Наталья Белоненко – Он, она, они, или Отголоски (страница 21)
Он всё чаще задавал себе вопрос: почему он не сумел сохранить те отношения? Разве он не дорожил ими? Разве?
Всё дело – в резко обрушившемся успехе, или переезде? В «форсмажорах» успеха? Только ли? Или вопросы были и раньше, просто он их игнорировал? Может, просто они с нею застряли на каком-то этапе?
Ведь она упрямо, демонически, маниакально тянула его обратно – в детство! В те самые беспечные привычки, с которых у них все начиналось стооолько лет назад когда им не было и 20ти, в систему бесконечных мечтаний и отложенных их воплощений, замешанных на наследственной «беспомощности» и вере в чудеса и в сказки, которые утешают, но не сбудутся, в бесполезные игры вместо свершений, в подражания вместо находок и инициаций, в робкие «слепые» пробы вместо стратегий. В незавершенности, недосказанности, полутона,
в откаты назад. В инфантильную безответственную легкость «каникул» – из «сегодня» и «вчера», без утомительных мыслей про «завтра». В ребячество.
В ограниченную дееспособность! А с Сашей при всей её внешней незрелости, которую моментами так хотелось опекать, он стал на совершенно другой путь. На путь быстрых ярких решений, принятых рисков, полетных реакций и бес-сомненности.
В конце концов, эта малютка – за 1 день решилась съехаться. Та не могла решить этот вопрос 7 лет. Зачем, когда рядом – родители как убежище, как отговорка, и «все как-нибудь само, но непременно скоро»!
А он и не задумывался прежде, на сколько «вечные дети» – в действительности консерваторы, а вовсе не люди с вечно свежим восприятием юности.
Да, они – застряли в каком-то этапе.
Просто начал постепенно накатывать такой момент… когда из детского возраста и мироощущения настала пора выходить, а оказалось, что ей взрослеть совсем не идёт. И она к этому не готовилась! Она не умеет с этим управляться никак. Он со своим-то возрастом и самостоятельностью ещё пока примеряется, а вот она на этом пути – совсем заблудилась.
Эта мысль привела к странно будоражащему в последнее время вопросу о собственной «взрослости». Оказывается, ни цифра в паспорте, ни семейный статус, ни сумма в карманах в личном распоряжении, ни географическая свобода, ни минимальное количество наставлений извне, ни все признаки, казавшиеся такими понятными и значимыми ещё в школе – не определяют этого понятия. Как выяснилось. Как не определяет её – суть символов в твоих мелких личных вещах, брелках, талисманах, в телефоне, на твоей одежде и даже на твоем теле… Ни регулярный «разрешенный» секс без запретов и табу, ни тату где хочешь, ни волосы на груди и лице – в этом не помогают!
А что ж тогда – определяет?
Степень бытовой или финансовой самостоятельности от родителей?
Или ментальная готовность самим ими стать?
А ведь именно окончательное решение переезжать – отрываться от корней, родительских домов, привычек и своего родного города – обнаружило вдруг пропасть в мышлении с… той… кто…
Впрочем, не место и не время. Думать об этом. Они едут с Сашей к её родителям. Сообщать о своем скоропостижном решении…
И им не то чтоб все равно на их реакцию… Но они едут не спрашивать, а сообщать.
Пока он боялся даже представлять, какая на все это будет реакция. У всех.
Ему самому думалось, что это – взрослое взвешенное обдуманное решение, которое всем придется принять. И решительность его – только добавляет ему взрослости. Это не импульсивность и не каприз, ведь ему придется доказывать состоятельность этого решения день за днем. Потому что само такое решение – это свидетельство этого,
а не обратного…
Но всем ли так покажется?
А есть ли ему дело до всех? Чьи оценки ему важны? На самом деле?
Да, друзей, родных… И вот этих людей, к кому они направляются. И здесь пока всё очень неопределенно… По всем направлениям…
Тогда он отмахнулся: «Взрослость (кстати, он заметил, как это отпугивающее еще года 2 назад слово – перестало отпугивать!) – определяется самодостаточностью суждений и решений» – напомнил он себе. И родители – тут ни при чем…
И невольно вспомнил, как ранним утром сегодня писал маме: «кажется, я влюбился», как изливал всю мощь своих эмоций… И ему казалось, что она снова гладит его по голове, не взирая на расстояния в четверть земного шара. Там, где могла бы пожурить или понаставлять, поучить уму-разуму.
В Общем, задача – ясна: сделать так, чтоб Сашины родители… доверились? Да! И не пожалели. Убедить, чтоб потом доказать. Потому что они для неё – такие же важные.
Он выбрал белую майку, не обращая внимания на контраст с нательными росписями, и скомандовал:
– Готов! Погнали!
И отрапортовал сам себе: Никуда не опаздываем. Едем в правильном направлении. Она – выглядит довольной. Остальное – разберемся по ходу дела.
