Наталья Буланова – Тень (страница 48)

– Альбину?

– Да. Ту гадину, которая убила нашу дочь.

Я тут же вспомнил содержимое той папки с галочкой и почувствовал, будто меня взяли за волосы на затылке и потянули назад.

– Подожди. Тогда уж меня вини. Это я не смог в целости вытащить твою дочь из того дома и она пострадала от яда.

– Она бы там вообще не оказалась, если бы Альбина не уговорила ее на этото развод! – заорал в трубку отец Лины. – А она обещала, жизнью клялась, что проконтролирует, что все будет хорошо!

Я будто встал у турбины работающего самолета. Пришлось приложить всю силу воли, чтобы сосредоточиться на фактах.

– Подожди. Но ты пришел с бродяжками с пукалками, а не сам. Что на это скажешь?

– А как я еще пойду против тебя? У ребят к тебе свои претензии, у меня с женой свои. Выдавай мне Альбину, а сам разбирайся со своими бывшими, часть которых ты порешил. Ты тоже виноват в смерти Лины, так что мне тебя не жалко, как вам не жалко нашу дочь.

У меня в висках запульсировало. Если все это правда, то сейчас махом избавиться от всех врагов – плохое решение. Родителей в горе можно понять, но нельзя уничтожить.

Могла ли Альбина действительно подговорить Лину?

Тогда и похищение было не похищением, а игрой в прятки? И те синяки, когда я обнаружил ее на стуле – нарисованы? И мой запах на ней, на тех вещах в старом доме Бродячих – все это сфабриковано Альбиной? Под силу ли это ей?

Да. А та банда, что вошла тогда в дом перед пожаром – нанята ей? Но я их убил! Она же не такая жестокая. Теперь я жалел, что не досмотрел папку до конца. Но могла ли Альбина так поступить?

Я помнил всю эту статистику. Мой шанс суициднуться и все такое. Не хотел верить, но вероятность, что это все провернула врач, все же, существовала. У нее был доступ к базе Бродячих из-за Леона.

И про потайной ход могла знать из одного моего старого рассказа о прошлом. А я еще думал, что об этом знают всего несколько сверхов! Молчуном себя считал, а, оказалось, на всех нас можно собрать кучу статистики, если быть рядом в течение двух десятков лет. Если предположить, что все это сделала Альбина, то гнев родителей Лины понятен. Я даже понимаю, почему девочка могла на это согласиться. Зная историю рождения девочки, особое отношение Альбины к ней, все логично. Да еще беря в расчет ее дружбу с Настей, желание помочь подруге, чтобы ее истинный не самоликвидировался.

Но… Я не хочу верить в это! Но не могу отметать.

Не могу убить родителей, которые только потеряли своего такого дорогого ребенка. Пусть и девочка была приемной, утрата велика.

– Слушайте, я даю вам шанс отступить. Никто не выживет из тех, кто перейдет через мост. Обещаю, что потом вы поговорите с Альбиной, без оружия, под нашим наблюдением, но все выясните.

– А что там выяснять? Все ее раскаяние – это царский склеп, который она ни разу не удостоила своим вниманием! Наша девочка так любила ее, а она воспользовалась ей, ради того, чтобы преподнести тебе корону главы. Так вот, мы ее снимем, эту корону. Ради нашей дочери.

Отец Лины закончил на этом разговор, швырнул телефон и растоптал его – я все видел по камерам.

Вся группировка двинулась вперед через мост.

Глава 15. Часть 3

Альбина проснулась, чувствуя такой осадок на душе, будто предала и родину и любимого. Щеки – мокрые от слез, руки судорожно сжимают плед.***

Еще минуту она лежала и смотрела в потолок, пятаясь понять, приснились ли ей, что Лина умерла, или нет.

Медленно, будто шея заржавела, врач повернула голову и увидела недалеко Настю. Она спала на соседней кушетке, бледная, и морщила брови.

Осторожно, чтобы не навредить ни себе, ни своему малышу, Альбина встала и пошагала навстречу правде.

