Наталья Бульба – Суровые ведьмины будни (страница 43)
Серебристая дымка соскользнула с моих пальцев, устремляясь к вошедшим, на ходу принимая облик двух нереально прекрасных девушек, гибких и чувственных, с глазами, пылающими неутолимой страстью. Мой первый вызов духов нижнего мира удался.
Суккубы скользнули навстречу разъяренным мужчинам и приникли к их губам, нимало не смущаясь ни настроением своих жертв, ни окружающей обстановкой.
Изящная блондинка с высокой грудью, облюбовавшая Баала, ухитрилась повиснуть на нем, обхватив ногами талию, и запойно целовала, не замечая ни крайне внушительных клыков боевой ипостаси, ни попыток бедного демона отодрать ее от себя, и при этом еще ухитрялась расстегивать пряжки ремней доспехов.
Эльфу повезло меньше. Доспехов на нем не было, а его черноволосая суккуба отличалась еще большей настойчивостью и пылкостью нрава. В считанные секунды она сумела избавить белобрысого и от камзола, и пуговиц на рубашке. Попытка эльфа выбежать из кабинета была пресечена на корню и он оказался плотно притиснутым к ближайшей стене. Гибкое тело змеей обвивалось вокруг эльфа, руки скользили по телу, губы, казалось, покрывали поцелуями каждые миллиметр его кожи.
О наших скромных персонах все как-то забыли…
Растерянность в рядах воинов, стоявших в коридоре, постепенно сменялась легкой истерикой. Нет, они еще не смеялись в голос, но были недалеки от этого. И можно было не сомневаться, что на ближайшее время тема для шуточек у всего гарнизона будет только одна.
Раздался грохот - блондинка таки ухитрилась снять кольчужную рубаху Баала, и теперь ласкала мощный торс, мурлыча от удовольствия. Демон рычал, пытаясь оторвать ее от себя, но никак не мог схватить гибкое создание, подвижное, как капля ртути. К тому же, суккубы, будучи воплощенными духами нижнего мира, силой немногим уступали демонам, что добавляло остроты ощущениям жертв, привыкших к своему безусловному физическому превосходству.
Ошалевший эльф, в своих попытках хоть как-то погасить это ожившее пламя, упустил стратегически важный момент, когда в руках суккубы оказалась пряжка ремня его брюк. Лишь ощутив, как эта важнейшая деталь туалета каждого мужчины вознамерилась покинуть его тело, эльф сдавленно пискнул и опрометью кинулся к дверям, ухитрившись в этом порыве выскользнуть из цепких ручек горячей брюнетки. Суккуба бросилась за ним, едва не столкнувшись с Вирраном, внезапно возникшим на пороге.
Упс, вечер перестает быть томным…
Моему благоверному хватило одного взгляда, чтобы оценить ситуацию. Развеивающий пасс в сторону блондинки и крик 'Мара, остановись!' практически совпали по времени. Но, увы, он только смог лишний раз убедиться в женском коварстве. Суккуба сумела увернуться от брошенного им заклинания, скрывшись за широкой спиной Баала, и тут же выскочила в коридор, видимо, решив больше не искушать судьбу. А я, прошептав: 'Прости, милый, но так надо', захлопнула дверь под самым его носом, успев увидеть тело, распластанное в бешеном прыжке. И… заревела под аккомпанемент запоров и противовесов, исправно пришедших в движение где-то в толще камня. Теперь, пока мы не выйдем из тоннеля, никто в него попасть не сможет. По крайней мере, именно так была описана система безопасности в 'Летописи'.
Туся, с проницательностью бывалой Бабки Йожки без слов поняв мое состояние, взяла рыдающую меня на буксир. Впрочем, и с ее стороны периодически доносилось нечто, весьма напоминающее всхлипы. Быстро передвигаться в таких условиях было затруднительно, но, увы, необходимо. Подземный ход был достаточно длинным, и если мы не успеем выйти из него и затеряться в лесу до подхода наших демонов, можно смело примерять на себя роль мышки в мышеловке с ну очень злым котом у единственного выхода.
Одно радовало: сей стратегически важный маршрут содержался в идеальном состоянии. Ни тебе булыжничков под ногами, ни пауков с витиевато развешанными по углам паутинами, ни запаха затхлой сырости, который ассоциировался у меня с подобного рода объектами. Все чинно, благородно и… по-демонски скрупулезно. Раз потайной ход, значит, ловушки-западни на каждом шагу. А если не на каждом, то через один.
Так что пришлось мне взять себя в руки и занять место во главе нашей маленькой колонны. Фамильный перстень давал мне возможность загодя обнаруживать и обезвреживать ловушки.
Сбившись со счета на второй сотне, я перестала считать эти подтверждения демонской паранойе, а заодно и следить за временем, не загадывая дальше следующего шага. И когда мы уперлись в плотно запертую дверь, я была готова вновь разрыдаться, но на этот раз от облегчения.
