Наталья Белецкая – Случайное наследство леди попаданки (страница 9)

Но, если для суда недостаточно мотива преступления, то для прессы «воры» с артефактами, благодаря которым можно создать нужные магические следы и подложные улики, являлись едва ли не признанием вины Людвига и Тьянмиры.

Господин Рольн так же просил меня заехать, чтобы забрать копии бумаг, что подписали полицейские и маги. И сообщал, что денег, оставленных ему на разные нужды, может не хватить. Придется тратить свои сбережения.

Едва я отправила посыльного с ответным письмом, ко мне обратилась кухарка. Она поведала, что вчера Тьянмира, вернувшись с «чаепития», затребовала сегодня на завтрак манную кашу с ягодами и кокосовым маслом, на обед суп из кальмаров, а на ужин свинину, тушеную в вишневой подливе, и рагу из картофеля, кабачков и чуфы. Конечно, чуфа – растение, что росло только в жарких странах – кокосовое масло и кальмары стоили запредельно дорого, я уж не говорю о том, что купить их у нас практически невозможно.

Естественно, заказ Тьянмиры я отменила. Нужно напомнить змеище, что меню составляет не она. И так хорошо напомнить, основательно. Я поговорила со слугами и объяснила им, какие приказы незваных гостей выполнять не следует. Пусть ссылаются на меня, если что.

Следом приехали полицейские. Они расследовали обстоятельства покушения на меня, заодно и расспросили об отношениях с Дорианом. Больше часа дознаватели опрашивали всех домашних. Людвиг с Матильдой и Тьянмира сначала возмущались, но потом как-то быстро притихли и стали отвечать на вопросы полицейских.

Я насторожилась, но горничная быстро разгадала причину, подслушав разговор брата и сестры, и сразу же мне донесла. Детей Дориана все работающие в особняке люди не любили. Неудивительно, учитывая, что Тьянмира и Матильда грозили всех уволить, когда дом перейдет в их собственность. В общем, тут у меня оказалась большая поддержка.

Так вот, дети Дориана решили, что на суде преподнесут этот допрос, как мои ужасные козни. Якобы я хочу погубить их, обвинив в какой-то ерунде.

Ну да, ну да, столкнули меня с лестницы – это ерунда, конечно.

Почему-то ни Людвигу, ни Тьянмире, ни Матильде не пришло в голову, что слуг полицейские расспрашивали чуть раньше, и показуха моих родственничков была совершенно очевидна. Хотя, возможно, из-за классовой раздробленности местного общества, змеища и ей подобные считали, что слово аристократа по определению весомее показаний каких-то там слуг.

В общем, цирк с конями... хотя правильнее со змеями.

Завтрак проходил в тяжелой атмосфере. Кажется, до детей Дориана все же дошло, что перед ними теперь не та пугливая скромная Илаида, которой можно просто пригрозить и делать что угодно, однако выстроить новую линию поведения они пока не могли.

– Кстати, Людвиг, – вытерев руки салфеткой, обратилась я к пасынку, – охрана, выставленная возле семейного склепа дье Эвилей на кладбище, сегодня ночью поймала взломщиков.

– Кхм… Что? Взломщики? – неискренне удивился Людвиг.

– Охрана? Какая еще охрана? – недовольно поджав губы, одновременно поинтересовалась Тьянмира.

– Та, которую я наняла. А то мало ли, что с телом захотят сделать разные негодяи? Особенно, если будет нужно обеспечить «доказательства». Правда, Людвиг?

Надо отдать должное, мужчина немного смутился.

– На что это ты намекаешь? – презрительно скривилась Матильда.

– У этих взломщиков были найдены дорогостоящие медицинские артефакты и два больших шприца с ядом. Воры получили указание вколоть в тело умершего жидкость из шприцев, а потом использовать артефакты, чтобы имитировать смерть от отравления.

– Неужели они сами признались? – с сарказмом спросил Людвиг.

Так-так, кажется, он уверен, что бандиты будут молчать.

– Не совсем, на них клятва. Но дознаватели знают, как ее обойти. У них какая-то новая система.

Я внимательно отслеживала реакцию пасынка, тот сразу как-то погрустнел.

– Это все ложь!

– Что все? Новая система? Правда! – Я блефовала, пытаясь прочитать эмоции Людвига. – Можешь сам поинтересоваться у дознавателей. Полагаю, вскоре полиция выйдет на тебя, как на заказчика.

– Твои предположения оскорбительны! – вмешалась Тьянмира.

– Почему? Не далее как вчера, Людвиг, пытаясь заставить меня отказаться от наследства, рассказал о том, что в склепе семьи дье Эвиль могут появиться «доказательства» моей вины. И надо же какое совпадение: этой ночью задержали взломщиков. С артефактами и ядом.

– Я уверена, ты просто не так поняла.

– Конечно, – протянула я с сарказмом, – Людвиг не то хотел сказать, как и ты, Тьянмира. Не то хотела сказать, угрожая мне в нотариальной конторе. Не то хотела сказать, когда печалилась, что Дориан из-за меня никак не умирает. Так?

