Наталья Беляева – Диковинница (страница 22)

Проворочавшись с боку на бок добрую половину ночи, Беляна, наконец, задремала. И роящиеся в голове мысли превратились в кошмарные сновидения.

Ей снилось, что на собеседование собрался, как на судилище, весь город. Со всех сторон её окружали существа чудаковатого вида. Создания самых разных форм и размеров, продукты чьей-то воспалённой фантазии, были снабжены диковинными ушами, ногами, хвостами, крыльями и всевозможными наборами зубов. Толпа неистово горлопанила, наперебой обвиняя Белку в промышленном шпионаже, краже рецепта медовых булочек и косы у Светланы.

Властелина с носом-картофелиной злорадно ухмылялась, закатывая глаза, и возвещала с упрёком: "Я всё про тебя знаю, голубушка!" А рассвирепевшая кикимора Кучеря трясла перед Белкиным носом окровавленными обрывками голубой юбки и визжала: "Я покажу тебе цаплю!"

Сама Беляна сидела задом наперёд на рябой кобыле, теребя в руках белое детское одеяльце. Из которого должна была до конца линчевания пошить пару синих джинсов.

Радмила горько плакала на плече у Стожара. А он гладил её по голове, заверяя, что поскольку Злыдень и Беляна — одно и то же лицо, им придётся продать Баламута в рабство, а Радмиле до конца жизни стирать Есину одежду.

В разгар представления явился полевик с ворохом соломы. Он укусил рябую кобылу за ногу, затем призвал всех присутствующих к тишине ударом хвоста с кисточкой на конце. И не терпящим возражений тоном объявил приговор Белке — отправляться назад в её мир работать трамвайным кондуктором.

Резко открыв глаза, она села на постели, обхватив дрожащими руками согнутые колени, и бросила взгляд в окно.

Горизонт на востоке едва заметно посветлел, окрашиваясь золотистым светом. Совсем скоро рассветёт, и начнётся новый день. Возможно самый важный день в её жизни. А она совершенно измучена изнурительной ночью и бредовыми кошмарами. И, кажется, разбита ещё больше, чем накануне вечером.

Волнение, накрывшее Беляну, с каждой минутой становилось сильнее. В голове то и дело возникала мысль, что еще не поздно от всего отказаться.

От невесёлых раздумий её отвлёк шорох под потолком. Пока ещё не проданный в рабство Баламут широко распахнутыми глазками глядел куда-то сквозь неё. А затем, с визгом "Паразиты в доме!" невероятно резво спрыгнул за спинку кровати. Беляна вздрогнула и вскочила на ноги. Домовой с яростным шипением выволок на свет нечто пыльное и трепыхающееся, затянул существо на стену, и растворился вместе с ним в углу.

Ошарашенная происходящим, Беляна только теперь обнаружила под босыми ногами холодный пол и забралась обратно в постель. Почувствовав внезапно накатившую дрёму, свернулась под одеялом клубочком, мгновенно проваливаясь в спокойный и беззаботный сон.

Она проснулась через пару часов великолепно отдохнувшая и сладко потянулась. На этот раз ей снилось, как они со Светланой раскачивались на качелях в парке аттракционов и весело смеялись. В голове прояснилось, а глупые и страшные мысли почти исчезли. Нащупав ногами тапочки-собачки, она радостно соскочила с кровати и побежала в купальню.

Для сегодняшнего дня она выбрала строгую юбку лилового цвета и тонкую блузку с того же цвета вышивкой. Постаралась придать причёске хотя бы мало-мальски приличный, то есть прилизанный вид и сунула ноги в мягкие кожаные туфельки. Захватив письмо-приглашение, вышла из комнаты.

Внизу Радмила уже провожала Стожара. Окончательно поправившийся кузнец на прощанье крепко обнял Беляну за плечи, поцеловал в макушку и сердечно пробасил:

— Удачи тебе, доченька.

Затем обернулся к Радмиле и, широко улыбаясь, отвесил низкий поклон:

— Всегда к вашим услугам, сударыня.

На губах женщины заиграла очаровательная улыбка. Как чудесно, — подумала Беляна, — что через столько безрадостных лет судьба, наконец, усмехнулась и Радмиле.

Помахав кузнецу ладошкой, Белка сделала лёгкий пируэт и умостилась на стуле, схватив воздушный сахарный рогалик со сливовой начинкой. Уже позавтракавшая со Стожаром Радмила тоже рассеянно присела за стол, и начала зачем-то размешивать сахар в сахарнице. Белка фыркнула, накрыв её руку своей ладонью. Рада, заметив, что чудит, усмехнулась, но тут же виновато поджала губы. Подавив желание позубоскалить, Беляна сделала сосредоточенное лицо:

— Сдерживаться я больше не в силах, тётя Рада, Поэтому вернёмся к нашим баранам — или ты расскажешь мне про Злыдней, или я лопну от любопытства!

Радмила откинулась на спинку стула и попыталась привести мысли в порядок.

— Злыдни — злые духи, — стараясь придать голосу невозмутимый тон, рассказывала она, — Попав в дом, они насылают на его хозяев бедность и неудачи.

— Очаровательно, — выгнула бровь Белка, — А причём тут Стожар?