В лифте поздоровались с любопытными соседями, которые уже начали его узнавать, и тем деликатней читалось по ним НЕузнавание его утренней спутницы…
Оценки… Чьи оценки… имеют значение…
Кому? И почему?
Он взял Сашу за руку. Иногда нужно так мало, чтоб обозначить много. И заставить зрителей отвести глаза первыми.
Именно любопытно-делающий-выводы взгляд чопорной бабули с внуком, живущих парой этажей выше, заставили задаться его ещё одним вопросом, который рано или поздно напомнит о себе:
Публичность. Которая есть у них обоих. Что с ней-то делать? А Шип? А Хайп? А Хейт? Все эти стороны одного и того треугольника наподобие треугольника Карпмана – имеют немыслимую силу, и способны раздавить. Он знает об этом уже не по наслышке, недавнее свидетельство из ЗАГС тому свидетель. И участник.
Одной из главных причин его развода стало сокрытие его прочных устоявшихся отношений – на этапе стремительного развития его известности. Они обоюдно решили, что ему будет проще пробиться на верха – не то чтоб холостяком, открытым для фантазий поклонниц, но – без излишнего перетирания личной жизни – с «открытым» статусом… Вне заявлений и отрицаний. А она – просто будет преданно рядом, она и сам не готова была «высовываться», его скромница, и представлять величественное ему соответствие.
Лишь позже стало ясно, что так по неопытности они совершили самую главную ошибку. Благие намерения – уберечь свою малышку от посторонних оценок и сравнений – обернулись запоздалыми, и потому не всегда слишком ожидаемыми и приятными открытиями фанов, и Жене – пару раз знатно «прилетело» от недоброжелателей по части «достойности». Она встретила сопротивление, к которому не готовилась. Обрушившееся лавиной. Они оба думали, что будут просто гордиться друг другом, особо ничего не скрывали, мелькали вместе без заявлений. Они ж не думали, что их – начнут сравнивать друг с другом, да еще так ретиво… Лишь потом, позже проявилось, как это надломило её, и какую дало трещину в их сочетаниях и самооценках.
Она хотела так сама. Она сама была не готова к публичности и оценкам. И потом она – сама же косвенно поставила ему все это в вину. Стало понятно, что надо было «заезжать» во всё это – признанной парой, без альтернатив, «в броне» заявлений. Чтоб люди – сразу к ним обоим параллельно привыкали. Идти в соразмерных статусах, тащщщить! Но стало понятно – поздно. Когда его и её статусы в глазах людей уже не просто разделились – разверзлись, и фанатские поиски «кому же посвящены его песни» – начали заканчиваться разочарованиями: тююююю… и всего то, той Музы??
Да кто она, никто! НикакайЙя! Ни о чем!
И она – схватила этот вирус, этот комплекс. И ринулась в пучину неистовых доказываний, что не уступает и достойна быть «той самой в чужих глазах – в эти догонялки, погоню за тенью личного успеха на его фоне… Вот где понеслись наращивания и коррекции до неузнаваемости!
Утопия, всем не угодить! Он это понимал, а она это равновесие вдруг утратила.
Да, отношения больше скрывать нельзя. Ничего путного из этого не получается. Лишь обиды, подозрения в нечестности. В скрытии чего-то важного, или, может, просто для него не важного. Из каких-то сокрытых соображений. В увиливании от гарантий.
И вот, лишь теперь, в лифте по дороге в Мир, в первый их общий День, он вдруг критически оценил Сашу. И со странным ощущением полу-удовлетворения-восторга, полу-виноватости вдруг осознал, что… Подходит! Черт побери, капитально подходит! Только вот… радоваться ли этому?
Вот уж интересно, как он теперь будет доказывать ВСЕМ!!! что не статус стал определяющим в их отношениях.
Интересно, а она сама – задавалась уже этим вопросом?
Или её наивность ещё не завела её в такие дебри? Его собственная – только-что завела, ёпт!
Почему-то он сразу уверился, что она – не пошла за Звездой.
Ну то есть, может, на неё и произвело впечатление всё вместе с его «сценографией» – но именно как с его прокаченным скиллом и дополнительными возможностями человека и личности, а не с хайповостью, которой можно похвастать, когда можно его прилепить себе «медалькой» за завоевание. Она приняла его не характеристикой себе самой, как это однажды стало интересно делать его Жене.
Нет, слишком много было всего этой ночью невидимого, что касалось только их двоих, и чего хватило с лихвой. Для любых уверенностей! Да и сейчас она взяла за руку не знаменитость,
а подала руку доверенному лицу, у которого искала опору. Там, где ещё не чувствовала себя до конца уверенно.
И все же… это не плохо, что они – соответствуют друг другу. И в статусе тоже. Потому что именно это несоответствие было… первопричиной еще недавно.