Наталья Беляева – Диковинница (страница 17)

Вскоре на белом листе появились раскидистые ветви и мощный ствол векового дерева. Беляна узнала силуэт, и с минуту молча смотрела на до боли знакомую картину:

— Ты скажешь, что означает мой сон? — спросила тихо.

— Мне нечего добавить, — проворчал Баламут в ответ.

"Чушь! Ерунда! Немедленно выкинь это из головы!" — мысленно приказала себе Белка, тряхнув головой. Она никогда больше не вспомнит об этом дурацком сне!

— Ладно, — безразлично сказала она, поднимаясь со стула и направляясь из комнаты, — Скоро Радмила придёт, мне нужно на стол накрыть.

— Уже сделано, — буркнул домовой.

Белка вскинула брови и недоверчиво спустилась на первый этаж. В нос ударил аромат жареной рыбы и тушеных овощей. Стол в самом деле оказался не просто накрыт, а изысканно сервирован. Причём, когда Баламут успел провернуть подобное, и где взял продукты, которых они с Радмилой не покупали, осталось не известным.

Чтобы поблагодарить домового, Беляна вернулась в комнату, но там его уже не оказалось. На столе остались лишь аккуратно сложенные краски и кисти. Однако рисунки исчезли вместе с художником. Тепло улыбнувшись невидимому проказнику, Белка, довольная тем, как всё удачно складывается, вернулась в горницу.

Через минуту зашла Радмила и ахнула при виде готового ужина. Выслушав объяснения Беляны о том, как она подружилась с домовым, женщина удивилась ещё больше. Баламут оказался в самом деле изумительным кулинаром. За разговорами они с удовольствием смаковали рыбку без единой косточки, но зато в хрустящей корочке, потрясающе нежное овощное рагу и самый вкусный и воздушный хлеб, который Белке приходилось есть. Наслаждаясь необыкновенно крепким и ароматным чаем со свежими булочками, Радмила сообщила:

— Я решила запустить в работу пробную партию твоих штанов. Эх, пошить бы их из русалочьего полотна… — она мечтательно подвела взгляд.

— Что такое русалочье полотно? — привычно спросила Беляна.

— Ооо, это самая дорогая из существующих тканей! — сверкнула глазами Радмила, — Называется так, потому что ткут её исключительно русалки. И они же берегут секрет её изготовления.

— И чем же она так хороша? — поинтересовалась Белка.

— Русалочье полотно — самое крепкое, — с удовольствием объяснила Рада, — Оно не рвётся и не мнётся, не промокает и даже не горит! Оно может быть жёстким или очень мягким, тонким или плотным. Одежда, сшитая из него, не изнашивается, её не нужно стирать или чистить. В жаркую погоду она холодит, а при сильных морозах греет лучше любого тулупа.

— Погоди-ка, — задумчиво промолвила Беляна, — Моё детское одеяльце!

Она сорвалась с места, бегом поднялась по лестнице в свою комнату, и тут же слетела вниз, держа в руках маленький белоснежный свёрток. Радмила взяла его и нежно погладила ладонью мягкую тёплую ткань.

— Да, милая, я помню его, — с грустью улыбнулась она, — Это покрывало подарили твоим родителям на свадьбу.

— Бабушка говорила, что когда встретила маму со мной на руках, шёл проливной дождь. Но я в этом одеяльце оставалась сухой и тёплой, как будто капли воды попросту пролетали мимо.

Беляна с щемящим чувством взяла назад протянутый Радмилой свёрток и прижала его к груди. Надо же — русалочье полотно! А они-то с бабушкой гадали, что за удивительными свойствами обладало обыкновенное на вид детское одеяльце.

— Так и есть, — Радмила заметила печаль девушки и, старательно борясь с собственной грустью, жизнерадостно защебетала, — Да что там говорить! Русалочье полотно выдерживает даже магическое воздействие. Стоит оно, конечно, целое состояние. Но в том-то и дело, что стоит!

Белка попыталась улыбнуться:

— На джинсы тут не хватит, да и ткань эта слишком мягкая для брюк.

Улыбка вышла натянутой, а шутка горькой, но Радмила всё равно рассмеялась:

— Ну, разумеется, твоё детское одеяльце для мужских штанов не подходит, — согласилась она, — К тому же, даже если бы мы наскребли золота на закупку русалочьего полотна, такие штаны будут слишком дорогими в продаже.

— Овчинка выделки не стоит, — понимающе заметила Беляна.

— Точно, — кивнула Рада, — И у нас возникла одна неожиданная проблема. В городе нашем с некоторых пор нет кузнеца, и заказывать заклёпки для джинсов придётся в соседнем. Вот такая заминочка вышла, — огорчённо добавила она, — Причём туда ехать нужно, чтобы показать образец. Даже не знаю, когда смогу вырваться.

Глава 4

Дева-воительница

"Все оказалось довольно просто", — счастливо думала Беляна, оглядывая пейзаж сказочного города. Отсюда, с Велесова холма, открывался изумительный вид на Мудроград.

