Наталья Буланова – Зверь без сердца (страница 20)
От его улыбки я вся подбираюсь. У него она совсем не дружелюбная, а, скорее, предупреждающая, как оскал у хищника. И адресована она моему шефу.
Игорь бросается суетиться по кухне – открывает и выдвигает ящики, что-то переставляет, достает черный мусорный пакет и начинает с невероятной для его большой комплекции скоростью сваливать туда мясо из холодильной камеры.
– Стоп, – спокойно, но очень весомо говорит проверяющий. – Оставить все как есть. Закрывайте ресторан, вывешивайте объявление. Как минимум сегодня вы не работаете.
Стыдно, но мне доставляет удовольствие видеть растерянного Игоря, мечущегося в панике по кухне. Его отчаяние, когда он понимает, что ничего не скрыть.
Ну вот! А я о чем? Одна проверка – и ресторану крышка.
Интересно, сколько шеф-повар с боссом успели завезти просрочки? Они ведь явно рассчитывали, что желание денег во мне превысит человечность.
Наверное, успели набить холодильники запрещенкой.
– Я повешу объявление, что мы сегодня закрыты. – Вика выходит из кухни так же стремительно, как и зашла.
Проверяющий смотрит на паникующего Игоря таким взглядом, что тот останавливается, весь напряженный, взведенный, нервный. А потом встряхивает руки, кивает сам себе, словно принимая какое-то решение, и говорит:
– Рад видеть. Присаживайтесь. Чай, кофе или что покрепче? А я пока подготовлю приветственный сюрприз.
Меня обдает холодом от понимания того, что это за сюрприз: взятка.
Быстро же Игорь сориентировался. Сначала ударился в панику, но шустро взял себя в руки.
– Да вы что? – Проверяющий садится на стул так плавно, словно гимнаст. – А что из «покрепче»?
– Так все что душе угодно из бара. Можете пройти выбрать себе, парнишки все сделают. Или авторский коктейль замутят. Как вам?
Я с ужасом вижу интерес на лице проверяющего, и внутри все обрывается. Надежда, что в нашем мире есть справедливость, а этой гнилой идее не дадут хода, стремительно тает.
Проверяющий мечтательно щурит глаза:
– Я видел виски двадцатипятилетней выдержки. Неси сюда.
Игорь немного бледнеет, но уже бежит в зал к бару. Я остаюсь один на один с проверяющим и чувствую себя так, словно при мне происходит преступление.
С уходом Игоря лицо незнакомца мгновенно меняется. Уходит напыщенность, проявляется дружелюбие, когда он смотрит на меня. Он словно хочет что-то сказать, но передумывает, словно сам себя обрывает.
– Несу! – Игорь тучной массой влетает на кухню, со стуком ставит перед проверяющим бутылку и стакан.
Судя по его довольному красному лицу, я уверена: он уже созвонился с боссом и они обговорили сумму взятки.
– Начатая? – Проверяющий оскорбленно отодвигает от себя бутылку.
– Простите! Не увидел. Сейчас исправлюсь. – Игорь ветром несется обратно в зал и назад на кухню.
Ставит новую бутылку, закрытую. Хочет забрать начатую, но проверяющий кладет на нее руку.
– Оставьте.
Ох, ну почему же все так прогнило? Неужели даже проверяющие органы прогнили?
– Я сейчас закуску сделаю. Брускетты у нас просто волшебные. С чем предпочитаете?
– С мясом. – Проверяющий так растягивает губы в улыбке, что у меня мурашки бегут по спине.
Не знаю, как объяснить, но впечатление, что перед тобой хищник и он облизывается. Слава богу, не на меня, а на Игоря. Будто под мясом имеет в виду его филей.
– Секунду! – Игорь наливает стакан выпивки, стоящий «в аду я видела такие цены на алкоголь», и бросает мне: – Алиса, брускетты с бужениной. Быстро. Видишь, важный человек ждет.
Мои руки не слушаются. Ноги не идут.
