Наталья Бутырская – Академия (страница 10)

Меч, копье, лук со стрелами, топоры, щиты… Как часто вы таскаете это с собой? Даже сейчас вы стоите передо мной без оружия. Одно движение — и вы трупы.

Подготовленный человек вооружен всегда, каждую минуту, неважно, сидит он в отхожем месте, спит ли, находится ли на приеме у императора. Есть, конечно, способы самозащиты и без оружия, но кулак все же проигрывает банальному ножу.

Можно потратить годы на то, чтобы обучить вас смертельным точкам на теле человека, но в реальности проще вслепую ткнуть спицей, чем ощупывать, где там горло или висок.

Кто-то может возразить, что есть же магия, амулеты… Так вот, на каждый амулет есть свое противодействие. И сложно вспомнить нужное заклинание, если чувствуешь удавку на шее.

Как вы думаете, сколько на мне сейчас оружия?

Она нарочито безобидно сложила руки на платье, изображая наивную девочку, но от одного взгляда на ее набеленное лицо становилось дурно.

Я мысленно прикинул. В ее рукавах легко можно спрятать даже мечи, не то что ножи. В прическе помимо острых шпилек могут находиться кинжалы, пузырьки с ядом, кристаллы с Ки, а под юбками — одеяла, котелок, доспехи, запас провизии на неделю и седло для лупоглаза. Но амулетов на ней не было. Ни одного.

— Десять, — ляпнул Тедань.

— Личного ученика я выберу не по навыкам, — проигнорировала его Старшая сестра. — Мой опыт показывает, что важнее желание человека выжить. Выживает не самый сильный, не самый умный и не самый талантливый, а тот, который готов умереть ради того, чтобы выжить.

Одна из девушек хихикнула, но тут же смолкла под пристальным взглядом Старшей сестры.

— Вы еще не поняли, о чем я говорю. Ты! Как тебя зовут?

Девушка с короткой стрижкой слегка наклонила голову:

— Уко (в переводе с китайского — грязь, далее в тексте — Уко).

— Хорошее имя, — кивнула Старшая сестра, и мне на секунду показалось, что ее тонкая шея переломится под тяжестью монументальной прически. — Кто стал личным учеником Идущего к истоку?

— Я, Ян из клана Цянь, — шагнул вперед юноша с тонкими чертами лица. Уко по сравнению с ним выглядела как грубая обезьяна. Неровные торчащие пряди волос не могли скрыть ни ее широкого подбородка, ни выпуклого лба, серые узкие глаза с короткими ресницами терялись за расплывшимся носом. И тем больше внимания привлекали ее губы, неожиданно пухлые и красные.

— Уко, если победишь его, станешь моей ученицей. Сможешь?

— Да, — коротко сказала девушка.

Ян удивленно поднял бровь:

— Значит ли это, что в случае ее проигрыша личным учеником стану я?

— Нет, — Старшая сестра отошла назад и приглашающе махнула рукавом, — это означает, что личным учеником станет тот, кто победит тебя.

— Тогда зачем мне драться? Может, я просто сдамся?

— Тебе нужен стимул? Хорошо, а то ведь это получается так несправедливо, — протянула последнее слово Старшая сестра. — Тогда как насчет такого условия: каждый, кто проиграет, станет твоим слугой на неделю, — и она глянула на Уко, — и будет выполнять любые твои желания. Согласен?

— Как скажете, учитель. Но каким оружием мы будем биться?

— Любым, что у тебя есть.

— Но… — Ян нервно оглянулся на своих друзей, затем выдохнул и сказал, — хорошо.

Уко встала напротив, также без оружия. Они смотрелись так, словно к благородному господину на поклон пришла крестьянка из глухой деревни. Только вот у крестьянки не бывает такого взгляда.

Старшая сестра равнодушно смотрела на них, спрятав руки в длинных рукавах.

Мне было интересно, видел ли Ян из клана Цянь тот случай, когда Уко отбилась от приставшего к ней парня. Скорее всего, нет, иначе бы он не отнесся бы к бою так небрежно. Он видел лишь неуклюжие попытки Уко махать мечом на прошлом занятии по боевым искусствам и сделал неправильные выводы, а вот Старшая сестра явно знала все.

Ян шагнул вперед и замахнулся на девушку. По его лицу читалось, что ему была неприятна эта ситуация. Если он выиграет, это не поднимет его репутацию, если проиграет — окажется хуже Уко.

Уко молча налетела на парня, изо всех сил молотя руками и ногами. Ян перехватил ее за запястья, перевернул к себе спиной, удерживая девушку ее же собственными руками.

— Сдаешься? — спросил он. — Побудешь неделю моей служанкой — ничего страшного. Уверен, ты отлично справишься.

Она бессильно подергалась, пытаясь вырваться, но после этих слов обмякла в хватке Яна и повисла как тряпочка. Тот подержал ее несколько секунд, затем отпустил:

— Вот и правильно. Учитель, я побе…, и охнул от сильного удара в бедро. Все же у парня была неплохая реакция. Уко тут же попыталась ударить в живот, он успел отбить ее колено. Тогда она напрыгнула на парня, схватила его за уши и вцепилась зубами в нос.

