Наталья Бутырская – Караван (страница 23)
— То есть защита предков все-таки существует? — бритый торговец отхлебнул парящий напиток и довольно сощурился.
— Да, она определенно есть, но я не могу понять, как она работает. Там задействованы очень сложные печати и элементы, с которыми я никогда не сталкивался.
— Интересно. А если я дам тебе возможность изучить этот свиток, сможешь разобраться?
— Сложно сказать, господин. Я знаю лишь азы начертательного искусства, а здесь высшее мастерство. К тому же в свитке нет пояснений и расшифровок, лишь разрозненные мысли мастера, набросанные для удобства.
— А твой учитель? Тот, который обучал тебя печатям. Он смог бы разобраться?
— Боюсь, я не знаю границ его знаний, он показывал лишь то, что я должен был выучить. К тому же он предпочитает уединенность и не демонстрирует свои навыки ради славы и богатства.
— Жаль, — Джин Фу немного откинулся назад. — Но я так и предполагал, иначе бы такой мастер не остался бы незамеченным в вашем городе. Что ж, Юсо Шен, тогда у меня нет выбора, кроме как довериться тебе. Будешь приходить сюда по вечерам и попробуешь разобраться в записях. Я дам тебе все необходимые материалы, переведешь содержимое свитка в более удобную форму, а заодно, может быть, разберешься, как оно работает. Кстати, вы с Байсо той ночью следили за выбранными, верно? Что с ними стало?
Я покосился на коленопреклонённую девушку и ответил:
— Мне кажется, что их пожрала вот эта печать, — и указал на схему. — Она поочередно захватывала их тела, забирала Ки и потом затягивала в землю.
Юэ Сюэ вздрогнула, но промолчала.
— И что теперь будет с теми семьями, что остались без жертвы? Эта защита действует только против неразумных? Что было бы, если б я приказал убить кого-то из местных?
— Я не могу ответить на эти вопросы, господин.
— Сюэ, — резко сказал Джин Фу, — у вас в деревне бывали убийства?
— Нет, господин! — тихо ответила девушка. — Сколько себя помню, не было.
— Это нам ничего не дает, — торговец задумчиво потер бритую макушку. — Может, они изначально весьма миролюбивы, может, им хватает обычных жертвоприношений, а может, убийства скрываются от обывателей. Тот Сяо Яо — весьма хитроумный человек.
Я набрался храбрости и спросил торговца:
— А что будет теперь с Юэ Сюэ?
— С ней? — небрежно сказал Джин Фу. — С ней все будет хорошо.
— Прошу прощения, что вмешиваюсь не в свое дело, но зачем вы с ней так сурово разговаривали? Вы же с самого начала знали, что возьмете ее с собой.
Торговец улыбнулся, посмотрел на Байсо, слушает ли тот, и сказал:
— Этот мир суров. Каждый день ты сражаешься за свою жизнь, доказываешь право на существование, какие-то битвы ты выигрываешь, какие-то — заканчиваешь на равных. Но стоит лишь раз проиграть…
— Но она всего лишь девочка! Как она могла сражаться с вами на равных?
— Скажи, когда напали древолазы, ты пытался им объяснить, что еще молод? Что это твой первый караван? Что ты еще не умеешь сражаться? Нет. — Джин Фу наклонился ко мне и доверительно сказал: — Знаешь, почему ты мне понравился во время отбора? Потому что ты не выпрашивал себе дополнительных условий, не выпячивал свой возраст, а честно, сжав зубы, проходил через все этапы. И Байсо тоже не думал о том, что он слишком мал для проведения торгов. Вы взяли все, что имеете, и отправились в бой, не рассчитывая на жалость со стороны более опытных соперников.
А она… Она привыкла получать все просто так. Если бы я согласился взять ее с собой, например, за этот свиток, то уже через час она потребовала бы себе отдельную повозку, богатый наряд и личного слугу. Она вышла на арену, не имея особых навыков, рассчитывая на то, что противник сдастся ей лишь потому, что она молода и симпатична. И проиграла.
Я не рассматривал действия Джин Фу с такой стороны, но его слова прозвучали весьма разумно.
— Кроме того, сейчас Сюэ проходит надлежащее обучение, чтобы в городе она могла устроиться хотя бы служанкой, так что не стоит за нее беспокоиться.
— Благодарю вас за разъяснения! — я поклонился торговцу.
— Учитель, мы с Шеном еще немного погуляем? — спросил Байсо, вот он явно не боялся Джин Фу и мог говорить с ним как угодно.
— Хорошо. Шен, завтра вечером жду тебя снова.
Покинув фургон, я снова направился к Шраму. Что-то с ним было неладно, и я не мог понять, с чем это связано: то ли всему виной яд древолазов, то ли мое поведение, а может, случилось что-то еще, чего я не знаю.
Шрам был на том же месте. Он наблюдал за тренировкой Швабры и выглядел намного лучше, снова помолодел, глаза его блестели, морщины разгладились, более того, он едва заметно улыбался, пристукивая ногой в такт движениям воина с посохом. Я хотел было кинуться к нему, но Байсо схватил меня за рукав:
— Погоди. Что-то мне это напоминает…
Брат прошмыгнул вперед, подсел к Шраму, тихонечко у него что-то спросил, выслушал ответ, кивнул и прибежал обратно:
— Шен, ты должен отказаться от обучения у Шрама.
