Наталья Бутырская – Дворец (страница 22)
Он посмотрел на зал и сперва увидел торчащую руку. Ю тянул ее так усердно, что рукав сполз аж до плеча.
— Мастер Ши! Мастер Ши!
Мальчишка даже встал на колени, чтобы его лучше было видно. В первом-то ряду.
Ши Хэй глянул на Ясную Мудрость, и та кивнула. Мол, лучше ответь, иначе не отвяжется.
— Говори.
— Мастер Ши! Вы же понимаете, что ваш рассказ не имеет никакого смысла?
Этот Ю слышал когда-нибудь об этикете?
— Словно взяли свиток, порвали надвое, и у вас в руках только одна половина. Вроде и иероглифы знакомые, и слова понятные, а смысл написанного… Его нет! Зачем было разговаривать с солдатами? Почему нельзя было опросить магов? Синшидайцев?
— Ю! — воскликнула Ясная Мудрость. — Ты ведешь себя грубо! Извинись перед мастером Ши!
— Прошу отнестись к словам вашего малознающего и плохо обученного слушателя со снисхождением, — мальчишка просил прощения так, словно издевался. — Но даже этому позднорожденному видно, что ваш рассказ неполон.
— Я предупредил, что не был свидетелем описываемых событий и мог узнать о произошедшем лишь от тех, кто был там. К моему глубокому сожалению, очевидцы со стороны императора не выжили, потому мне оставалось только опросить солдат. Синшидайцы отказались беседовать со мной. Вероятно, не хотели повлиять на меня своим личным и пристрастным отношением. Впрочем, полагаю, что вам, ученикам Академии Син Шидай, проще понять, что же происходило на самом деле. Даже по косвенным признакам.
— Отличная мысль, мастер Ши!
Ясная Мудрость встала, и ее голос безо всякой магии перекрыл весь зал.
— Вы выслушали рассказ мастера Ши и услышите продолжение. Дополнительное задание: напишите, какую магию могли применять последователи учителя Куна, сколько Ки они должны были потратить с учетом среднего таланта, и сколько кристаллов у них было. Под магией я понимаю не только заклинания, но и вероятные массивы, и амулеты. Дайте волю воображению и не забудьте расчеты.
Студенты громко застонали. Злобные взгляды уперлись в спину Ю, из-за которого они получили еще одно задание, но мальчик даже ухом не повел. Видимо, ему было не привыкать к ненависти своих однокашников.
— Прошу вас, продолжайте, — сказала Ясная Мудрость и села обратно.
«
Уко вздернула голову.
Внутренний двор до сих пор виделся ей в кошмарах. Хуже всего было, когда она помнила, что император — Тедань, и ее задача — оберегать его жизнь. Вначале Тедань выходил из личных покоев и направлялся к одной из наложниц, и вдруг Уко понимала, что это не тот внутренний двор, в котором она знает каждую тропку, а другой, враждебный. Она бросалась за императором, кричала, звала, просила остановиться. Он ее не слышал и продолжал идти. Уко видела, что он вот-вот попадет в ловушку, но не могла остановить. Ноги ее переставали слушаться, и она словно увязала в болоте. А потом на ее глазах Тедань погибал, хотя Уко знала, что магия на него не действует. И самый ненавистный момент — когда она подходит к трупу, переворачивает его, и на нее смотрит лицо учителя Куна.
Цянь Ян будил ее, обнимал и успокаивал. Ни разу не спросил, почему она выкрикивает по ночам имя Теданя. Ему тоже снились кошмары.
Какое-то время Уко и Ян шли вместе с Кун Веймином. Тедань, как всегда, впереди, собирал на себя всю магическую мишуру, изредка срабатывали немагические штуки, и тогда Мэй за доли мгновения выставляла перед ним щиты. Сначала она постоянно держала щит перед Теданем, но после того, как одна ловушка сработала на щит, и Тедань чудом остался в живых, Мэй пришлось убрать защиту и рассчитывать лишь на свою скорость. Уко и не знала, что у слабенькой магички такая хорошая реакция. Было удивительно уже то, что Мэй вообще столько времени продержалась на ногах.
Хотя учитель Кун на пару с Идущим к истоку в последние пару лет серьезно взялись за эту слабачку. Растирали ей ноги какими-то травами, вот же стыдоба! Заставляли заниматься по особой программе. Уко как-то раз глянула, что там за тренировки. Смех, да и только. Сесть-встать, сесть-встать, наклониться, повернуть ногу так-сяк. Никакого сравнения с тем, что заставляла делать Старшая сестра. Но понемногу Мэй окрепла, вылезла из своего нелепого кресла и ходила уже не только на магических подпорках.
Кун Веймин показал на очередное ответвление и сказал, что эта дорога ведет к загонам летунов. И Уко со своей группой отделились от учителей.
Уко не любила пользоваться магическим зрением, считала, что потоки Ки сбивали с толку и не позволяли видеть истинный мир. Мэй, напротив, почти всегда смотрела именно так и говорила, что настоящий мир можно узреть лишь через магию, так как магия и есть жизнь. Может быть, у Мэй так оно и было, а мир Уко прост и жесток. И магия — лишь еще один способ убить или быть убитым.
Цянь Ян сказал, что сам будет отыскивать магические ловушки, а Уко пусть отслеживает обычные. Один солдат, сильно в возрасте, предложил кидать что-нибудь в проход, ветку или копье, чтобы заклинания срабатывали на них. Ян покачал головой.
— Может, что-то и отреагирует, но вставить в ловушку дополнительное условие несложно, например, вес или наличие Ки. Тогда такие заклинания будут пропускать все неживое или животных и птиц, но срабатывать на человека.
— Да чего их слушать? — взорвался солдат помоложе. — Там и ловушек всего ничего. Да и вообще, можно же идти не по дороге!
Он резко свернул в кусты, сделал всего несколько шагов и свалился, содрогаясь в мучительной попытке вдохнуть. Две минуты, и он затих.
Ян хотел что-то сказать, но Уко опередила его. Оскалив зубы, она посмотрела на солдат.
— Если вы все попрете вперед, буду только благодарна. Быстрее дойду до места!
Все промолчали. А они двинулись дальше. Сначала Ян хотел обезвреживать каждый замеченный капкан и каждую западню, но сообразил, что тогда император успеет полдворца вывезти, потому решили их обходить или разряжать, если проход был невозможен. Потери были все равно. Не все солдаты смогли пройти в точности там и так, как показывали Ян и Уко, пару раз и сами ученики смогли выжить лишь благодаря магическим щитам, которые ставили на рефлексах. Один раз Ян едва успел уклониться от стрелы, Уко повредила ногу и прихрамывала.
Но до загонов они дошли. Уко никогда прежде не видела летунов и по привычке представляла себе что-то вроде загона для яков или лупоглазов, а тут перед ними предстала высоченная каменная стена с кольями, направленными внутрь. За ней торчали три башни, с которых, наверное, можно было потрогать Небеса. Ворота были открыты, и солдаты, ощетинившись арбалетами и луками, осторожно вошли внутрь. Ян и Уко последовали за ними.
Запертые сараи размером с сыхэюань, мощные основания башен, суетящиеся евнухи… Уко не обратила на это никакого внимания. Она смотрела на огромного пушистого зверя с длинными усами, который мягко извивался, словно переливаясь, вокруг трех человек. Какой-то солдат прицелился и собрался было выстрелить в них, Уко выхватила плеть и вышибла оружие у него из рук.
— Придурок! Ты в кого собрался стрелять?