Это что? Если сейчас так пройдет проверка, что же будет дальше? Игорь с боссом окончательно уверуют, что можно все и ничего за это не бывает. Тогда… тогда я не смогу так работать.
Не лучше ли уйти сейчас?
– Что стоишь? – шикает он на меня так, что я вздрагиваю.
И тут же проверяющий с шумом опускает полный стакан на разделочный стол так, что половина выливается.
– Ничего страшного, сейчас уберу! – Игорь берет тряпку и быстро вытирает пролитое, подобострастно заглядывая в глаза проверяющему.
Я же не шевелюсь.
Стоит Игорю вытереть, как он оборачивается ко мне и прожигает взглядом.
– Быстро! – шипит на меня сквозь зубы, делая страшные глаза.
И тут проверяющий медленно выливает оставшуюся половину напитка из стакана на разделочный стол.
Игорь меняется в лице, но ничего не говорит. Вытирает, как примерный мальчик, который очень хочет выслужиться.
– На женщину кричите. – Проверяющий стучит пустым стаканом, а Игорь снова его заполняет, только на этот раз наполовину.
– Огорчил? Виноват. Она у нас просто того… Вот знаете, как у русской техники: не стукнешь – не заработаешь. А вот она – не крикнешь, не двинется.
Проверяющий замирает от его слов, словно время остановили, и лишь одними глазами смотрит куда-то в сторону выхода так, будто видит надвигающееся цунами.
Глава 26
Она разбудила во мне зверя.
Своим запахом раздразнила. Своими движениями на кухне зачаровала. Своими стонами заставила окаменеть.
Я набросился на стейки, надеясь, что они усмирят зверя. Заставят его сыто прилечь, опустить голову на лапы и спать, но он окончательно потерял голову.
Я никогда такого не чувствовал – ни с Олесей, ни с Линой. Мне хотелось дышать Алисой вечно, смотреть не отрываясь, слушать ее стоны совсем не на кухне. И понимание, что все это – искусственно навязанные чувства, просто разрывало меня на части.
Зверь хотел ее, человек понимал, что я попаду в ловушку.
Я не собирался так быстро ее отпускать, но пришлось поторапливаться уже тогда, когда я слетел с катушек и прокатил ее на себе.
Альфа западной стаи волков – и на себе. Хорошо, что за годы я заслужил себе такой непробиваемый авторитет, что даже этот номер не заставил мою стаю усомниться в лидере.
Когда Алиса переодевалась и мылась, я отдал распоряжение достать ее телефон, который я выкинул по дороге. Мне нужно было, чтобы она не беспокоилась, что ее телефон могут изучить, переписку посмотреть, аккаунты вскрыть.
Моим ребятам хватит полчаса, чтобы вытащить из мобильного все данные и поставить следилки и прослушку.
Мне требовались ниточки, которые бы вели к тому, кто все это подстроил.
Но я не подозревал, что меня ТАК накроет. Я носился как угорелый по парковке, пока не выплеснул всю энергию, борясь со зверем.
Сколько же я сил угрохал, чтобы вернуть себе контроль, но я понимал, что делаю. Знал, что иначе план врага удастся.
Не знаю, кому надо так меня подставлять, но его цель – мой дисбаланс. И он очень хорошо знает, как меня расшатать.
У меня на носу крайне важные сделки по продаже янтаря. Очень похоже, что кто-то не хочет, чтобы они случились, и делает все, чтобы я стал влюбленным лохом.
А я им и стал!
Чуть не взял ее на кровати – хорошо, лежал на животе. А когда с собой совладал, она ушла на кухню и стала оттуда стонать. Рубашка, что прикрывала меня ниже пояса, превратилась в развевающийся флаг, еще сквознячок помог.
Пришлось отдирать себя от кровати и смотреть, что она там делает. А она… Она стонала над мясом и ножами.
А потом соблазняла меня своими движениями при готовке. Первый раз видел, чтобы солью так эротично посыпали. Чтобы так втягивали воздух, что у меня все напрягалось.
Феромоны, афродизиаки, экстракты сумасшествия – что это? Не знаю, но я медленно и верно схожу по ней с ума.