Наталья Бульба – Гвалактика белая. И только вера. Книга 12 (страница 44)
- Она о чем? – после короткой паузы уточнил Раксель. У того же Шторма.
- Об эсси Джерхаре, - не помедлил Вячек с ответом.
- О ком? – Ежов сделал шаг… остановился.
- Об эсси Джерхаре, появление которого зафиксировали на Ргое, - вместо генерала ответила Элизабет.
- Но ведь он… - подал голос Раксель.
- Вот именно! – с горькой иронией хмыкнула Элизабет. – Эсси Джерхар – мертв. Если, конечно… - теперь она посмотрела на Ежова.
О том, что никаких «если», они все знали, но…
Бывало в их службе и такое…
Предвестником серьезных перемен…
Глава 8
Их пересечка даже на мини-совещание не тянула. Чистый экспромт…
Одному, несмотря на факт усталости и неожиданно появившуюся возможность придавить пару-тройку часов, не спалось. Второй об отдыхе еще и не помышлял, лично отслеживая, как выходили эскадры корпуса на определенные новым планом точки дислокации.
Третий…
Третьему просто не повезло оказаться не в то время, не в том месте и… не с теми сведениями, потому и отдувался один за всех заместителей сразу.
- Информация о появлении в системах Сирази, Кушти и Вархей архов подтвердилась. – Аронов перевел взгляд со Шмалькова – каперанг как раз склонился над объемкой с той стороны экрана, на стоявшего в нескольких шагах от него капдва Шорна.
По возрасту почти ровесники, но скайл выглядел не столько моложе, сколько более собранным, по-звериному сбитым, запечатанным в черную флотскую форму.
На его фоне Шмальков воспринимался просто «одним из». Такой же, как все… Свои достоинства… слабости. Следы, оставленные прожитыми годами в кажущимся рассеянным взгляде, в том, как хмурился, «видя» что-то, ведомое ему одному, как кривил губы, не утруждая себя тем, чтобы «держать» в их присутствии лицо, задумчиво растирал висок… выдавая терзавшую после контузии боль…
Короткое отступление…
Ни для одного из них оно ничего не меняло.
Дождавшись, когда над тактическим столом сменится картинка, определив в центр те самые, названные им сектора, Аронов заговорил вновь, сохраняя сухой, кажущийся безразличным тон:
- Сбрасывают опорные маяки, выставляют буи оповещения. Работают тройками с поддержкой модифицированных СиЭс. Аналитики считают, что усиление разведгрупп домонов утяжеленными ракетоносцами может быть связано с их адаптацией к нашей тактике. Подстраховка на случай ближнего боя.
- Правильно опасаются, твари… - не зло - брезгливо выдавил из себя Шмальков. Вновь дотронулся до виска…
Досталось ему еще в той… названной конфликтом войне, но отголоски продолжали давать о себе знать.
Не так, чтобы очень часто, но стоило подойти к незримому «пределу», как напоминало. То ли о том, что пора пощадить себя, то ли… наоборот, о том, что будет не с ним – с другими, если не выдержит.
- Судя по резко увеличившемуся количеству фиксируемых СиЭс, мы имеем дело со второй волной. И это… - взгляд Аронова на миг сорвался с внешнего контура навигационки, скользнул «внутрь».
Окраины Люцении… Дальше – буферные зоны и выход на кангорат и империю Старх’эй.
Искры звезд; точки планет; туманности, похожие на растянувшиеся по темнеющему небу серебристые облака; нанесенные мелкой штриховкой астероидные поля; линии напряженности гравитационных полей; едва заметная сетка условных границ…
На мысли, что все это – кошмарный сон, Аронов себя уже давно не ловил, но иногда вот так, как сейчас, разум вдруг зацикливался, цепляясь за обрывки незаконченной фразы, в которой война и игра перекликались в рамках созданной симулятором действительности.
- Информация по другим зонам ответственности? – оборвав его «падение», уточнил каперанг Шмальков.
Случайность, но душившую Арнова беспросветность на миг пробило… Не этим – настоящим, тем, что уже не вернешь…
Служба внешних границ, куда буквально «сослали», когда стало понятно, что быть «усредненным» тогда еще старший лейтенант просто не способен. Ставший домом «Кушнар». Встреча с «Варварой» и ее экипажем. Конвой на гибнущий Штанмар. Друзья… старые… новые. Виталий Стельков, Андрей Алябьев, Дарил Дрей, Наталья Орлова…
Параллельные линии не пересекались…
Но это в иной, не их геометрии!
