Наталья Бутырская – Караван (страница 32)

— Благодарю, господин.

После этого Джин Фу ушел в свой фургон, а я пошел к лекарю, виновато улыбаясь. Мне казалось, что это я виноват в ранениях Сюэ и Шрама, и запредельные нагрузки на худого осунувшегося лекаря тоже из-за меня.

Лекарь взял в руку маленький ножик, сел рядом с раненым, поставил рядом большой бумажный фонарик и осторожно провел лезвием по бурой массе. Та разошлась в стороны, но не отлипла от кожи. Тогда лекарь вырезал небольшой квадратик и медленно потянул его на себя при помощи металлических щипцов, с чавкающим звуком он отделился от ноги, и я с ужасом увидел, что с внутренней стороны пасть усеяна зубами, которые глубоко проникли в тело.

— Видишь? — вдруг обратился ко мне лекарь. — Они изогнуты, и кончики направлены внутрь пасти. Если попадешь в такую яму, дергаться бесполезно, иначе зубцы будут врезаться все глубже и глубже. Летящий хорошо придумал насчет вырубания ноги вместе с пастью.

Он продолжил вырезать небольшие квадратики и отделять их от кожи одним рывком, стараясь двигаться по направлению клыков. На освобожденных участках я увидел многочисленные глубокие раны — следы от зубов, но крови не было. Ее не было на коже, она не сочилась из ран, просто ровные дыры, в которых можно было увидеть рваные мышцы.

— А где кровь? — спросил я.

Лекарь оторвал еще один кусочек:

— Кажется, оно впитало кровь в себя. Попробуй теперь сам, — и мужчина протянул мне ножичек и щипцы. — Я пока приготовлю очищающий отвар, кто знает, какой яд оно могло запустить в него.

— Яд?

— Не обязательно настоящий яд. Может, слюну или кислоту, хотя кислота бы прижгла сосуды, и кровь бы перестала течь Да даже если на зубах оставались кусочки от предыдущего ее ужина, они могли бы отравить Шрама.

Лекарь вытащил сундук и принялся готовить свой отвар, а я дрожащими руками провел ножичком по бугристой плоти и удивился, как легко получилось ее разрезать, без малейшего сопротивления лезвие прошло вглубь, едва не коснувшись человеческой кожи. Затем я ухватил кусочек щипцами и дернул вверх по направлению к голове Шрама. Снова мерзкий чавк.

Когда мы убрали все лишнее, лекарь покачал головой:

— Вот сейчас бы ему не помешало вливание Ки. Вытекающая кровь бы вынесла все ненужное и очистила бы раны. Попробуй немного согнуть его ногу, может, все же потечет? А я пока остужу отвар.

Проследив за тем, чтобы лекарь меня не видел, я положил руку на раны и начал вливать Ки. Пять единиц — никакой реакции. Десять — сухо. И лишь когда переданная Ки перевалила за двадцать единиц, наконец, показались первые тоненькие струйки крови.

— О, получилось? Отлично, — лекарь намочил тряпку в отваре и принялся протирать каждую ранку.

— А почему вы не используете Ки? Мой брат же передал…

— Несомненно, лечение при помощи магии гораздо проще и быстрее. Но в некоторых случаях стоит поработать и руками, — устало улыбнулся лекарь. — Наверное, есть такое заклинание, которое бы вырвало из его тела все зубы и мгновенно бы очистило его раны. Но зачем, если я могу проделать то же самое без магии и с тем же эффектом? Ты, наверное, думаешь, что при помощи магии можно вылечить все, достаточно лишь иметь много Ки. Это не так. Лекарь — это, прежде всего, знания, потом умения, и лишь на последнем месте талант. Мало кто знает, но раньше были люди, которые лечили без магии вообще. Они определяли болезни человека не при помощи проверяющей Ки, а лишь послушав биение сердца. Правильные травы, упражнения, питание — вот что было их инструментами.

Ну вот, мы все и очистили. Зашивать эти раны бесполезно — слишком большие и рваные отверстия. Нужно подождать, пока они зарастут сами. Я ускорю их заживление, но лучше делать это постепенно, небольшими порциями, чтобы тело успевало восстанавливать силы, да и ноге это тоже будет на пользу.

— И Шрам сможет ходить, как раньше?

— Не уверен. Все зависит от него самого. Он еще сильно надорвал организм постоянным жеванием смолки. Думаю, лучше будет подержать его в бессознательном состоянии.

Лекарь обмотал ногу Шрама бинтами, пропитанными отваром, затем сухой тканью, взял мой кристалл и тихо пробормотал какие-то слова. Кристалл чуть-чуть потускнел.

Затем лекарь вытащил из сундучка пустой кристалл, покрутил его в руках и сказал:

— А ты знал, что не существует двух одинаковых кристаллов? У каждого форма своя: у кого-то больше граней, у кого-то разные скосы. Люди когда-то пробовали обтесывать их по единому стандарту, но быстро обнаружили, что поврежденные кристаллы не держат Ки, и энергия потихоньку из них уходит в никуда.

