Наталья Бульба – Капитан неизбежность (страница 20)

Использовал ангел личный канал командного.

— Или доложилась отцу, — вторил ему мой хакер-навигатор. Тоже по… личному.

Стадия — следующая, доведение до кондиции…

— Костас, мне нужна корректировка курса тяжелого, — сдержав улыбку, приказала я.

Мелочно, но… играть на чужих нервах я тоже умела. Их же стараниями.

— Капитан, — вроде как обиженно протянул он, спустя пару секунд. Я буквально замерла в предвкушении, — есть корректировка курса тяжелого.

— Корректировку подтверждаю, — равнодушно отозвалась я, оценив данные лишь быстрым взглядом. — Пилоту принять курс.

Вот только на душе было не столь безмятежно, как я пыталась показать.

Двадцать шесть экипажей… Это те, что при нас. Мог быть и двадцать седьмой, но Виталий успел поднять парней Аронова и его самого, пока мы прикрывали, сбросив на спешивший добить их средний несколько волновых мин.

Серьезные потери! Невосполнимые! Да и удар по репутации…

— Капитан, маршевые — сорок. На курсе!

— Спасибо, Антон, — совершенно не по-уставному ответила я.

Рапорт Сумарокова прозвучал очень вовремя. Я как раз рассуждала о будущей судьбе Службы внешних границ.

Искандер, конечно, справится — авторитет сумел заработать, чтобы получить второй шанс, да и Индарс с Синтаром не оставят без поддержки, но… В преддверии большой войны им просто могло не хватить времени, чтобы восстановить боеспособность в полном объеме. Ни один перехватчик, участвовавший в этой бойне, не вернется на базу без повреждений. Да и сам «Кушнар»…

Думать мне об этом не стоило, но ведь думалось…

— Костас, сообщение на «Тсерру». Иду по плану. Связь через Ван Хилда. — Вздохнула… нужно было хоть что-нибудь жизнеутверждающее, но не получалось…

Ярость, помогавшая держаться в бою, начала стихать, оставляя после себя опустошенность. Не самое лучшее состояние для очередного безрассудства. Но — другого просто не было. Трудно заставить себя испытывать кураж, когда за твоей спиной… смерть.

— Маршевые — сорок пять…

— Принято, — машинально обронила я. Мысли о погибших не ушли, но словно отодвинулись, уступая место другим, которые были сейчас важнее. Этих уже не вернуть, а тех… тех еще можно было спасти.

Новый расчет от Дальнира… Второй — от Костаса. В другое время можно было бы и улыбнуться — противостояние пусть и гениального, но всего лишь человека и ИР, я же лишь убедилась, что результат одинаков, вновь возвращаясь к ключевым моментам плана.

Крейсер тяжелый, на разгон шел медленно. Тормозиться потом тоже будет с трудом, кряхтя и постанывая… Нам же и сложнее, и проще. Проще в корректировках — сможем контролировать до последнего. К тому же разница в гравитационном воздействии… если зацепимся в «мертвой», не придется держать столь уж плотную защиту, чтобы не нарваться на волну СПУ. Сложнее — по той же причине. Зона прокола… Центровка с запредельной точностью.

— Шестьдесят, — с весьма неожиданными интонациями выдал Сумароков.

Чуть оглянулась — он опять стоял у меня за плечом, окинула задумчивым взглядом. Тот ответил загадочной улыбкой.

Я точно пропустила что-то важное… Оставалось понять — что?

Задаваться вопросом долго не пришлось. Отвлеклась я только на мгновение, а когда развернулась, рядом с ложементом стоял Джастин и смотрел на меня. Глаза в глаза, не пытаясь подчинить или желая подчиниться, но принимая мое право распоряжаться его жизнью и смертью…

Все это было совершенно не вовремя, но… мои мальчики сами выбирали, когда добавить своему капитану проблем.

Клятву преданности Джастин мне так и не дал. Возможности были, но… каждый раз случалось что-либо, не позволяющее ему произнести слова ритуала. Потом все забылось, отодвинулось, стало не важным… для меня. Что думал об этом мой второй пилот, я не спрашивала, предпочтя оставить все, как есть.

— Семьдесят, — добавил экспрессии Антон, успев как раз, пока скайл опускался передо мной на одно колено.

— Принято, — выдохнула я, не шевельнувшись. Хоть что-то вокруг меня должно было оставаться неизменным. Хотя бы я сама. — Стабилизирующие на мощность. Подготовка к центровке. Костас, Дальнир, корректировка курса.

Слившееся в одно: «Принято!», резонировало с биением пульса в жилке на виске. Шаре бы мне сейчас точно не помешал.

С желанием я опоздала, на дисплее моего терминала появились два расчета. Одновременно! Завизировав своим кодом, отправила Тарасу. Вот кого происходившее между мной и Джастином нисколько не беспокоило.

Завидовать ангелу не стала — сама бы я вряд ли взяла на себя штурвал в подобных обстоятельствах. Несмотря на азарт и то самое «слабо», которое уже неоднократно помогало выходить из самых нестандартных ситуаций, предел своих возможностей, как пилота, мне был известен.

— Моя сила и воля, мой путь и моя слава, — начал Джастин, не отводя от меня взгляда, — мой выбор и моя преданность…

— Восемьдесят, — вклинился в возникшую паузу Сумароков.

Это был уже не бардак!

Желание рявкнуть задавила в зародыше. Ко всем своим ошибкам добавлять еще и эту точно не стоило — не заслужил Джастин такого отношения. Да и понятно было, что именно вытворял — игра с Судьбой. По крупному! Когда на кон все, что у тебя есть — честь, свободу, жизнь!

Воспоминание о Судьбе было совершенно некстати, вырывая из прошлого Рауле и… меня на его рисунке карандашом в образе богини самаринян Тайраши.

— Девяносто! — с каким-то священным трепетом сорвалось с губ Антона, вторя моим собственным мыслям. — Удаление нуль девяносто пять.

— Корректировка курса произведена, — забивая слова Джастина отрапортовал ангел. — Центровка по второму кругу… Гасим рыскание…

— … быть рядом…

— Капитан! — вскинулся Костас. — Волна СПУ. По касательной!

— Поднять уровень защиты! Корректировка погрешности…

— Девяносто четыре! Удаление нуль восемьдесят…

Оптимальное Дальнир вывел, как нуль шестьдесят пять…

Этот разгон нам предстояло запомнить на всю жизнь! Сколько бы ее нам не осталось!

— … порукой тому имя рода…

Имя рода… В последнее время все умные мысли приходили ко мне слишком поздно.

Джастин был подопечным Аршана, об этом мне было известно. Переходя на службу во имя кангората, скайлы отказывались от своего рода, подчеркивая свободу от любого влияния.

Но клятва!

Исключение?

— Корректировка погрешности завершена. Центровка выполнена!

— Девяносто семь! Удаление нуль семь…

Единственный наследник? Будущий канир?

Дарил тогда сказал, что я могу принять клятву… Не без умысла — этот никогда и ничего не делал просто так, но в абсолютной уверенности, что меня это ни к чему не обяжет.

Не обяжет… Но… Второго пилота в мой экипаж привел Искандер… Он же знал о намерениях Джастина и не предостерег меня, признав, что этот вариант его относительной свободе не повредит.

Я чувствовала, что на правильном пути, но разгадка продолжала убегать от меня, как и разгоняющееся вместе с нами время.

— СПУ — поиск!

Поздно, окружавший нас интраксорный туннель давал столько помех, что можно было не опасаться. Это из хорошего, из плохого…

— Девяносто девять! Удаление нуль шестьдесят пять! Готовность к прыжку… Десять… девять…

— … клянусь!

Демоны их задери! Малый круг! Преданные кангора…

— … шесть… пять…

Я могла отказать, я имела на это право, но… сломав его жизнь, сделав отвергнутым.

— Принимаю! — четко и бесстрастно, как и положено по ритуалу, произнесла я. Связывая нас… навсегда.

— … два… один…