Древняя механика работала исправно, и через несколько секунд мы уже лежали на траве, переводя дух и с наслаждением вдыхая свежий ночной воздух. Туся приложила ухо к земле, замерла, прислушиваясь, и деловито сообщила:
- Скачут. Отрядом. Уже близко.
- Уходим! - рванулась я с места, но она поймала меня за руку и покачала головой, подозрительно хитро щурясь.
- Найдут. Не надо их недооценивать.
- Так что делать?
- Сейчас… - осмотревшись, Туся подобрала с земли два маленьких камушка, достала заветный кинжал и, уколов мне палец, смазала один из них моей кровью. То же самое она проделала и со вторым, только окропила его своей.
- Доставай метлу, - скомандовала моя наставница.
Когда мы, оседлав метлы, зависли в полуметре над землей, а на примятой траве остались лежать лишь камни, Туся прошептала какое-то заклинание, холодным огнем отозвавшееся в моем теле. Теперь на нашем месте сидели… мы. Точные копии, даже запах духов был тем же.
Туся легонько дунула в их сторону, и наши двойники встали, разобрали котомки и бодрым шагом двинулись на северо-запад, в сторону границы с человеческими землями, оставляя за собой след на траве.
- Ну вот, - довольно засмеялась Туся, - это займет наших демонят на некоторое время. А если учесть, что эти девушки в отдыхе не нуждаются, то, возможно, и на пару дней. А мы с тобой сейчас найдем себе укромное местечко и спокойно поспим. Все равно, до утра в Залесье не попадешь.
И Туся направила метлу в гущу леса, плавно скользя над самой землей.
Ночь мы провели на ветвях огромного дуба, вполне комфортно устроившись в прихваченных мною из замка гамаках. Я вполне заслуженно гордилась своей идеей, избавившей нас от необходимости ночевать на сырой земле, да еще и нести караул по очереди (судя по звукам, раздававшимся в ночи, разнообразной живности, озабоченной поиском ужина, здесь было предостаточно). К тому же Туся категорически настаивала на полном моратории на применение магии, пока мы не пересечем границу Галерона. Зная, а точнее, примерно представляя себе возможности наших демонов, я была вынуждена с ней согласиться. Наше магическое 'эхо' они учуют на любом расстоянии.
Поэтому и внешность перед посещением села мы меняли вполне земными способами. Благо, Туся, работая частным детективом, частенько ими пользовалась и всегда имела в своей бездонной сумке арсенал, достойный гримерной небольшого театра. Парики до плеч самого обычного каштанового цвета скрыли наши приметные шевелюры, линзы - цвет глаз, а изрядно потертые широкополые дорожные шляпы и плащи, без зазрения совести позаимствованные мною у своих же воинов, - фигуры.
Легенду мы толком не проработали, надеясь, что наш хмурый вид вкупе с рукоятями мечей, ненавязчиво выглядывающими из-под плащей, отобьют у торговцев желание любопытствовать.
В таком виде мы и вошли в славный поселок Залесье, имевший даже сторожевой пост у ворот в виде одного усатого и толстого стражника с тоскливыми глазами бассета. Которые, впрочем, тут же повеселели, стоило серебряной монете перекочевать из Тусиной ладошки в его карман. За это мы были удостоены не только позволения войти, не подвергаясь расспросам, но и подробнейшего объяснения, как пройти на торжище, и с кем из лошадиных барышников можно иметь дело.
Отягощенные этой бесценной информацией, мы направились в указанном направлении, искренне надеясь, что покупка лошадей не займет много времени. Ощущение взгляда в спину становилось все более ярким, заставляя торопиться.
Увы… вся глубина нашей наивности стала ясна сразу, как только мы вышли на просторную площадь, сплошь уставленную коновязями. Лошадей было много, даже слишком много, на наш непросвещенный взгляд. А морды торговцев светились такой неподдельной честностью и стремлением облагодетельствовать ближнего, что невольно возникало желание убрать кошелек подальше.
В этот ранний час мы оказались единственными потенциальными жертвами, и барышники слаженной толпой накинулись на нас, хватая за руки, вопя, и стараясь утянуть каждый к своей коновязи. Этот темперамент, достойный восточного базара, просто сбивал с ног. Мы с Тусей вцепились друг в друга и мелкими шажками, отпихивая локтями наседавших торговцев, двинулись вдоль рядов, пытаясь одновременно удерживать оборону и рассматривать коней.
Увы, сразу пришлось признать, что мы переоценили свои силы. По каким признакам следует выбирать лошадей, мы просто не знали. Я помнила из мушкетерских романов, что нужно посмотреть зубы, ощупать бабки… а дальше что? Узкая голова говорит о выносливости? Или широкая грудь? Или…
Обреченно переглянувшись, мы решили доверить выбор интуиции. Пройдя еще один ряд и, окончательно ошалев от напористости торговцев, мы остановили выбор на гнедом коне, показавшемся нам достаточно сильным и молодым. Я уже протянула руку к поводьям, когда широкая, обветренная ладонь мягко отвела ее в сторону, и голос, который я узнала бы из тысячи, насмешливо произнес: