ударил свежий запах древесины. В мастерской было около десяти столов, за ними сидели местные мальчишки. У каждого на столе лежал кусок дерева, деревянный молоток и стамеска .