Наталья Берзина – Окончательный диагноз (страница 7)

— Даже не надейся! В таком случае ты в полном моем распоряжении до самого вечера. Видимо, нам с тобой необходимо составить план действий, чтобы успеть как можно больше. У тебя есть какие-нибудь пожелания?

— Нет, наверное. В общем, я не знаю. А что предлагаешь ты?

— Поскольку до полудня в городе делать нечего, мы можем поехать на озеро, поплавать, позагорать, а после, вернувшись обратно, уже на месте решить, чем будем заниматься.

— Это, конечно, замечательно, но вот только купальника у меня с собой, как ты мог заметить, нет, так что придется заехать ко мне домой.

— Можно, но не нужно. Купальник можно купить по дороге. Возле санатория есть магазин. Там же и перекусить возьмем.

— Олег, у тебя все так просто получается, что мне становится не по себе. Ты что, всегда так или просто передо мной пальцы разгибаешь?

— Милая, я привык путешествовать налегке. Никогда ничего лишнего. Только самое необходимое, то, без чего в самом деле невозможно обойтись.

— Скажи честно, Олег, ты на своей курьерской работе действительно так хорошо зарабатываешь? Или ты наследный принц? Такая квартира, как у тебя, обходится, как я понимаю, очень недешево.

— Пусть тебя это не беспокоит. Ты принимаешь мой план?

— Да! И еще раз да! Я полностью тебе подчиняюсь.

— В таком случае у тебя полчаса на сборы — и вперед!

Разумеется, получаса Лене не хватило. Пока она нежилась в ванне, детально восстанавливая в памяти прошедшую ночь, пока старательно рисовала лицо, прошло намного больше времени. Олег все это время сидел в кабинете за компьютером и что-то писал. Когда полностью готовая Лена вошла к нему, он мельком взглянул на нее и, улыбнувшись, сказал:

— Прости меня, пожалуйста! Мне нужно еще буквально двадцать минут, чтобы закончить. Посмотри пока телевизор, музыку послушай, я быстро.

Ни тем ни другим Лена заниматься не стала, она вышла на балкон и, облокотившись на старинные кованые перила, стала разглядывать то, что происходило на улице. Прямо на тротуаре художники устроили импровизированный вернисаж. Впрочем, не удивительно: город, давший миру одну из ярчайших звезд, прославившую его, по-видимому, обладал некой художественной аурой. Недаром ведь Мастер именно с ним сравнивал извечное пристанище живописцев — Париж. Казалось, здесь пишут все, разве что за редким исключением. Вот и сейчас прямо на мостовой развернулась самая удивительная из всех когда-либо виденных Леной выставок. Смешение стилей, техник, манер исполнения завораживало. Портреты и пейзажи, жанровые зарисовки и изысканные натюрморты соседствовали с фантастической феерией и чуть мрачноватыми работами в готическом стиле. Каждый художник стремился не только продать, но и поярче заявить о своих работах. Жаркие споры, яростные дискуссии возникали тут по разному поводу, возле любой картины. Пусть не было здесь полотен в дорогих рамах, но тем не менее цены на некоторые работы казались Лене просто фантастическими. Несмотря на это, сюда приезжали ценители из разных стран и увозили с собой на родину частицы древнего города, воспроизведенные мастерами кисти на полотне.

— Ты, я смотрю, так увлеклась, что совершенно забыла о наших планах! — раздался за спиной Лены голос Олега. Он стоял в дверном проеме, с неизменной улыбкой, красивый, подтянутый, и протягивал ей руку. Лена, приняв ее, пируэтом приблизилась к Олегу и, прижавшись спиной к его мощному телу, сказала:

— Залюбовалась картинами. Ну что? Поедем?

— Да! Карета у ворот, сударыня, — сказал Олег, нежно целуя ее в мочку уха.

Флигель оказался не так уж и мал, отстоящий метров на сто от дома Ивана, он мог сойти за вполне самостоятельный, по обывательским меркам, роскошный коттедж. Дэну не удалось рассмотреть ни само здание, ни то, что скрывалось внутри. Его попросту затолкали в одну из комнат на первом этаже и заперли дверь.

Нашарив на стене выключатель, он оглядел свой приют. Небольшая, метров двенадцать, комната, узкая кровать, стол, простой деревянный стул да лампочка под потолком — вот и все убранство. За белой дверью — душевая с туалетом. Не раздеваясь, Дэн завалился на постель и вскоре забылся тревожным сном. Рано утром, еще не было восьми, его растолкал один из качков.

— Вставай, хозяин зовет! — бросил он и вышел из комнаты.

Дэн наскоро поплескал водой в лицо, пошарил взглядом, но так и не нашел ни зубной щетки, ни пасты, направился к предусмотрительно оставленной раскрытой двери.

В сопровождении разбудившего его здоровяка Дэн поднялся на террасу с тыльной стороны особняка. За накрытым к завтраку столом сидел сам Иван. Рядом с ним замерла в напряженной позе готовая сорваться по малейшему приказу вчерашняя горничная. При свете дня она показалась Дэну еще красивее, чем ночью. В меру загорелое лицо, точеные руки, чуть пухлые чувственные губы, едва-едва подведенные, огромные, синие, как небо, глаза. Роскошные, слегка волнистые, пышные светло-русые волосы. Не девушка — само совершенство.

