Наталья Бердская – Бадди (страница 5)
– Сема, ТЫ совсем, БЕЗ совсем? – Алла догадалась, что Сема намерен подвергнуть ее любимца какому-то эксперименту.
– Что ты так взволновалась? Ты еще спасибо мне скажешь! Сможешь общаться со своим любимчиком как со мной.
Алла знала, что Сема специализируется на чипирование при помощи электронных микросхем для передачи мыслей на расстоянии.
– Ты хочешь ему вшить ЧИП?! Я правильно тебя поняла? – у Аллы защемило под ложечкой.
– А что тебя встревожило? – Сема приготовился к защите. – Это великое достижение в науке. Разработки позволяют реализовывать желание под действием голосовых команд и входить в прямой контакт с питомцем, – Сема смотрел на Аллу широко распахнутыми глазами.
– Ты хочешь превратить Бадди в киборга? Ты еще МНЕ предложи чипирование. Захвати мой разум, интеллект и оккупируй мое личное пространство мыслей и действий, – возмущалась Алла.
– Алла, ты че, на Луне ночуешь? И впервые слышишь о микрочипах, которые вживляют в животных и даже в людей?
– Это тоже вредно? – почти закричала Алла.
– Ну ты точно как с Луны свалилась. Ты спрашиваешь о действии электромагнитных волн? Как они влияют на организм? – переспросил Сема. – Ну, было бы глупо утверждать, что вообще никак не влияют. Влияют. Как микроволновые печи, мобильные телефоны, холодильники “no frost” и даже электроплиты. Все эти приборы и оборудование имеют агрессивную зону электромагнитного излучения. И каждый живущий на Земле уже не мыслит жизни без этого наполнения. Правда, в Японии есть дома, а точнее маленькие домики, без электричества, водопровода и канализации. В парковой зоне. Цена этих домиков превышает благоустроенные жилища утопающих в цивилизации. А цивилизация утопает в электромагнитных волнах, которые, конечно же, действуют на нервную и сердечно-сосудистую системы. Но ЭМ-волны также используются в физиотерапии и способствуют заживлению тканей. Понимание плюсов и минусов устойчиво заполнило наше жизненное пространство.
Помолчав, Семен продолжил:
– Любой может жить в лесу, в горах и пить родниковую воду. А еще лучше – в шалаше с медведем, как Серафим Саровский. Этого святого я очень люблю и почитаю.
Но мы не можем жизнь тех лет интегрировать с динамикой нашего времени.
– Как ты думаешь, если бы в шалаш Серафима Саровского пришли с компьютером и телефоном, что бы было с сознанием святого? А я тебе отвечу. Он бы принял пришельцев за нечистую силу, дьяволизм.
– А может, это и действительно ТАК? – возмущенно спросила Алла.
– Может! – ответил Сема и продолжил. – Ну, как ты знаешь, мы вообще работаем в направлении помощи больным Альцгеймера, немым и больным, со слабыми рефлексами. Они, конечно, никогда не будут чувствовать себя полностью здоровыми, но мы им помогаем чувствовать, в выражение себя – максимально приближено. И это важно.
Сема говорил очень убедительно, но Алла упиралась:
– А если чипировать медведей и дать им команду убивать нас как тараканов…
Семен глубоко вздохнул. Ему нечего было ответить.
– Алла, пойдем домой. Я бы чаечку попил. Ты не против?
– Нет.
И они молча направились к дому. Зайдя домой, Алла сразу стала искать глазами Бадди.
– Сем, ты посмотри, какие у Бадди глаза. Зрачки расширенные. Взгляд осмысленный и понимающий. Будто хочет спросить: «где вы были и о чем говорили?».
– М-да! Интересно! Смотрит, как будто реально что-то хочет спросить. Смышленый кот, – неожиданно серьезно сказал Сеня.
– Да, он же за все это время нигде ни разу не напакостил. Даже когти точит только об чесалку, – восторгалась Алла своим любимцем. – Кошки вообще загадочные существа. По исследованиям ученых, они к нам заброшены с планеты Сириус. Кошки являются представителями внеземных цивилизаций. Ученые утверждают, что кошки – имеют сверхъестественные способности, которыми не обладает ни одно существо на планете. Это представители ИНОГО разума… – не успела она закончить мысль, как возглас Семена перебил ее.
– Так он уже киборг! А ты волнуешься? Радоваться должна: будешь понимать, управлять и контролировать!
– Ладно, пойдем пить чай, – пригласила Семена на кухню Алла.
Но Семен попросил тайм-аут:
– Алла, ты пока готовь чай, а я сбегаю домой за одной штучкой.
Семен убежал.