Ян заорал и начал молотить девушку кулаками, пытаясь оторвать ее от себя, по его лицу и шее текла кровь, смешиваясь со слюной Уко.

— Хватит! Хватит! Я сдаюсь! — гнусаво крикнул Ян, но Уко не отпускала его, пока Старшая сестра не сказала:

— Побеждает Уко. И становится моим личным учеником.

Тогда девушка спрыгнула на пол, вытерла рукавом кровь со рта и отошла в сторону, ощупывая свои ребра. Красивое лицо Яна стало похоже на уродливую маску с огромным распухшим носом, на котором виднелись рваные раны от зубов.

— Лекаря! — простонал парень, но Старшая сестра прошла мимо него и посмотрела на нас:

— Итак, перед началом драки все преимущества были у юноши. Он выше, сильнее, его хорошо кормили и обучали с детства. Он знает, как правильно двигаться, как дышать, куда бить. Так почему он проиграл?

Первая ошибка — он недооценил противника. К девушкам всегда относятся снисходительно и не ожидают от них серьезного сопротивления. Поэтому всегда лучше выглядеть слабым и безобидным.

Вторая ошибка — он не жаждал победы. Он мог вырубить Уко первым же ударом, но не стал этого делать. Почему?

— Лекаря, — снова попросил Ян, зажимая лицо руками.

— Потому что он хотел, чтобы Уко сдалась, поняв разницу в силе. Так вот, в выживании нет места логике. Слабый может победить сильного.

Третья ошибка — он не готов побеждать любой ценой. Даже после того, как Уко укусила его за нос, он мог победить. Он мог оторвать ее от себя, пусть и потеряв кончик носа. Он мог упасть и придавить ее, да даже просто схватить за шею и придушить. Или подключить один из своих амулетов. Или заморозить ее магией. Но боль и страх остаться уродом выбили все мысли из его головы.

Ну и стимул… Ян не готов умирать ради возможности получить слугу на неделю. А вот Уко готова была умереть, только чтобы не стать слугой. И это важно!

Лекарь!

В зал вошел человек в черном, отвел Яна в сторону и принялся за лечение. Уко же, кривясь при каждом шаге, вернулась в строй.

— Первое ваше задание — найдите в себе то, ради чего вы должны жить. Ради чего вы готовы будете перегрызть глотку даже бешеной собаке, чтобы выжить. Без этой цели вы не сможете пройти дальше.

Я бы соврал, если сказал, что сумел остаться спокойным после всего увиденного и услышанного. Не знаю, как готовят в других университетах, но здесь все учителя словно сговорились и решили перевернуть мир учеников вверх ногами. Пожалуй, самым адекватным человеком была Ясная мудрость, которая всего лишь запустила опасное заклинание в Мэй и дала невыполнимое задание.

Я немало видел смертей, пока ехал в столицу, но сегодняшняя драка показалась самой мерзкой и отвратительной. Эта женщина хочет, чтобы мы, как дикие животные, набрасывались друг на друга и рвали на части зубами? Разве это и есть боевое искусство? И что пережила Уко, чтобы стать способной на подобное?

После занятия я спросил у Теданя, есть ли у него то, ради чего он должен выжить, и друг, не задумываясь, ответил:

— Конечно. Я должен заставить весь мир упасть к моим ногам.

— И ради этого ты готов драться, как Уко?

Он прошел через очередную ловушку, слегка поежившись, и сказал:

— Вряд ли. Если на кону какое-то звание или поступление в Академию, то нет. Драться всегда как в последний раз? Я ж не псих.

— Тогда зачем все это?

— Думаю, та тетка хочет, чтобы если нас приперло, мы смогли так драться. А еще лучше — победили с первого удара. Не зря же она говорила про скрытое оружие.

Я почесал затылок. Слова Теданя меня успокоили, так как я никак не мог найти то, что заставило бы меня потерять рассудок. Смерти я не то, чтобы не боюсь… скорее, не могу представить, что умру. Я не боялся боли, но не хотел бы оказаться в положении Байсо, когда ты бессилен что-либо сделать.

Мысли Теданя мне нравились гораздо больше, чем страхи Уко. Отгрызать нос кому-то только из страха оказаться в какой-то ситуации? Это не сила, это слабость. Сражаться из страха возможно, если уже пережил что-то подобное. Из-за страха повторных пыток Байсо начал заниматься боевыми искусствами, но он не сможет чего-то достичь, если страх будет его единственной мотивацией. Он должен найти внутри себя новую цель. Впрочем, за брата я не переживал, он сумеет подчинить свой страх.

Тедань не боялся ничего, и в какой-то мере в этом заключалась его слабость. Если бы он боялся вылететь из Академии, он занимался бы усерднее. Если бы боялся дурной славы, то попытался бы изменить мнение о себе. Но его не волновали чужие слова или возможные неудачи, он все события воспринимал лишь как ступени к завоеванию мира. Если Кун Веймин сможет доказать Теданю, что Академия необходима, то, уверен, мы все будем глотать пыль вслед за ним.