- Рия, Колорна, Мирказа и Тше – под вопросом, - воспоминания не ушли, но сдвинулись, став для обуглившейся души последними якорями. Что останется, если сорвет?! - В первых двух группы каптри Иволгина зацепили интраксорные следы, однако расшифровка четкого результата не дала. От капдва Керьяну данных пока не поступало. – Аронов опять замолчал, но теперь вся передышка ушла на то, чтобы сбросить в систему соответствующий запрос. – Контрольное время выхода на связь – три нуль-нуль по опорному. Ждем.
- Значит, все-таки скайлы и стархи… - задумчиво протянул Шмальков. Отошел на шаг от тактического стола, поморщившись, забрался ладонью под воротник-стойку, растер шею. – А если Окраины? – поднял он взгляд на Шорна.
- Аналитики окончательного ответа пока не дают, - посчитав, что эта ремарка относилась и к нему тоже, заметил Аронов. Закончив, чуть напрягся, демонстрируя то ли выправку, то ли… служебное рвение: - Я могу быть свободен?
- Да, каптри, можете идти, - кивнул Шорн, продолжая изучающе смотреть на обновленную с последних сводок объемку. – А если не «и», а «или»? – задумчиво протянул он, встав на место Аронова, когда тот, резко развернувшись, направился к выходу из оперативного.
- Не исключено, - согласился с ним Шмальков.
Вариант, при котором домоны предпочтут не распылять свои силы, нанеся удар не по двум, а по одному из «лежащих» на их пути секторов, был более чем вероятен, но продолжал оставаться только одним из возможных.
Недостаток информации… Это были его издержки.
- А знаешь… - продолжил он, но тут же «споткнулся», бросив взгляд на уже переступившего через направляющие Аронова. - Как он?
Шорн оглянулся, успев оценить лишь скрывшуюся за закрывающейся тамбурной дверью спину.
Еще недавно казался дурашливым волчонком…
- Злой, - вновь посмотрев на каперанга, ответил ровно. – Смерть жены лишила остатков человеческого. Только холодная ярость и бескомпромиссная ненависть.
- Его можно понять… - задумчиво протянул в ответ каперанг. – За что им такое?! Совсем мальчишки!
- Сам-то старше был? – скривился Шорн.
От скайлов – только внешность и ментальный каркас. Плотное общение с людьми, да маска отступника, которую носил много лет, работая на спецслужбы кангората, изменили до неузнаваемости. Было время – жалел, понимая, что ставший вторым «я» образ осложнит возвращение на родину, теперь…
Теперь все было так, как было. Не важно, под чьи марши сражались с врагом, главное, понимали, за что!
- Не старше, - согласился Шмальков. Он - помнил… И себя, совсем еще беззубым щенком, принявшим тогда свой первый тяжелый, и друзей, какими они остались навсегда. – Что с ребенком?
- Отправили на Землю к родителям Аронова,- Артур горько усмехнулся. - Аршан был против, но подписанный кангором Синтаром брачный договор не оставил выхода.
- Паскудно это все… - Шмальков вновь посмотрел на плотно вбитую в переборку дверь.
Аронов был из тех, кто запоминается. Добродушной бесшабашностью. Преданностью выбранному пути. Честью, которая только с большой буквы. Верностью…
Про злость Шорн сказал точно… Взгляд каптри был жестким, колючим и… белесым, отливая той же сединой, что отблескивала в непослушных вихрах…
Все, что осталось от того Сашки, каким он его знал.
- Паскудно, - кивнув, согласился Шорн.
Смерть при родах физически здоровой женщины, отказавшей себе в праве жить…
Искореженная чужой волей ментальная матрица выбора ей практически не оставила.
- Что собираешься с ним делать?
Шорн ответил задумчивым взглядом, потом криво ухмыльнулся…
Где-то там были разведгруппы домонов, модифицированные архи, появление которых наводило на мысль о том, что вот-вот могла начаться вторая фаза вторжения, а здесь…
- Он – хороший заместитель, но если не дать сбросить то, что тлеет, очень быстро сгорит, - Артур отступил, расстегнул фиксатор воротника…. – Хочу отправить на стажировку к Орловой, потом выставлю на разведку. Должен справиться.
- Не должен, а – справится, - согласно кивнул Шмальков. Потом протянул, с многозначительной усмешкой: - Они опять собираются вместе…
Шорн, который в этот момент думал уже о другом, недоуменно свел брови к переносице.
Лицо разгладилось буквально через мгновение, губы дернулись… чем-то задорным, залихватским:
- Фразин решил продвинуть Стелькова?