— Садись, дорогой. Составь старику компанию, заодно и дела обсудим. Порешаем, как быть с тобой, шустрячок! — вполне благосклонно сказал Иван, кивая на стул напротив.

— Спасибо! — нерешительно ответил Дэн, теряясь в догадках, что его ожидает.

— После благодарить будешь. И за хлеб-соль, и за заботу. Долго ты, я погляжу, любишь поспать, юноша. Так, словно за тобой никаких долгов нет. А я так понимаю, что должен ты мне достаточно, чтобы не задумываясь тебя в цементных ботинках на корм рыбкам пустить. Как дальше жить собираешься, как долги отдавать?

— Я бы с радостью, но нет моей вины в том, что машину вашу подсунули! — начал оправдываться Дэн, еще больше растерявшись.

— Это, юноша, не моя проблема. Ты мне денег должен, за моральный, так сказать, ущерб, так что отрабатывать будешь со всем усердием. У тебя права, как я помню, на все категории?

— Да, хоть автобус водить! — немного успокоившись, радостно воскликнул Дэн.

— Автобуса у меня нет! Фуру погонишь! — отрезал Иван. — А чтобы не скучал в дороге, мальчонку вот этого с собой прихватишь.

Качок, что стоял справа от Дэна, чуть заметно кивнул головой. «Все ясно! Иван мне не доверяет, боится, что свалю вместе с грузом. Интересно, что он собрался перевозить?», — подумал Дэн.

— Ты ошибаешься, юноша, ничего я в этой жизни уже не боюсь, а мальчонка не только за тобой присматривать будет, но и за баранкой может посидеть. Выезжаете сегодня. И не смотри на меня как кролик на удава! — рассмеялся Иван.

«Мысли он, что ли, читает? Все предусмотрел, гад!» — подумал Дэн.

— Не петушись! Паспорт с собой? Отдай Варваре, она знает, что делать. И поешь, в дорогу готовиться нужно, рассусоливать некогда! — сказал Иван, вставая из-за стола.

Оставшись за столом в одиночестве, не считая Варвары и бдительного качка рядом, Дэн вяло поковырялся в тарелке, отхлебнул остывший кофе без сахара и встал. Варвара даже не подумала прибрать со стола, только внимательно посмотрела на Дэна огромными, ставшими почему-то вдруг серыми глазами и сказала:

— Документы оставь на столе. Виктор отведет тебя. Подберешь подходящую одежду. Через час найдешь меня во флигеле. Если заблудишься, Виктор подскажет.

Дэн удивился перемене, произошедшей с девушкой. У нее не только глаза поменяли цвет, но даже голос стал другим, властным, не терпящим возражений. Делать было нечего, пришлось тянуться за шкафоподобным Виктором куда-то в подвал, выбирать подходящую по размеру одежду, причем не только водительский фирменный комбинезон, но и простенькие джинсы, пару маек без рукавов, легкую ветровку. Дэн попробовал было заикнуться, что ему и в своей вполне удобно, но Виктор даже не стал слушать. Просто молча сунул ему в руки несколько пакетов и отрывисто рявкнул:

— Выбирай!

Сложив выбранную одежду в сумку, Дэн поплелся за качком обратно во флигель. В его комнате на неприбранной постели уже лежали бритвенные принадлежности, пара полотенец, зубная щетка, мыло, паста, даже флакон лосьона после бритья.

— А сигареты? — спросил Дэн.

— После, — бросил Виктор и вышел за дверь.

«Ух ты, какой разговорчивый!» — пожал плечами Дэн и начал складывать свое «богатство» в сумку. Он даже не успел переодеться, как дверь распахнулась и на пороге возник его охранник-напарник.

— Пошли! — почти не разжимая губ, сказал Виктор.

Варвару они нашли на втором этаже. Небольшая комната скорее походила на заштатную канцелярию: шкафы с картотекой, древний, видавший еще царя Гороха письменный стол с горой непонятных бумаг в папках и без, лампа с абажуром и контрастирующий с общим убранством современный ноутбук, подключенный к небольшому лазерному принтеру.

— Садись, — не поднимая головы от бумаг, сказала Варвара.

Дэн опустился на жалобно скрипнувший расшатанный стул и замер в ожидании. Некоторое время девушка что-то внимательно читала, затем вложила прочитанные листы в файл и лишь затем подняла глаза на Дэна.

— Сиди и не двигайся, — тусклым, равнодушным голосом сказала она, и в руке ее появился небольшой цифровой фотоаппарат.

Сделав несколько снимков, Варвара сбросила их на комп, просмотрела, выбрала один, распечатала. Еще раз внимательно изучила, вложила в файл с другими бумагами.

— Виктор, это тебе. Дениса можно отвести в комнату, пусть отдохнет пару часов, и можете ехать, — сказала она, протягивая документы качку.