Алла достала из холодильника замороженные шарики из теста, натерла их на крупной терке, залила творогом, перемешала с сахаром и яйцами… и поместила в духовку пирог под названием «Царская лепешка».
Вернулся Сема. В руках он держал детектор для определения прослушки:
– Надо убедиться – мы под колпаком или в свободном плавании, – и пошел шарахаться по квартире.
Через полчаса пирог был готов.
– Ну ты даешь! Когда успела? – радостно верещал Сема.
– А что тут успевать. Шарики у меня всегда в морозильнике. Потереть, сделать начинку – десять минут, и полчаса – на выпекание.
– Молодец! А я тебя тоже порадую… или, наоборот, огорчу, – и Сеня положил на стол три прослушивающих устройства. Приложил палец к губам – «ТИХО!» – и убрал прослушки с глаз долой.
– Вот даже как! Значит, бойцы «Иллиады» продолжают держать руку на пульсе. ДО контракта, ВО ВРЕМЯ контракта и ПОСЛЕ контракта.
– А когда они успели установить?! – Сема завис в своих воображениях.
– Сема, очнись и не задавай смешных вопросов.
– Да-а-а…Расслабился. Забыл, с кем дело имеем.
Глава четвертая
Несмотря на то, что Алла изо дня в день вынашивала мысли об «Иллиаде», она была в поисках работы. Возвращаться на прежнее место после «Иллиады» ей не хотелось. Удерживало состояние стыда за себя. Продалась за деньги. Получила хромосомную аномалию. Год Алла жила за ширмой благополучия, НО с синдромом жизнеугнетающей хромосомы. За деньги отказалась от здоровых амбиций, которые дарили удовлетворение и повышали самооценку. И что в итоге? Плевок! Прямо в морду лица.
Алла еще долго гуляла со своими мыслями, как ветер по закоулкам, пока не наткнулась на предложение от клинического госпиталя МВД. Подав заявление и пройдя интервью, она была принята на работу.
Пока Алла занималась СВОИМ трудоустройством, Сеня прорабатывал вариант трудоустройства кандидата для проникновения в «Иллиаду». Единственным, кому он мог открыться и доверится, был Максим – давний, проверенный друг Семы.
Максим Суханов – врач-трансплантолог. Пунктуальный, конкретный, без сантиментов и ненужных излишеств.
Подъехав к парку, Семен припарковался и направился к центральному входу. Максим его уже ждал.
На подходе к Максиму Семен жестом рук, пантомимно, спросил: «Ты телефон оставил в машине?». В ответ его друг молча закивал головой, показывая большим пальцем жест «все в порядке!».
Максим был очень осторожен. Он никогда по мобильнику не развивал какие-либо темы, интересующие третьих лиц. Только «…о природе, о поездке и о Вас, женщины…» – то есть ни о чем.
Семена даже злила такая осторожность Максима, но в данном случае это было как раз то, что «доктор прописал».
– И чем же я так понадобился нашему стражу науки? – в качестве приветствия начал Максим, и они обменялись рукопожатием.
– Не спеши, все по порядку. Давай в кафешку зайдем? А то что-то зябко, – Семен закурил, и они направились в сторону кафе. По дороге Семен рассказал всю предысторию с «Иллиадой». Максим слушал молча. Ни эмоций, ни мимики, ни напряжения взгляда.
«Сфинкс ходячий», – подумал Сема.
– Ты хоть что-нибудь скажи, – возмутился он.
– Сема, я так есть хочу. Вот поем и все переварю вместе со съестным. Выпьем кофе и поговорим. Согласен?
– Да я тоже не прочь перекусить. О! Вот и кафе!
Они зашли в кафе. Уютно. Тепло. И нет людей. Сделали заказ, и, пока их обслуживали, Семен все изложил Максиму.
Загасив голод, Максим начал задавать вопросы:
– Ну и что ты со всем этим намерен делать?
– Там что-то не так. За этими черными воротами черные дела, – Семен усердно хотел донести до Максима суть своих намерений.
– Ну, если и даже что-то не так. Тебе-то что? У нас за каждыми вторыми воротами что-то НЕ ТАК. Тебе зачем лезть за эти ворота? С Аллой все нормально! У тебя все нормально! Зачем тебе лезть туда? – непонимающе реагировал Максим.
– Во-первых, с Аллой не так уж и нормально. Квартира на прослушке. Что они от нее хотят?
– Ты же контролируешь утечку любых настроений. Отключай их. Детектор наверняка есть? Послушают и перестанут, – Максим никак не склонялся на сторону Семена.
– Максим, я думаю, что за этими черными воротами – черная трансплантация органов.
Максим задумался.
– А что? Что-то есть такое, что указывает на это? – спросил Максим.