Наталья Белоненко – Пустота, поговори со мной (страница 2)
- И что, нажился уже? - вывалила на него разоблаченную правду она. Тоном, ещё не дотягивающим до его профессионального цинизма, но явно приближающимся к непревзойденном образцу.
И тут же испугалась своего выпада. Да что это на неё нашло! Ему б валерьяночки, а она его дразнить вздумала. Этого зверя в клетке.
- Давно. - ровно кивнул он, и на мгновение вновь стал
неживым. Как там. Наверху. - У всех свой срок.
Отпираться он явно не планировал. Да уж, непривычно: она-то привыкла жить в правильном мире, где все плохое - вам показалось!
- Слышали б тебя мои клиенты. - осуждающе покачала головой она с мыслью вслух.
- Жмурики?
Ну капец!
- Пенсионеры! Или детки с инвалидностью. Попросили б они б у тебя здоровья, раз самому не надо. - упрекнула она, косясь крепкие руки. Но реакции его — не заметила, утопая в противоречивости жизни.
Уже через пару ступенек вниз их ждала распахнутая настежь дверь.
- Как нас здесь ждут… - ухмыльнулся он, явно все понимая.
- Меня. - поправила она.
И тут, из-за угла взыскательно высунулся её Ефим. Распушив рыжий хвост.
- Понятно. - издевательски ухмыльнулся он, но на входе чуть притормозил, будто притворно выжидая приглашения.
Она жестом показала ему… не то, что хотела,
всё ещё основательно сомневаясь в том, что делает.
Они вошли и синхронно из коридора глянули в кухонное окно - там бушевал ливень немыслимой силы. Ей вдруг стало дурно от мысли, что этот незнакомец мог бы сейчас лежать там, во дворе, придавленный этой ледяной стеной… И водные потоки омывали бы…
А вот, Куртку вешает. Ходит, хоть и не улыбается…
- С тебя течет, погоди, полотенце тебе дам.
Он послушно попятился. И пока нырял лицом в мягкую ткань и шебуршил свои темно-русые непослушные связанные узлом волосы, она подивилась его энергии. В движении его было столько жизненной силы! А вот во взгляде и голосе - проскакивала пугающая бездонная пустота, отзвук бескрайней тишины… И реакции, отклики его временами были безжизненными, автоматическими. Он будто западал, как кнопочка…
Она проводила его в ванну, предложила обмотаться в свой плед вместо промокшей одежды. Он безропотно выполнял, порой даже с легкой долей любопытства — такой неуловимой, будто показалось. Будто сам всё так и решил, а её здесь - нет вообще.
Потом она усадила его на кухне, поставила печеньки, разогрела пюрешку с курочкой и салат. Будто всё время пыталась его от чего-то отвлечь — не то от коварных мыслей о его безопасности,
не то о своей.
Чайник вскипел.
- Ну, так что у тебя случилось? - решилась она. На правах законной спасательницы сегодня.
- Ничего. - отрешенно скучающе произнес он, отпивая из стакана с мишкой.
Всё ж решил отрицать? Зачем? Чтоб завтра обратно отправиться? Она решила не уступать.
- Да ладно… Деньги? Несчастная любовь? Работа? Что?
- Да нет, правда, всё в штатном режиме.
- А чего это ты вздумал…
- Просто. Скучно…
Она вдруг поняла, какое слово его тогда «разбудило». Растормошило. Расколдовало.
- Всем нам бывает скучно, но никто не… - она запнулась, как бы это произнести… - не играет в птичек.
И тут она увидела запястья. Ей стало дурно.
Он тоже увидел, что она увидела.
- Ещё за последние 15 лет я вешался, топился, травился и стрелялся. Где-то пронесло, где-то откачали. Где то не успел. - буднично, слишком безлико вещал он. - мне часто бывает скучно.
Она с трудом вытолкнула из себя воздух.
- Так, погоди… Я сейчас сестре позвоню. - засуетилась она. Ее осенило.
- Зачем. - без особого интереса флегматично осведомился он.
- Она психиатр. Хороший. И не таких… в общем… Можно? Ладно?
Ему было всё равно. Всё это было ему - вроде того, чтоб лежать на асфальте под ливнем сейчас, такая ж альтернатива: делайте с ним что хотите. Он будет наблюдать свысока. Забавляясь над суетой других.
- Надюш, привет! Прости что поздно, у меня тут… срочно.
Трубка отвечала ей удивленным немного встревоженным девичьим щебетом.
- Нет, сейчас всё хорошо. Просто у меня тут в гостях… ну... парень… Незнакомый. Нет, приезжать не обяз… хотя приезжай. Как бы так сказать… - она заркнула на гостя, и поняла, что его - буквальность не удивит и не возмутит. - Он профессиональный Не-До-Жмурик. Что делает, чай пьет. И заедает огурцами… Откуда откуда, с крыши сняла…
Она положила трубку. Сама как зомби. Но хоть Надя приедет, она точно знает, что с такими делать… наверное.
- Она спрашивала, как тебя зовут. - обесточено произнесла она. Будто до неё начали в полной мере доходить некоторые подробности.
- Можешь называть меня Авдей.
- А по паспорту как?
- Уже и по паспорту. Показать?
Но страничка документа из его нагрудного кармана (смотри, какой продуманный! С собой взял чтоб облегчить работу службам!) расплывалась у неё перед глазами.
- А родители тебя как назвали? - не могла уняться она. Будто перед ней вдруг образовался призрак.
- Да я уже не помню. - лениво отрешенно отхлебнул он, - А тебя как?
Она замешкалась, воровато глянув на высунувшийся из сумки бэйджик. В таких случаях спонтанного знакомства она с самого детства часто фантазировала. Потому что бабушка подложила ей ту ещё свинью.
- Забыла? - ухмыльнулся он, самодовольно целуясь с кружкой.
- Лучше б да. - она даже не поняла, как она произнесла это вслух, пока решалась
признаться.
- Почему? - почти искренне поинтересовался он. Но она не купилась.
- Потому что всю жизнь мечтала о нормальном имени. - фыркнула она.
- Прикольно, у меня всю жизнь было наоборот. - признался он. И изогнул рот дугой грустного смайлика, вскидывая брови - она увидела у него эту гримасу не впервые, и она могла означать и констатацию фактов, и удивление, и даже поощрение. Как ни странно — одна и та же гримаса, а читается по разному. - Но имена можно поменять, это не противозаконно.
- Мне уже поздно. - обреченно призналась она.
Он хмыкнул с почти обаятельной неопределенностью. Будто напоминая, что это его вечер проходит сегодня под эгидой фразы «всё уже позади».
- Так как? - садистически мигнул он. И она поймала, что её щекочет его любопытство.
Однако ответ никак не давался. Он с самого детства ничего хорошего для неё не предвещал.
Это теперь она у любимых подружек Ириска и РИсничка.
- Раиса.- махнула, будто с обрыва, она. Сердито на вынужденность.