Наталья Бульба – Галактика Белая (страница 230)

Воспользовавшись моментом, я бросила быстрый взгляд на Станислава.

Нас с Левицким разделяло метра три. Он не мог не услышать того, что я сказала, но в отличие от этих двоих восторга не испытывал. Кажется, догадывался, чем закончится разговор.

Вряд ли командование базы откажет губернатору, если он вежливо попросит допустить знакомую ему журналистку в их архив.

– Я предупреждал вас, – оборвав смех, но продолжая открыто улыбаться, заявил Иштван, – что эта женщина не только красива, но и умна. Опасное сочетание.

– Тем приятнее знать, что эта жемчужина украсит сегодня мое празднество, – не скрывая довольства, отозвался губернатор.

– Вы с Земли? – я тут же вскинулась, отметив его сравнение.

– А еще вы умеете делать правильные выводы, – вместо ответа произнес Шамир и жестом предложил следовать дальше, прочь от своей ошибки.

Зря он рассчитывал, что я пропущу сей попахивающий жареным факт.

– Всего лишь издержки журналистской профессии, – с нарочитой скромностью опустила я взгляд, дав ему заметить мелькнувшее в нем удовлетворение. Вновь оперлась на его руку, позволяя вести себя, и мысленно дала себе подзатыльник. Не один Шамир здесь опростоволосился.

Про городские притоны я не забыла, но пропустила подноготную губернатора. Это была оплошность, которую требовалось срочно исправлять.

Увы, задействовать полевой интерфейс я не торопилась. Рискованно, пока не разобралась с контуром системы защиты.

По пути к резиденции успели обсудить последние сплетни о неожиданно обнаружившихся общих знакомых. Таких оказалось немало. Наличие в их списке лорда Уэлри заставляло отбросить некоторые из возникших версий. Такие, как лорд, умели разбираться в людях.

Разговор пришлось закончить, когда приблизились к увитой нитями неизвестного мне растения террасе. Губернатор извинился, что вынужден нас покинуть, и направился к группе гостей, появившейся на другой аллее, ну а мы с Иштваном вошли внутрь.

Первым из охотившейся за мной парочки, с кем столкнулась, был Валанд. Стоял в окружении тех же трех офицеров, которых я видела с ним в столовой крейсера. Парадная форма Шаевского и Левицкого была белой, у этого – черной. Соответствующее сочетание.

Заметив меня, осуждающе качнул головой. Вины я за собой не чувствовала, но почему-то стало стыдно. Пришлось немедленно брать себя в руки и делать вид, что не заметила, продолжая идти рядом с Иштваном, «знакомившим» меня с местным обществом. Показывал взглядом, похоже, выбирая самых колоритных, давал короткие, но емкие характеристики. Я пыталась не смеяться, с каждой новой репликой это становилось все труднее.

– А вот от этого тебе лучше держаться подальше! – Остановившись, словно давая возможность рассмотреть открывающийся из окна вид, он загородил меня собой от статного мужчины, который в одиночестве продефилировал мимо. – Очень неприятный тип. Самаринянин, жрец высшего посвящения. Во внутренние сектора Союза их не пускают, вот они и открыли свое посольство на Зерхане. Это еще до Шамира. Он пытался избавиться от такого счастья, но вопрос стоит так: кто же, если не вы?

– А он симпатичный, – задумчиво протянула я, говоря совсем не то, что думала. Подавляющую волю властность я успела ощутить еще до того, как Руми меня предупредил.

– На это он женщин и ловит, – тяжело вздохнул Иштван, оглядываясь. – За последний год Зерхан покинуло более сотни. Все молодые, красивые, с идеальным здоровьем и поразительно схожей генной картой. Все отказались от подданства, разорвав связи с Союзом.

Впору было вздыхать вслед за ним. К тем проблемам, которые уже были, еще и эта… Она не имела ко мне никакого отношения, но я была уверена, что если я не возьмусь за нее, то это сделает она, взявшись за меня.

– И никто ничего?

Иштван посмотрел на меня настороженно, словно догадываясь, о чем я только что подумала.

Я с предположением не ошиблась.

– Только не вздумай ввязываться! – произнес он неожиданно жестко. Да что ж мне так везет в последнее время на «заботливых» мужчин?! – Из журналистов похоронили четверых. Никто не сомневается, что их рук дело, но никаких доказательств. Про службу порядка и говорить не стоит, там счет идет уже на десятки.

– Связи с криминалом? – пропустив его предупреждения, поинтересовалась я.

Иштван нахмурился, но ответил:

– Есть такие сведения. Сотня женщин – официальные данные. По некоторым оценкам, их на порядок больше. Остальные идут через теневые структуры. Пропадают бесследно.

– Весело у вас здесь, – философски заметила я, просчитывая, какое это отношение может иметь к моему заданию. На первый взгляд, совершенно никакого. Только почему тогда на душе так неспокойно? – А пригласи меня танцевать!

