Наталья Бульба – Капитан неизбежность (страница 37)

— Рэя, госпожа лидер-капитан, — повторила за ним женщина. — По приказу эклиса Ильдара мы поступаем в ваше полное распоряжение.

… не могла бы справиться…

— Он столь же великолепен в своем мастерстве, как и вы? — взглядом показав на брата, полюбопытствовала я.

На парней старалась не смотреть… чтобы не сорваться.

— Не хуже, госпожа лидер-капитан, — не позволив себе и тени улыбки, ответила она. — Вы можете полностью на нас рассчитывать.

— Это хорошо, — кивнула я, пытаясь понять, что именно чувствовала. Получалось, что ничего. Камил был мертв, но… благодаря стоявшей напротив меня барышне он все еще оставался жив. — И обращайтесь ко мне просто — капитан. — Посмотрев на Антона, попросила: — Устрой новеньких и расскажи, что у нас и как.

— Сделаю, — кивнул он, тут же направившись к двери.

— И найди им, во что переодеться. А то ведь нарвутся…

Они уже вышли, а я продолжала стоять… смотреть в полные тоски глаза ангела и видеть в них отражение своих, в которых застыл немой вопрос: «Почему именно мы?»

Ответа на него у меня не было.

История 2. Разведка боем

Глава 1

— Капитан, до выхода из прыжка шестьсот секунд.

— Принято, до выхода шестьсот секунд, — отозвалась я, оглянувшись, чтобы не только выяснить, с чего это Антон столь волнующе захрипел, но и высказаться по поводу его опоздания. Последние две пятиминутные контрольки озвучивала сама. — Это что такое? — непроизвольно сглотнув, уточнила я, полностью разворачивая пилот-ложемент.

Зрелище того стоило. Голубая кожа с явно выраженными прожилками вен весьма оригинально смотрелась на фоне коричневого рабочего комбинезона.

Сбоку многозначительно хмыкнул Костас — тоже отвлекся от своих внешек, сдержанно хохотнул Карин, сидевший вторым.

— Рэя отрабатывает наложение четвертого уровня иллюзий, — доложил Сумароков, осчастливив меня довольной улыбкой. Выглядело… как в кошмарном сне. Душераздирающий оскал Тараса, только в мрачной сероватой гамме.

— Конечно… Рэя, — тяжело вздохнув, чуть слышно прошептала я и добавила, уже громче: — Займи свое место.

Новеньким было легче.

Они не знали Камила, они не видели едва дышавшего Тимку, которого возвращал к жизни Хранитель, они не принимали тех решений, через которые пришлось пройти нам. Для них ничего не значила причина, по которой мы с Дарилом более половины стандарта оставались чужими друг для друга.

Для них… Для них не было того прошлого, которое заставляло меня отводить взгляд каждый раз, когда Рэя оказывалась поблизости. Они просто приняли близнецов, как данность, как… необходимость. А некоторые, как Сумароков, даже начали находить в их присутствии на борту положительные моменты.

Стареньким оказалось труднее… Невозможнее…

Вот только выбора у нас не было. У меня не было.

— Костас…

— Принято, капитан, — не дал он мне закончить. — К расчету на плюс три готов.

Я и не сомневалась, но продолжала дергаться. Дарил, как я ему и обещала, шел вторым, отрабатывая двойное вхождение. Из сверхдальнего…

Было из-за чего нервничать.

— Капитан, — сбил меня с мысли Дальнир, — я тоже хочу иллюзию четвертого уровня… — Жалобно так, трогательно…

— А если чистить гальюн за нарушение полетной карты? — сдержав невольный смех, угрожающе поинтересовалась я.

— Дискриминация… — обиженно выдал ИР по личному каналу, продублировав и остальным.

— И это только начало, — философски заметила я, бросив взгляд на таймер.

Из-за правого плеча тут же раздалось:

— Триста секунд до выхода из прыжка! — Сумарокову этого показалось мало, он еще и наклонился, чтобы я могла лучше рассмотреть его новый образ. В ноздри ударило запахом… незнакомым запахом, чужим… Напоминая… Чужие звезды… — Знаешь, капитан, я даже чувствую себя изголодавшимся, — закончил он, не заметив моего смятения.