Я похолодел: лекарь уже трижды держал в руках мой кристалл, и каждый раз я говорил, что это разные камни.

— Если у тебя или твоего брата есть еще спрятанные кристаллы, приноси. Я не смогу заплатить тебе за Ки, отданную на лечение Шрама, но и говорить о ней никому не стану, — и он кинул пустой кристалл взамен забранного.

На следующее утро я позавтракал, сбегал проведать Шрама и Сюэ, лекарь при мне осмотрел раны учителя, сменил повязку и обновил заклинание на заживление ран. У Шрама был сильный жар, но лекарь сказал, что это хороший знак, что тело таким образом выжигает все яды, попавшие в кровь. У девушки все оставалось по-прежнему. Впрочем, здоровье Сюэ было не столь важным, за нее несет ответственность Джин Фу, и он должен решать, как ее лечить, а вот за Шрама отвечаю я.

Затем я отыскал Швабру, который, как обычно, разминался позади повозок. Я взял в руки хуа цян, встал напротив воина и начал повторять его движения, уже не скрываясь. Если он захочет меня прогнать, то пусть скажет об этом.

Но Швабра выполнял привычный комплекс упражнений, он плавно переносил посох из одной руки в другую, застыв в низкой стойке и не двигаясь с места. Я попытался следовать за его движениями, но непривычно тяжелое копье оттягивало руки и выскальзывало из пальцев, полусогнутые ноги сотрясала мелкая дрожь, я едва удерживал равновесие, перекатываясь с пятки на носок. После очередного взмаха меня занесло вперед, и я сумел устоять, лишь воткнув тупой конец копья в землю.

Внезапно опора выскользнула из рук, и я с размаху шлепнулся в траву, локоть вспыхнул болью. В чем дело? Я вскочил и понял, что это Швабра ударил кончиком посоха по копью и выбил его. Но как он сумел? Между нами было не меньше трех метров, его посох гунь чуть больше двух метров. Получается, что Швабра шагнул вперед, взял посох с одной стороны и, вытянув его на всю длину, сумел попасть по древку, а затем вернулся в исходное положение. И все это за одно мгновение.

Я хочу уметь также.

В этот раз я решил повторять за ним движения, но начать с дыхания, а лишь потом переходить на перехват. Вдох. Выдох. Вдох — глубокий, животом, пауза, плавный медленный выдох. Снова вдох, нет, не только животом, сначала надувается живот, затем расширяется грудь. Пауза. Выдох — сначала воздух выдавливается из груди, затем из живота. Спокойно. Медленно. Тепло.

Мягко опуститься в низкую стойку, дыхание помогает держать равновесие, вместе с дыханием вес тела уходит в ноги и перетекает в землю, словно из ступней вырастают корни. Я чувствовал жар в ногах, но он не мешал мне.

Теперь копье. Левую сторону повело в бок, вдох — и я снова стою ровно и крепко, плавный взмах руки, хуа цян сам ложится в правую ладонь, поворот, выдох.

Не нужно смотреть на руки или ноги, не нужно думать о равновесии, не напрягать мышцы. Просто дышать, и тогда тело само двигается в нужном темпе.

Спустя несколько сотен вдохов Швабра остановился, впервые за всю тренировку посмотрел на меня и едва заметно кивнул. Но это легкое движение было ценнее сотни земных поклонов.

И вот что было удивительно: после тренировок со Шрамом у меня болело все тело, а сейчас я напротив ощущал себя посвежевшим, полным энергии и сил, даже копье словно стало легче.

Раздался окрик Змея. Пора выступать.

Караван полз медленнее обычного, Змей сказал, что тот, кто умудрится потерять своего лупоглаза, будет идти пешком впереди всех, поэтому охранники уделяли больше внимания не на окрестности, а на землю под ногами. Настроение у всех было подавленное, даже Летящий, ехавший рядом, не улыбался, а хмурил брови.

Я никак не мог решить, можно ли сегодня передать лекарю еще один кристалл или лучше подождать. С одной стороны, он уже понял, что у меня нет проблем с Ки, и пообещал молчать. С другой стороны, стоит ли подтверждать лишний раз его подозрения? Я ведь могу сказать, что он все перепутал, и кристаллов было все же три. А если он попросить показать ему пустые кристаллы? Нет, врать я не буду.

Почему он решил не выдавать мой секрет? Я ему никто, просто очередной охранник в караване, случайный знакомый, а Джин Фу — его благодетель, господин и один из наследников Золотого Неба. Если он расскажет обо мне, то получит благодарность от Торгового дома, а если нет, то… Только кристаллы с Ки на лечение Шрама, который также для него никто.

И тот разговор с бровастым охранником, как его звали… Ю Киу, кажется. Какой-то он был странный. Зачем было требовать несуразно огромный выкуп за копье, а потом соглашаться на сорок монет? Зачем грубить, а потом сразу незаслуженно хвалить? Только для того, чтобы втереться в доверие ко мне. Но зачем? Я всего лишь мальчишка с небольшими умениями, без связей, без денег, без семьи.