Руми, как недавно Валанд, недовольно качнул головой, но руку, предлагая мне опереться на нее, согнул.

Он был прав, мое предложение не предполагало развлечения. Сопровождая молодую женщину, в зал, из которого доносилась музыка, направился лже-Смолин. Райзер, насколько я успела отметить его передвижения, уже был где-то там.

Вряд ли это значило что-то серьезное – бал только начинался, но я предпочитала не упускать их из вида.

Нас перехватили буквально сразу. Подошедший служащий извинился, склонив голову, и передал приглашение губернатора присоединиться к нему и его семье. Насколько я поняла, для меня на этом мероприятии была заготовлена роль главного блюда.

Противиться такой удаче даже не думала, но и согласиться так легко не могла. Помнила про Валанда и Шаевского, которые намеревались вывести меня из игры.

Зачем? Ответов на этот вопрос было несколько. Ни один из них не учитывал их заботу о моем душевном или физическом здоровье.

Бросив взгляд на Иштвана, задумчиво посмотрела на стоявшего напротив посыльного. Тот правильно расценил затянувшуюся паузу.

– Господин губернатор приглашает вас обоих, – бесстрастно уточнил тот, затянутой в перчатку ладонью указав, куда именно нам следует идти.

Идти пришлось в другую сторону, так оказалось ближе.

Большой Дом был выстроен буквой «П», два более длинных крыла соединялись между собой по первому этажу широким стеклянным проходом, превращенным в подобие зимнего сада.

Нас ждали в большом холле, примыкавшем к входу с террасы, но с противоположной стороны к той, в которую двигались до этого мы с Руми. Народу там было значительно меньше, видно, самые сливки, без которых ни одной власти не обойтись.

Сам факт меня нисколько не удивил, если только присутствие того самого жреца самаринян – дипломата, от встречи с которым меня предостерегал Иштван. Правда, стоял он в стороне и в гордом одиночестве, но для определенных выводов уже и этого оказалось достаточно.

– Моя дорогая, – завидев нас, произнес губернатор, обращаясь к миловидной, но с налетом душевной усталости женщине рядом с собой, – позволь тебе представить нашу гостью с Земли, журналистку Элизабет Мирайя.

Я доброжелательно улыбнулась, остановившись так, чтобы держать в поле зрения и вход, и, что мне казалось более важным, самаринянина.

– Очень приятно, госпожа Мирайя, – ответила та низким, грудным голосом. Интуиция взвилась растревоженной птицей. Сильный, глубокий, ярко вибрирующий голос и потухший взгляд. Мне стоило присмотреться к этой женщине. И не только к ней. Я буквально кожей ощущала, на кого именно направлено внимание жреца. – Таисия Эйран.

– Я тоже рада нашему знакомству, госпожа Эйран. – Протянула ей руку, признав в ней уроженку Зерхана. Рукопожатие при знакомстве здесь использовали не только мужчины.

Шамир довольно ухмыльнулся, когда его жена ответила на мое приветствие.

– Говорил тебе, что госпоже Элизабет есть чем нас удивить. – И уже обращаясь ко мне, спросил: – А как вы догадались насчет Таисии?

Я продемонстрировала легкую смущенность – изображать из себя стерву смысла пока что не имело, взглядом указала на хрупкую, напоминающую нераскрытый бутон девушку, которая робко пристроилась за спиной первой леди планеты.

– Ваш дочь слишком юна, – я использовала весьма обтекаемую формулировку, чтобы намекнуть на невинность очень похожей на мать особы, – ее глаза еще не отцвели.

Кадык губернатора дернулся, выдав его волнение, но это было единственное доказательство того, что мой ответ вызвал в нем болезненные эмоции.

Еще одна загадка к тем, от которых у меня уже распухала голова.

Что же здесь творилось, если не несущая двусмысленности фраза заставила явно умеющего держать себя в руках мужчину реагировать столь остро?!

Я была уверена, что, пока не раскрою все, Зерхан не покину. Что бы ни думал об этом Ровер и все остальные.

– Вы очень наблюдательны, – тем не менее добродушно заметил он, но за этой фразой я услышала другую: «И слишком хорошо подготовлены для отдыха!»

Он был прав, но знать ему об этом пока не стоило.

Моя улыбка была довольной:

– Это – профессия, господин губернатор. – Называть его по имени в присутствии семьи не стоило. – Спросите у Иштвана, он подтвердит.

Руми и на этот раз оправдал мое доверие, тут же вклинился в разговор. Здороваться с Таисией он не стал, видно, уже успели пообщаться.

– Это так, Шамир, – мелькнувший в интонации намек я не пропустила. Было чувство, что я сдала определенный экзамен, но экзаменатор все еще сомневался, ставить ли мне «отлично». – У журналистов такого уровня, как Элизабет, потребность докапываться до сути уже вбита в подкорку. Она делает это, не задумываясь.