Наталья Беляева – За полверсты (страница 11)

но точно знаю, что вернутся те, кто не пришёл когда-то с поля боя. Сойдутся в круг, покурят, с орденов Стряхнут ещё не севшие пылинки, И будет взгляд похожий на отцов У нашего, который посрединке. Прищурятся на солнце. В тишину Серьёзно, по-солдатски, глянут зорко, Обнимутся и к Вечному Огню пройдут по изумлённой Красной Горке, Пройдут по Комсомольской, Кольцевой, Пройдут по Театральной и Горняцкой, И станут городской передовой На площади Победы у акаций. Застынут камнем муж и сын, и брат, А наш который, самый молчаливый, Устроится у стелы в аккурат, И ахнет площадь в набожном порыве. А если мать склонится до земли, От слёз не видя Саши, Лёши, Пети… Скажите ей, они уже пришли И дольше нас останутся на свете! Не стихнет боль, но станут земляки Навечно городскими часовыми, У каждой приснопамятной строки Фамилия, Отечество и имя.

Ничего не закончится

Ничего не закончится. Не истончится печаль, не исчезнут вовеки потери, ни поздно, ни рано… где царила любовь, будет рана. Банальная рана, как бы ни было это смешно, как бы ни было жаль. Разгрозится победное небо победной грозой, но ничто не закончится, битвам не будет отмены, никуда не загинут предательство, подлость, измена и останется голая правда босой и нагой. Не согреется вечная (где-то внутри) мерзлота, не растает Снегурка, состарится в снежную бабу, королевской стрелы не видать бородавчатой жабе, да и всякая прочая сказочка та, да не та… Но я знаю, отвьюжат каких-нибудь восемь недель и отступит зима. Только в это поверить и надо… приоткроет ресницы, роняя ледышки, лаванда, торжествуя, весна городскую возьмёт цитадель. Потечёт с умилённых верхов ледяная слеза, раскричится на голой берёзе счастливая сойка и захочется жить. Незатейливо, жадно и звонко… Так и будет. Всерьёз и надолго. Не верить нельзя.

Этюдное

Это розовое

Это розовые небо, эти розовые астры, стерха утренний молебен, что под облаком распластан… шмель ленится волоокий (на меду и лапки липки), сливы розовые щёки растянули на улыбке. Песнопениям внимая, спит на царстве георгина, краснобокие ломают ветки, – яблони не видно! Даже лихо не без толку, яд сварила белладонна… переполненной кошёлкой август падает в ладони.