— А я — озверевшей, — буркнула я, сделав вид, что ничего необычного не происходит. Подумаешь, четвертый уровень, на котором от Антона остались лишь рост, да смутно знакомые черты лица.

Впрочем, все могло быть значительно хуже.

Рэя я отправила к Дарилу, оставив его сестру на «Дальнире». Лучше бы, конечно, наоборот — здесь был Тимка, для которого присутствие на борту акрекатора, разыгравшего схему с Камилом, продолжало оставаться слишком болезненным, но я предпочитала держать ситуацию под контролем. Чем ближе, тем больше шансов вовремя отреагировать.

Да и способы решения проблем у демона были из тех, что с мужчиной проще. В морду и… конец разногласиям.

Для этих двоих вариант был из тех, когда еще неизвестно, чья возьмет.

— Андрей, готовность к запуску тормозных. В стандарте отрабатываем на минус трех. Дальнир, на тебе расчет экстренного погружения.

— Принято, капитан, — опередив ИР буквально на долю секунды, отозвался Вихрев.

Пацаны!

— Двести десять… Заложенная дельта по «Тсерре» — сто восемьдесят.

— Принято, двести десять! Экипажу — боевая тревога!

— Сигнал «Боевая тревога» прошел в системе. Оружейный передал «Орудия к бою». — На миг показалось, что Сумароков слегка отвлекся от своего внешнего вида, но он тут же дал понять, что я ошиблась. — Капитан, а тебе пойдет быть маткой.

Говорил он шепотом… но по громкой связи…

— Главное, не окажись в сфере ее матримониальных интересов, — не отрываясь от внешек, задумчиво протянул Костас.

— А то ведь… прощай Антон Сумароков, капитан-лейтенант, красавец, любимец всех девушек на базе и просто хороший парень… — с теми же интонациями выдал Джастин, севший первым вместо отстраненного мною Тараса. За драку. Со Стасом и Валечкой. Причина — Рэя.

Похоже, для ангела самаринянка стала воплощением всего зла, которое имелось в этом мире.

— Сам там не окажись, — хмыкнул мой первый помощник, намекая, что в соответствии с придуманной нами легендой именно Джастину предстояло изображать одного из ближнего круга матки.

Как выяснилось, после очередного удачного спаривания с самцом, барышни леоров не гнушались ментальным лакомством. Главным блюдом шел собственный партнер, который в этот момент не мог дать ей достойный отпор.

— Сто двадцать, — подняла я спинку пилот-ложемента. Промежуточные сто восемьдесят мы благополучно протрепались.

К лучшему. Двенадцать дней полета позади, до Изумрудной… считанные секунды.

Очень хотелось обернуться назад, посмотреть на Игоря… возвращая себе уверенность, но его место в этом полете пустовало. Выполняя просьбу отца, Таласки забрал с собой Искандер, перехвативший нас на своем щитоносце после выхода из первого прыжка.

Несмотря ни на что муж нашел возможность попрощаться, растянув его на восемь часов. Только наши с ним восемь часов…

О том, что они могли быть последними в нашей жизни, я не думала. Он — тоже. И его и моя вера была за двоих.

— Шестьдесят, — подобрался Антон, устраиваясь в своем кресле. Голубыми пальцами с серыми ногтями прошелся по дисплею, подвесив над собой навигационную карту сектора Изумрудной, откуда мы собирались начать свой путь по чужой галактике.

Обратный отсчет…

— Внимание экипажу, — заставила я себя расслабиться. Всему остальному больше не было места рядом со мной. — До выхода из прыжка пятьдесят… сорок… тридцать… двадцать… десять… зеро!

— Тормозные на готовности…

— Анализ точки выхода… Пошел опорный…

Символы ракетных установок первого залпа светились зеленым… С Валечкой был Слайдер, все чаще заглядывавший в оружейку. Команда перетасовывалась, обрастая новыми связями.

Наверное, так было правильно — нас становилось все больше, но вызывало тоску. По прошлому. Где Дарил был справа, а Тарас — слева. Мои ангел и демон…

— Есть точка выхода, — вскинулся Костас. — Отклонение в пределах расчетной погрешности!

Новость из хороших. Навигационные карты имели временную дельту, свежими нам только предстояло обзавестись. Домоны, когда приглашали в гости нашу делегацию, делиться ими не пожелали.

— Принято. Сфера на плюс три…