Вчера вечером она решила, наконец, исполнить желание, возникшее в первый же день пребывания в Тридевятом мире. Поэтому ещё до рассвета оделась и покинула дом Радмилы. Быстрым шагом добралась до ворот ещё спящего города, дошла до холма и поднялась на него.

Восход солнца она встретила здесь. Беляна стояла босиком на мягком зелёном ковре, щекотавшем ступни шелковистыми травинками, вдыхала пьянящий воздух нового утра и наслаждалась тем, как волосы треплет легкий ветерок. Она чувствовала какой-то древний восторг, приветствуя появление на небе молодого светила, которому тысячелетиями поклонялись её предки. И никак не могла понять, почему так переживала, прежде чем решиться вернуться сюда. Сейчас она всем сердцем чувствовала, что нет ничего более естественного, чем быть здесь, в этом мире, на её родине.

Гостеприимный Мудроград очаровал её и принял в свои объятия. Она уже любила этот город, пахнущий свежей выпечкой и спелыми яблоками днём и ночными фиалками по вечерам. С его просторными ухоженными улицами, утопающими в зелёных садах, живописными теремами, весёлыми и в подавляющем большинстве добродушными людьми. Всё здесь ей нравилось, представляясь изумительным и необыкновенным, и даже цветы казались невиданными и более красивыми.

Поначалу она думала, что Тридевятый мир — что-то вроде застывшего прошлого. Древняя история и вечная сказка. Но неожиданно угодила в будущее. В правильное будущее, где люди ценят мир и гармонию природы, друг друга и то, что их окружает. Где не ждут со дня на день экологической или ядерной катастрофы, конца света, или другого жуткого армагеддона. Где женщины мудры и очаровательны. А мужчины сильны и великодушны.

В гардеробе Беляны больше не было обычных для неё рваных джинсов и любимых трикотажных футболок. Цветана подобрала ей из своих неисчерпаемых запасов прекрасно подходящие к фигуре и внешности длинные платья, воздушные юбки и украшенные искусной вышивкой блузки. И Белке очень нравилось новое ощущение нежности натуральных тканей, струящихся по телу. В новых нарядах исключительно ручной работы, ещё хранящих тепло создавших их рук, она чувствовала себя сопричастной к чему-то сказочному и волшебному. Стала более женственной и в чём-то даже одухотворённой.

Сейчас на ней была шелковая голубая юбка и белоснежная батистовая блузка с изящной вышивкой. Волосы она как обычно оставила в беспорядке, готовая отвечать на многочисленные вопросы. Но вопреки ожиданиям, окружающие оказались достаточно тактичны, чтобы не досаждать молодой девушке излишним любопытством. Возможно, Мудроградцы привыкли видеть в своём городе и куда более удивительных созданий. Большинство новых знакомых приветливо и снисходительно относились к белобрысой стриженой девчонке, явившейся с целью поступления в Ведарию. Радмила всем объясняла, что девушка приехала из её родного Залесья и приходится ей дальней родственницей.

Глядя на рассвет, Беляна размышляла о том, что подарит ей сегодняшний день. Сердце переполняло предвкушение чего-то прекрасного.

Она обулась и спустилась с холма с другой стороны, решив час-полтора прогуляться на пути к городу, а заодно исследовать местность. Извилистая тропинка проходила вдоль густого леса. Стволы деревьев с почти непроницаемой кроной покрывали изумрудные косяки мха. Проснувшиеся птицы беззаботно пели, приветствуя новый день, который обещал быть солнечным и безветренным.

Вдруг она услышала за спиной чей-то вскрик и лошадиное ржание. Повернувшись посмотреть, что произошло, девушка едва успела испуганно отскочить, но, не удержавшись на ногах, села в придорожную пыль. Прямо на неё с бешеной скоростью неслась лошадь. Под седлом, но без наездника.

Белка мало что понимала в верховой езде. Но сложив три фактора — явно человеческий крик, наличие седла и неадекватное поведение коняки, которая за малым не убила и её за компанию с хозяином, поняла, что кто-то в данный момент может нуждаться в помощи. Окинув взглядом местность, она встала и, стряхнув пыль с новой юбки, направилась проверять свои подозрения.

Войдя в лес, Беляна растерянно осмотрелась. Птицы неистово заливались, соревнуясь друг с другом за первенство по вокалу, солнце играло лучиками, пробивающимися сквозь густую листву. Всё так мирно и спокойно. Может, у неё паранойя?

Она прошла ещё пару десятков шагов, когда увидела, наконец, то, что искала — огромного субъекта, лежащего на земле без признаков жизни. В глаза бросился пропитанный кровью рукав его рубашки, и, приблизившись, девушка прощупала сонную артерию. Жив. Но без сознания.

Белка похвалила себя за проницательность. Помощь действительно нужна. И что ты намерена делать, помощница? Она вытащила нож из-за пояса мужчины и осторожно вспорола окровавленный рукав. Так и есть — кость торчит. К горлу подкатила тошнота. "Возьми себя в руки, — приказала сама себе, — Или поищи кого-нибудь, кто сделает это за тебя".