Змеища раскрыла рот, чтобы ответить, но я ей не дала, стукнув ладонью по столу. На удивление это подействовало.

– Ладно. Не будем об этом, – продолжила я. – Хотелось бы услышать ответ на мое предложение. Повторю его еще раз: вы забираете заявление из полиции, я отзываю свое, и мы расходимся, как в море корабли. В противном случае уже завтра история со взломщиками и наследством будет на первых полосах газет. Итак, ваше решение, Людвиг?

Судя по тому, что на лицах Тьянмиры и Матильды не промелькнуло удивления, полагаю, они были в курсе моего предложения.

– Кхм… – Людвиг покрутил усы, потом взглянул на сестру и жену. – Мы согласны, но только в том случае, если ты перепишешь на меня дом, а Тьянмире отдашь половину суммы на счете.

Просто потрясающая наглость и жадность!

– Об этом не может быть и речи. Наследство останется мне. Третий раз предлагать решить все миром я не буду. Прошу извинить, у меня назначена встреча с адвокатом. Всего доброго.

Я поднялась из-за стола и покинула столовую. Кажется, что Людвиг хочет пойти на мировую, но я недооценила влияние на него жены и сестры. Или, возможно, они что-то задумали и уверены, что выиграют?

Переодевшись, я быстро покинула дом. Экипаж уже заложили. Первым делом заехала в банк, там сняла деньги, отвезла часть нотариусу, забрала копии документов и только потом отправилась к Йорвану Рею. Адвокат уже меня ждал.

– Вы взволнованы? Что-то случилось? – спросил он после взаимных приветствий.

Какой внимательный.

– Да, многое.

Я быстро пересказала события прошедшей ночи, добавив свои соображения, и показала Йорвану документы о задержании.

– Думаю, это очень заинтересует репортеров газет, – сказал он, просматривая бумаги, – можно уже сейчас позвать одного моего знакомого.

– Зовите, однако это еще не все.

Я поведала о встрече с Жераром и в общих чертах поделилась планом.

– Вы доверяете вашим слугам? – спросил Йорван, после моего рассказа.

– Да. А разве вы не должны…

– Отговаривать вас от этой затеи? – закончил за меня господин Рей, я кивнула. – Хочу напомнить, что я адвокат, а не полицейский. К сожалению, закон не всегда может защитить невиновного и наказать преступника. Наша правохранительная система не без недостатков. Однако есть множество лазеек, чтобы обойти закон или трактовать его в пользу клиента.

– А справедливость?

– Вот именно! Я стараюсь добиться справедливости так, как ее понимаю. Я на вашей стороне, и буду сражаться за вас в суде. Но, если есть шанс прийти к мирному соглашению, то это надо использовать. Безусловно, то, что вы задумали, противозаконно, однако противостоящие вам люди моральным терзаниям не подвержены. Если уж хотели убить, то не остановятся ни перед чем. Согласно букве закона, ваша с Жераром постановка трактуется, всего лишь как хулиганство. В том случае, если вас раскроют, придется заплатить штраф. Правда, если Людвиг сможет доказать, что вы нанесли вред его здоровью, то размер выплат возрастет. Хотя уверен, что ничего подобного не будет. Даже если вдруг у него прихватит сердце, или случится еще какая-то напасть, вы окажете помощь.

Я хотела спросить, почему он так в этом уверен, а потом вспомнила, что Илаида была практикующей целительницей, и долгое время лечила Дориана.

– Если тщательно подготовится, то план сработает, – уверено продолжал Йорван. – То, что вы придумали, невозможно реализовать без помощи слуг. Кто-то из них должен провести актера внутрь, а затем увезти. Да так, чтобы он никому не попался на глаза.

– Слуги на моей стороне, поверьте, они терпеть не могут Матильду с Людвигом и Тьянмиру. На всякий случай я могу взять у них магическую клятву о неразглашении. Только надо составить ее так, чтобы они могли рассказать репортерам о том, что случилось.

– А вы мстительны, – усмехнулся Йорван.

Я, конечно, отзову заявление из полиции, если дети Дориана заберут свое и перестанут тянуть лапы к наследству Илаиды. Однако о репутации Людвига и Тьянмиры заботиться не собираюсь, разрешу слугам рассказывать о призраке старого графа дье Эвиль. Пусть репортеры напишут в газетах, что змеища и ее братец согласились выполнить последнюю волю покойного отца, только когда тот заявился с того света.

– Дело не в этом, – ответила я. – Точнее не только в этом. Просто выполняю обещания, потому что мои угрозы, кажется, всерьез не воспринимают. Я сказала, что завтра в газетах напишут о наследстве семьи дье Эвиль, значит, так и будет. И если даже Тьянмира и Людвиг пойдут на мировую, репортеры не отстанут. Обязательно заинтересуются, почему это такие алчные люди отказались от мысли ограбить вдову. Призрак прекрасно впишется в эту историю.