— Ну, иногда Злыдня выгоняют, и он какое-то время не может найти для себя жилище. Тогда он временно селится в лесу, поджидая одинокого путника. Злыдни могут становиться невидимыми для человеческого глаза, увязываются за путешественником, и так попадают в его дом.

— Значит, лошадь Стожара напугал вот такой бездомный Злыдень?

— Вероятно, так, — кивнула Радмила.

— А затем мы привезли его в наш дом.

— Скорее всего.

— Понятно. А что за буйство учинил Баламут?

— А его задача как раз и заключается в том, чтобы не пускать в дом Злыдня. Поскольку злой дух приносит нищету, беды и несчастья, и разрушает жилище, которое так ревностно оберегает домовой.

— Бедненький, — сочувственно свела брови Беляна, — Я теперь чувствую себя виноватой перед Баламутом.

— Да что ты! — весело усмехнулась Радмила, — Баламуту такое развлечение, как битва со Злыднем — самое что ни на есть лекарство от скуки. Домовые гораздо сильнее их, хоть и меньше.

— Ничуть не меньше, — возразила Беляна.

— Откуда тебе знать? — удивлённо поинтересовалась Рада.

— А я видела его сегодня перед рассветом, — сверкая глазами, похвасталась девушка, — Баламут вытащил его у меня из под кровати. Маленького такого, пыльного и лохматого.

— Это не Злыдень… — хмуро покачала головой Радмила.

— А кто? — округлила глаза Белка.

Радмила пожала плечами и задумалась на минуту.

— Слушай, а тебе случайно страшные сны в эту ночь не снились? — наконец, спросила она.

— Ещё какие! — аж поперхнулась Беляна, вспомнив абсурдную тарабарщину, привидевшуюся ей ночью.

— Ну, точно! — с довольной улыбкой махнула рукой Рада, — Это Бабай!

— Ба-ба-бай? — заикаясь, пролепетала Белка.

— Конечно! — Радмила вдруг весело рассмеялась, — У Баламута сегодня была весёлая ночка! То-то я его с утра не видела — спит, наверное, после ратных подвигов, без задних ног.

Белка сглотнула:

— Попрошу подробнее про Бабая, — попросила она, — А то скоро уже Светлана придёт, а моё любопытство, кажется, раздулось ещё больше.

— Бабай — это ночная сущность, которая насылает на людей вместо обычных снов кошмары. И питается человеческими страхами, особенно детскими. Коль напал на тебя, значит, ты или ещё не совсем повзрослела, или была чем-то сильно напугана.

— И то, и другое, — смешно поджав губы, заметила Беляна, — Так значит, то чучело, что выволок Баламут у меня из-под кровати сегодня на рассвете, был не Злыдень, а Бабай?

— Разумеется! — кивнула Радмила, — И знаешь, что я тебе скажу? С домовым нам с тобой просто чудо, как повезло!

— Не сомневаюсь, — прищурилась Белка, — И художник талантливый — шикарно изобразил Светлану верхом на зелёном бегемоте, — усмехнулась она, — Вот только сны разгадывать он всё-таки не умеет.

— Зря ты так говоришь, — задумчиво покачала головой Радмила.

— Ой, только не говори, что его предсказания сбываются! — отмахнулась девушка и встала из-за стола.

— Ещё как сбываются, — Рада потёрла ладонью лоб, — Не далее, как вчера начало сбываться ещё одно.

Белка застыла и медленно повернулась, заинтересованно приподняв бровь. Радмила смущённо зарделась и вздохнула:

— Баламут ещё год назад напророчил, что тело моего суженого я получу, когда сошью для него шёлковую юбку.

Беляна широко распахнула глаза и вдруг, прыснув, громко расхохоталась. Радмила, прикрыв глаза рукой, тоже рассмеялась.

— Могу-гу себе представить, что ты по-подумала! — заикаясь от смеха, заговорила Беляна, — Тело, да ещё в юбке!

— Если честно, я просто испугалась, — вытирая выступившие слёзы, ответила Радмила.

— И-ик-спугалась? — икнув, переспросила Беляна, — Хочешь сказать, что поверила в этот бред?

— У меня нет ни малейшего повода не доверять Баламуту, — пожала плечами Рада.

Белка не успела ответить, потому что в дверь постучали, и она, всё ещё хихикая, открыла дверь. На пороге стояла Светлана — в оливковой юбке, кремовой приталенной сорочке, без кнута и ремня, но зато с неизменной высокой косой. Окинув изумрудным взглядом горницу и её хохочущих хозяек, она вежливо кивнула и с достоинством произнесла:

— Надеюсь, я не помешала?

Ведария Мудрограда оказалась величественным, белокаменным зданием, возвышающимся посреди зелёного парка, или скорее ухоженного сада. Парк наполняло благоуханье цветущих деревьев и кустарников. На мягком покрове трав густо мостились клумбы самых причудливых цветов. А вдоль ровненьких дорожек аллей там и тут белели уютные беседки.

Белкино воображение тут же нарисовало сцену, где она сидит в одной из этих беседок с учебниками и конспектами. И картина эта ей понравилась. Только бы успешно пройти сегодняшнее собеседование!