Глава 13
— Что? Что за ерунду ты говоришь? — я не поверил своим ушам. Байсо хмуро взглянул на меня:
— Давай отойдем. Подальше от длинных ушей.
Мы ушли к краю огороженного пространства. За неимением деревьев торговцы протянули сторожевую веревку между колышками, которые сами же и воткнули в почву по краю лагеря. Под веревкой Добряк рассыпал какой-то резко пахнущий порошок для отпугивания живности, после охранники прочесали всю территорию лагеря, убили нескольких змей, проверили на наличие зубастых ям. Танцор, лишившийся лупоглаза, теперь передвигался на повозке, так как пешком было слишком опасно, а значит, плата за его работу с этого дня будет в два раза меньше, чем у остальных. Кроме того, мне сказали, что и оплачивать стоимость животного ему придется из собственного кармана, так как торговцы дают лупоглазов в аренду на время поездки.
— Дело в том… — мальчик замялся. — В общем, Шрам жует смолку, — и замолчал, ожидая моей реакции.
— И что это значит?
Байсо внимательно посмотрел на мое лицо, затем хлопнул себя по лбу:
— Шен, ты же полгода бродяжил! Неужели ты не знаешь, что такое смолка? И слова «радужный ветерок» тебе тоже ни о чем не говорит? Что ты делал на улице все это время?
— Прятался, — буркнул я. — И на улице я жил всего пару месяцев, до этого у меня все же был дом.
— И ты ни разу не слышал про смолку? Не видел людей, которые вели бы себя странно? Например, орали бы песни, бились головой о стену, кидались бы в драку ни с того, ни с сего?
— Пьяных я достаточно видел. Не понимаю, зачем люди это делают, ведь вино уменьшает запас Ки.
— Ох, Шен, — Байсо покачал головой. — Слушай внимательно, сейчас старший брат откроет тебе глаза на этот мир.
После смерти сестренки я бросил школу и искал работу, бегал по городу, разговаривал с кучей людей. Иногда мне швыряли кусок хлеба, чтобы отвязался, иногда прогоняли палками, пока один добрый дядя не шепнул, что хорошо заплатит за смолку или радужный ветерок. Я спросил, где их можно найти, а он ответил: «В лесу». На тот момент я знал про лес только то, что там много деревьев, поэтому решил, что смогу раздобыть все, что угодно. Нет, конечно, я слышал разные страшилки про животных, которые убивают все, что движется, но терять мне особо было нечего.
Тот дядечка любезно объяснил, как выглядят нужные растения и как с них собирать материалы. Выходы из Зеленого района в лес хорошо охранялись, поэтому я подумал, что единственный шанс разбогатеть — это пройти через Черный район. «Уж там-то входящих никто обыскивать не будет», — думал я.
Спустя неделю я вышел на тех, кто держал потайные ходы в Черный район, сначала меня не хотели пускать, но я назвал имя того дядечки, сказал, что давно на него работаю и сейчас выполняю задание по расширению рынка, и что в исполнители выбрали меня потому, что не так жалко. В общем, наговорил я тогда столько, что сам себе почти поверил. И плакал, и угрожал, и умолял, пообещал делиться с ними прибылью. Говорил, что если я не выполню поручение, то мою сестренку заберут, а отцу отрежут ноги.
В Черном районе я сначала прятался, смотрел, запоминал. Мастера я срисовал почти сразу и понял, что его лучше обходить стороной. Ну, ты понимаешь. От него так и веяло силой.
Я заметил, что мужчины каждый день охотятся в лесу, но у них плохое оружие, дети ходят в обносках, посуды нет, и людям приходится есть по очереди. Я выловил одного из мужчин, Цяня, помнишь его? Сказал, что могу обеспечить их нормальным оружием, посудой, тканями, если они смогут кое-что принести из лесу. И это не шкуры животных.
Этот Цянь сразу понял, о чем я, более того, он знал, как собирать смолку и радужный ветерок. И согласился.
Я два дня прятался в Черном районе, затем Цянь принес в условленное место мешочек смолки и долбленку с радужным ветерком, мы договорились встретиться через неделю, и я ушел.
Короче, столько денег, сколько я получил от дядечки, я еще ни разу не видел. Он, понятное дело, попытался меня обмануть, сначала хотел забрать все силой, но я ж не дурак, принес ему только часть, сказал, что договорился о постоянных поставках, и если он меня обманет, то больше не сможет получать товар. Так что он заплатил полностью. Кое-то я отложил на покупки для охотников, кое-что — на взятку для тех, кто держит выходы, но денег все равно осталось очень много. Тогда я купил себе красную рубаху, как всегда мечтал, много мяса, впервые в жизни наелся так, что потом меня даже рвало. Рвало мясом! Можешь себе такое представить! — Байсо говорил об этом с улыбкой, но в глазах его стояли слезы. — Всего за неделю я заработал больше, чем мой отец зарабатывал за несколько месяцев. Если бы я раньше узнал о существовании смолки, то смог бы прокормить сестренку. Она была такая худенькая, ручки тоньше ветки, только глаза были большими-пребольшими, и она ведь совсем не плакала. Знаешь, какая она была талантливая! У нее талант был равен двадцати двум, такое красивое число, в два раза больше, чем у меня. А я, как старший брат, не смог ее защитить. Поэтому, Шен, я обязательно защищу тебя, пусть ты и глуп, как старый пень, — Байсо немного помолчал, затем продолжил рассказывать: