Наталья Борохова – Предсказание для адвоката (страница 13)

– А у меня как раз они и возникли, – продолжил экзекуцию хирург. – Почему вы не могли пристукнуть бедную девушку?

– Да как вы смеете! – подала голос Лара. – Сама мысль о том…

– Это мы уже слышали! – заметил Константин. У него появилась блестящая возможность поквитаться с обидчиками, чем он и не преминул воспользоваться. – Кстати, мы как-то выпустили из поля зрения вас. Вы – дама неуравновешенная, много пьющая. Откуда нам знать, вдруг это вы укокошили нашу бедную Эмму?

– Ну, знаете, это переходит все мыслимые границы! – зашипел чиновник.

– Мне незачем это было делать! – заявила Лара.

– Ах, вы, очевидно, имеете в виду мотив убийства? – уточнил хирург. – Спешу вас успокоить, наша убиенная подруга успела перед смертью обосновать причины, по которым она могла быть убита каждым из нас.

– Вы говорите про ту ерунду, которую нам здесь довелось выслушать? – голос чиновника дрожал от гнева.

– Примем эту «ерунду» за рабочую версию, – продолжил Грек. – Эмма выдвинула в ваш адрес определенные обвинения. Справедливые они или нет, обоснованные или высосанные из пальца – мы не знаем. Но нам известен результат – женщина погибла, и погибла, между прочим, насильственной смертью.

– Коли мы уже об этом заговорили, – вмешался Мерцалов, – давайте вспомним и про обвинения в ваш адрес.

– Верно, док! – подтвердил Константин. – Вас она тоже успела опорочить. Правда, что она имела в виду, я так и не понял.

– А я и не прячусь в кусты! – развел руками Грек. – Вы можете подозревать меня так же, как я подозреваю вас. Это нормально.

– Это ненормально! – выпустил пар чиновник. – Мы – умные, образованные люди – собрались здесь и рассуждаем о каких-то ужасных вещах. В дачном доме лежит труп молодой женщины, а мы видим друг в друге убийцу. Это выходит за пределы моего понимания!

– Но это вы задали подобный тон, – напомнил ему хирург. – Вы согнали нас в кучу и заявили, что убийца прячется в наших рядах.

– Я поторопился с выводами, – признал чиновник. – Давайте держаться единым фронтом, это будет разумно.

– Нам ни к чему лишние сплетни, – подтвердил Кротов.

– Давно бы так, – улыбнулся Грек. – Логика творит чудеса!

– Кстати, почему вы решили, что убийца обязательно скрывается среди нас? – не к месту подала реплику Лара. – Разве он не мог быть со стороны?

Этот простой и логичный вопрос почему-то не приходил в голову спорщикам раньше. Как по мановению волшебной палочки, лица приятелей разгладились, глаза заблестели. Сполохи огня за каминной решеткой заиграли праздничными переливами. Мир был восстановлен.

– Извините за вторжение, – раздался сзади нерешительный голос Яна. – Вас просили предупредить. Приехала милиция…

Следователь прокуратуры Павел Майков был молод и амбициозен. Он грезил громкими уголовными делами и, разумеется, победами, которые вознесут его на вершину славы. Неплохо развитое воображение услужливо подсовывало ему заманчивые картинки.

Вот у него берет интервью симпатичная ведущая одного из центральных каналов телевидения. Он снисходительно улыбается ей, рассказывая о сложных перипетиях расследования. Синий прокурорский костюм ладно сидит на его мускулистой фигуре. Он уверен в своей мужской неотразимости. Его улыбка ослепительна, а речь безупречна. Кстати, почему расстегнуты верхние пуговки на блузке журналистки?

Два месяца спустя. Он становится культовой фигурой современного сыска. Этакая гремучая смесь из комиссара Мегрэ, Шерлока Холмса и Коломбо. Его с удовольствием приглашают на съемки всевозможных ток-шоу. Его фотографию печатают в газетах под рубриками: «Люди, которые нас удивили», «Герой нашего времени». Он рекламирует зубную пасту и новый шампунь от перхоти, а зарубежные университеты настойчиво зазывают его почитать лекции оболтусам Кембриджа и Сорбонны.

Проходит полгода. И вот он, овеянный международной славой, идет по улице своего рабочего поселка. Рядом тормозит вишневая «девятка», стекло ползет вниз, и он видит милое веснушчатое лицо Маринки из пятого дома. Она улыбается. «Паша, это тебя, что ли, каждый день в рекламе кажут?» Он усмехнется: «А то?» – «Как насчет дискотеки сегодня вечером?» Он выждет паузу для приличия: «Могу». Дальше видимость пропадала, так как все вокруг затягивало сплошным розовым туманом…

Картинки растворялись, и после этого реальность казалась совсем серой и неприглядной. Крошечный кабинет в следственной части прокуратуры, который он делил с усатым, пропахшим дешевыми сигаретами Петровичем и юным практикантом из юридической академии. Тома самых обычных уголовных дел с убийствами «по пьянке» и изнасилованиями «по глупости» – ничего громкого, экстраординарного, способного перевернуть отечественную криминалистику. А главное, Маринка… Она по-прежнему проедет мимо него на своей вишневой «девятке» и даже не притормозит перед огромной величины лужей.

– Кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит? А? – орал Кротов, потрясая в воздухе рукавами банного халата. – Это что, следственный беспредел?

Следователь оторвал глаза от бумаги и воззрился на мужчину. Тот сильно походил на взбесившуюся гигантскую летучую мышь. Рукава хлопали, как крылья, а глаза уже налились кровью. Говорят, эти твари нападают на людей…

– Вас что-то не устраивает? – хлопнул белесыми ресницами служитель закона.

– Меня не устраивает все! Зачем, блин, вы взяли мою одежду, и какого черта меня рассматривал тот лысый мужичонка с чемоданчиком? Он даже скреб мою кожу и лез под ногти!

Кротов стучал босыми ногами по полу, что выражало крайнюю степень возмущения. С ним обошлись бесцеремонно, а подобного отношения к себе он не прощал.

– Видите ли, – голос молодого человека в сером вязаном свитере звучал ровно. – С вами поработал наш криминалист. Небольшие формальности, но одежду вашу пришлось изъять. Какое-то время она побудет у нас, а потом, если все сложится благополучно, вы получите вещи обратно. По описи.

– Сложится благополучно? – нахмурился Константин. – Для кого?

Прямой вопрос требовал прямого ответа, и обычно Павел Майков не брал на себя труд подбирать тактичные выражения. Но сегодня был явно не тот случай. Напротив него сидел известный человек и буравил его тяжелым взглядом. Что будет, если он пропесочит его в одной из программ своего канала? О карьерном росте можно будет забыть.

– Знаете, на вашей одежде были обнаружены пятна бурого цвета, и мы были вынуждены…

– Я же объяснил, что это кетчуп! – возмутился Кротов. – Почему меня никто здесь не слушает?

– Конечно, конечно, – поспешно согласился следователь. – Кетчуп на одежде – это так естественно. Но вот бурые полосы на вашем лице, и волосы, склеенные в сплошную массу… Согласитесь, у нас могли появиться вопросы.

– Я сознательно перепачкался в крови… Фу-ты, в кетчупе! Но не думаете ли вы…

– Ну, что вы, Константин Михайлович! – добродушно заявил следователь. – Почему вы решили, что вас кто-то подозревает? Мы взяли подногтевое содержимое и соскоб с вашей кожи только для того, чтобы подтвердить правильность ваших слов. Вдруг у вас найдутся злопыхатели, которые захотят опорочить ваше честное имя?

– Да. Таких подонков достаточно, – мрачно констатировал шоумен.

– Ну, вот видите! – воскликнул Майков. – Но кто будет спорить против научных выводов? Наши эксперты разом заткнут им рты.

– Пожалуй, вы правы, – глубокомысленно заявил Кротов. – Если там для вашей науки понадобятся бабки, я готов компенсировать…

– Будьте спокойны, – расплылся в улыбке следователь. – Государство расходы берет на себя. Идите к себе, отдыхайте.

– Да уж какой теперь отдых, – вяло махнул рукой Константин, тяжело поднимаясь с кресла.

Он плотнее запахнул халат и направился к выходу. Вопрос следователя догнал его почти на пороге:

– Константин Михайлович, простите за любопытство. А где вы раздобыли кетчуп?

– Кетчуп? – подавился от неожиданности Кротов. – Кажется, я взял его в мини-баре.

«Лжет!» – вынес вердикт Майков. Он собственноручно проверил содержимое бара в дачных домиках. Там было все что угодно – виски, коньяк, кола. Но кетчупа там не могло быть по определению…

Петр Иванович всем своим видом демонстрировал лояльность и готов был сотрудничать с кем угодно, лишь бы его репутация осталась чистой и незапятнанной.

– Эта идея мне не понравилась с самого начала, – доверительно нашептывал он следователю. – Ну, посудите сами, какой-то новомодный праздник, прибившийся к нам мутной волной иноземной цивилизации. Странный обычай рядиться и пугать всех кого ни попадя. Думаю, что произошедший здесь прискорбный случай – прямое последствие тлетворного влияния Запада…

«Эка куда хватил, – изумился про себя Майков. – А кого же прикажете сажать на скамью подсудимых? Американского президента, что ли?»

– Ответственно заявляю, что с моей стороны были предприняты все меры, чтобы не произошло никаких казусов. Моя супруга, святая женщина, также не имеет к этому никакого отношения. Мы собирались уехать, но в силу различных причин вынуждены были…

– Петр Иванович, – решился прервать монолог чиновника Майков. – Вы не вспомните, что говорила Эмма в этот вечер. Могут ли эти события пролить свет на ее трагический конец?

– Нет. Не думаю, – твердо заявил государственный муж. – Никакой связи тут нет и быть не может. Эмма была явно не в себе.