Она нашла Леона в небольшой комнате с мониторами, где должен был сидеть охранник больницы. Леопард был так увлечен переключением изображений с камер, что не сразу заметил любимую.

– Аля! – Леон тут же вскочил с места, а потом стал подозрительно закрывать собой монитор.

– Скажи, Лина умерла? – осипшим голосом спросила Альбина.

И по выражению лица истинного она тут же поняла, что девочки больше нет с в этом мире.

Схватилась за спинку стула. Леон тут же подхватил женщину и помог ей сесть.

– Что произошло? Она же была стабильна.

Чем больше Альбина слушала, тем сильнее опускалась ее голова. Леон опустился на колени перед ней, чтобы заглянуть в лицо. Тем самым освободил обзор, и женщина увидела, что происходит на мониторах.– Несчастное стечение обстоятельств. Понимаешь, как раз… – И Леон рассказал, чем был спровоцирован зверь Саши и какое влияние это оказалось на всех вокруг.

– Откуда там родители Лины? – Альбина вскочила с места.

Леон засуетился:

– Альбин, Тень все контролирует. Давай разбудим Настю и спрячемся. Нужно думать о безопасности нашего ребенка, правильно?

Но врач будто не слышала его, она начала вырываться, а леопард не знал, как схватить ее, чтобы не сделать больно.

Они топтались на месте долго, и Альбина быстро выбилась из сил.

– Хорошо, – наконец кивнула она.

– Ты успокоилась?

– Да!

– По тону не похоже.

– Принеси мне, пожалуйста, воды.

– Воды? И ты убежишь?

– Нет. Вон куллер же у выхода. Окон нет. И я беременна, если ты забыл.

– Ни на секунду, – пробурчал Леон, отходя.

И когда услышал звук выдвигаемого ящика стола, ему даже не могло прийти в голову, что заряд транквилизатора пронзит его мягкое место.

Оружие, оставленное охраннику больницы для успокоения буйных сверхов, было использовано не по назначению.

– Аля! – возмутился Леон, оборачиваясь.

– Прости. Я так не могу. Это я виновата в смерти Лины, они пришли ко мне. Я должна с ними встретиться.

Падая, Леон закатил глаза. Он много чего учитывал в своей жизни, но вот такого номера от всегда рассудительной Альбины не ожидал.

Он хотел сказать, чтобы она включила голову. Что она теперь отвечает не только за себя. Что внутри у нее ребенок. Но губы не шевелились. В один миг просто стало темно.

– Глава, что делаем? – спросили по рации дозорные на позициях.Альбина заторопилась на выход, стирая слезы в щек. *** Тень

И как только вода взорвалась фонтаном, окатила и оглушила врагов, ситуация мигом изменилась.– Воткнем палку в улей. У нас нет другого выбора. – Я поднес рацию ко рту: – Прием! Первый, запуск в речку справа от моста. Второй, запуск снаряда слева слева от моста. Насчет три: раз, два, три!

Родители Лины, что браво шли впереди, мигом оказались заложниками всей остальной шайки. Открытое нападение тут же поставило на уши инстинкты половины из них. Побрасав оружие, они выскочили из одежде уже в звериных шкурах и понеслись через кусты искать обходные пути нападения.

– Третья линия, поднять из земли провода. Пустить ток.

– Жареным пахнет, – поморщился Скала.

– Скулеж слышно, – заметил Птаха.

Я закрыл глаза и прислушался:Эти парни стояли с боков от меня. Оба полностью соответствовали своим прозвищам. Огромный и мелкий, лысый и взлохмаченный.

– Поджарили только одну треть из обратившихся.

Птаха же больше доверял видео с дронов, чем своим ушам. Оценил по изображению ситуацию и поправил:

– Я бы сказал, что половину.

– Ты не видишь тех, кто залегли в кустах, – возразил я.

– А ты видишь, глава?

– Слышу.

Мой слух ни раз спасал мне жизнь, так что я знал, о чем говорю.