Наталья Буланова – Тень (страница 37)

– А я к ним и поеду. А ты лечишь ногу – все видели, в каком ты состоянии.

Я волновалась. И за операцию, и за то, что остаюсь здесь одна, и за Тень. Его рука была рядом с моей, и я поймала себя на желании сжать ее. Но тут наемник убрал руки в карманы, будто прочитал мои мысли. Строго посмотрел на меня.

– Береги себя.

Мне совсем не понравилась эта фраза. Звучала, как прощание. Будто воин перед боем прощается, не зная, вернется ли он.

Что, если он бросит меня здесь? Что, если воспользуется возможность, чтобы мы больше никогда не увиделись? Почему-то казалось, что без меня он наделает глупостей. Я ни на секунду не поверила, что он не помнит меня.

Что, если его подставят? Что, если он будет слишком рисковать?

– Тень! – позвала я, пока мы одни в коридоре.

– Что?

Мне нужно как-то убедить его забрать меня сразу после операции обратно в клан. Чтобы его никто не заподозрил, чтобы поддержать легенду. Чтобы быть в курсе, что сделает его противник снова и не дать случиться беде.

Я не нашла ничего лучше, чем спросить:

– Не боишься, что меня украдут, как Лину?

– Я максимально запутал следы. Поменял тебе симкарту в телефоне, чтобы не отследили по номеру. Ни с кем из знакомых пока не связывайся, я найду возможность дать твоим родителям понять, что ты, наконец, лечишь ногу и под врачебным надзором. Так что риск сведен к минимуму, не переживай за себя.

Да я не за себя переживаю, идиот, а за тебя!

– Тень! – позвала я снова.

Наемник посмотрел на меня вполоборота.

– Не забудь о своем обещании.

– Каком?

– Ты обещал свозить меня за бельем.

Тень поперхнулся воздухом. Посмотрел мне в лицо, потом на больную ногу, а быстро пошел прочь, что-то бормоча себе под нос.

Врач как раз вышел из-за поворота и чуть не столкнулся с Тенью. Наемник вдруг резко заявил:

– Док, отвечаешь за нее головой.

И мужчина почувствовал, что это действительно так. Вытянулся по струнке и серьезно ответил:

– Понял.

Глава 12. Часть 3

*** Тень

В восемь утра волейбольная площадка вместила в себя две трети Бродячих. Это только казалось, что клан отщепенцев – кочевой, как цыгане. Что небо – лучшая крыша над головой. На самом же деле каждый из присутствующих хотел иметь дом. Фильтр желания иметь свои стены отобрал мне тех, с кем я мог двигаться дальше. Оставшаяся треть, что не пришли, состояла либо из тех, кто слишком волен, чтобы быть в клане, или слишком отбит. Любой из них, если придет качать права, получит пулю в лоб. Мне не нужны те, кто не умеет следовать приказам, а хочет получать все готовое. Я посмотрел на помятые и не очень лица Бродячих. Они до сих пор не знали, чего от меня ожидать. С ними нельзя долго жевать резину, иначе они тебя съедят.

– Вы знаете, что я выкупил для клана весь коттеджный поселок.

Народ слушал. Внимал. Хорошо.

– Крышу над головой получат лишь те, кто готов приносить клану пользу. Два самых лучших свободных дома получат мои подручные.

– Кто это? – раздалось из толпы.

– Кто-то из присутствующих. Я приготовил для задания, и только от вас зависит, будете ли вы жить в отдельном коттедже или ютиться в комнате с соседями.

Я специально не говорил, что точно отберутся и те, кто будет кормить червей. О них даже вспоминать не нужно было – они тут же показали свои черные морды.

Один сверх в черной панаме выкрикнул с наездом:

– Что за хня? Не, слышь, я так не договаривался! Ты сказал – крыша будет. Отвечай! Не будь лошарой.

Не успел он понять, что сказал свое последнее слово в жизни, как со свернутой шеей осел на землю.

Я показательно отряхнул руки:

– Оскорблять себя и наводить смуту не позволю. Кого не устраивает, может прямо сейчас уйти без последствий. Но если остался – следуй приказам. Я дам задание – ты делаешь. Халявы не будет. Клан – это общий организм, где каждый играет свою роль. Если сбоит – его заменяют.

Сказал и тут же поймал на себе уважающие взгляды. То, что никогда не допустимо в другом клане, среди Бродячих – норма. Они понимают язык жесткости и силы. Раздавят, если дашь слабину. Здесь нет белых и пушистых. Все присутствующие – убийцы в той или иной степени.

Я поднял голову:

– У нас с вами один путь, чтобы наш клан занял место среди сверхов и был уважаем. Мы должны стать кланом лучших наемников. Не отбитых мошенников, которых никто не уважает, а ассасинов, к которым обращаются с почтением.

Я увидел во многих глазах Бродячих огонь жажды признания. Очень важная потребность – быть в социуме, не обошла никого. Это вшито в режим выживания, под нашу подкорку. И я собирался использовать это по полной.

– Сейчас все, кто не согласен, имеют возможность уйти без последствий. Если останетесь, я всегда найду для вас работу и крышу над головой, но сам же лишу жизни, если будете нарушать табу клана Бродячих. Заветы просты: не укради у своего, не убей, не предай, не оскорби. За тунеядство – вон из клана. За мелкое хулиганство – вон. За подстрекательство и провокации – вон. Но так же будет и система поощрений. За каждое выполненное задания я буду начислять баллы. Комнаты в коттеджах и даже целые дома будут распределяться между вами исходя из них. Я дам вам не только крышу, но и признание в мире оборотней. Вы больше не будете прятаться в тени. Вы сможете завести семьи и не бояться за них. Мы все вместе будем защищать наш новый дом.

Я сделал паузу на десять секунд, позволяя переварить, а потом продолжил:

– А теперь прошу уйти тех, кто не готов быть частью клана.

Конечно, я мечтал, чтобы никто не ушел. Но на моих глазах развернулся ко мне спиной один сверх и ушел. Потом второй. Третий. И так восемь оборотней.

Я подождал еще с полминуты.

– Все? Я считаю до пяти, а после этого каждый из вас впишет свое имя в клановую книгу Бродячих и получит задание.

Я всю ночь готовил эту книгу. Пока в ней все было просто: графа для имени, для рода деятельности, рост, вес, привычки. Пять секунд прошло, но больше никто не ушел.

Я знал, что многие еще отвалятся, но эта первая победа придала сил. У меня получается управлять этой силой бунтовщиков!

Я долго думал, чем их брать, чем стимулировать. Вспоминал сколько раз они снова и снова пытались возродиться сами. Как даже пошли на операцию по смене внешности, лишь бы внедриться в действующие кланы и стать своими. И моя ставка на обретение своего места в социуме удалась! Имена вписывались, и часто это были клички.

Да что говорить, я и сам иногда с трудом вспоминал, как меня зовут.

Тут же рывком утащило недавнее воспоминание: Настя спросила о моем настоящем имени. Неожиданно. Очень. Я всю ночь гадал, почему она вдруг заинтересовалась этим.

Наверное, скажи я тогда, что в паспорте она видела мое настоящее имя, девушка не поверила бы.

С моей стороны так безумно писать его в поддельном документе, но я сделал это подсознательно. Мне хотелось видеть настоящее имя, пусть даже с чужой фамилией. Стать опекуном Насти, пусть и она тоже скрывалась под чужим именем.

У меня было много поддельных документов. Одни из них – на наши настоящие имена. С печатями о браке.

Я тот самый дурак, что так материализовал мечты. И даже мои реализованные мечты – подделка.

Хорошо, хоть операция у Насти прошла успешно, и сейчас она должна только-только просыпаться.

Из грустных мыслей меня вытащило гордое:

– Глава, все закончили, – отчитался парень лет двадцати пяти на вид.

Тоже гибрид, вот только не пойму кого. Смотрит прямо, стоит твердо. Точно хочет отдельный дом подручного.

Что ж, пора раздать задания и посмотреть, с кем я имею дело.

Я не стал озвучивать, что строго буду отсеивать тех, кто получает от убийства наслаждение. Что выкашу всех моральных уродов и оставлю только профессионалов.

Еще столько всего впереди. Особенно интересно, как отреагирует кукловод. Интересно, он есть среди присутствующих?

Глава 12. Часть 4

Настя Когда меня привезли в палату после операции, была глубокая ночь. И, как водится, в тишине больничных стен проснулся самый жуткий голод.