Наталья Белецкая – Руны страсти: тату для эльфа (страница 5)
У меня резерв небольшой, поэтому, когда я, завершая рисунок, вливаю магию, ее резкий отток провоцирует столь же резкий упадок сил, иногда темнеет перед глазами, бывает слабое головокружение. В принципе, при большом или даже среднем резерве это не так заметно, но у меня минимально разрешенный при моей работе, зато восстанавливается быстро.
Для клиента финальное вливание магии тоже, как правило, неприятная штука. Не сказать, чтобы ощущения были болезненные, но однозначно дискомфортные. Так, словно к телу поднесли горящий факел, и вроде бы кожа не горит, но жарко и словно в любой момент полыхнуть может.
Так что я приготовилась, выдохнула и начала напитывать маной рисунок. Эльф застонал и несколько раз дернулся, натянув веревки, резко хватанул ртом воздух и затих. Кажется, потерял сознание.
Я же, закончив татуировку, опустила голову, уперлась руками в кровать и размерено дышала. Бывало и хуже. Осталось съесть чего-нибудь, чтобы резерв побыстрее восстановился, и спать.
Спать.
Вот ведь ду-у-ра! Могла бы и раньше подумать. Где я буду спать-то? В моей удобной кроватке лежит эльф. Кстати, его надо развязать, а то проснется, захочет в туалет или поесть. Надеюсь, шататься по квартире в неадеквате он не станет.
А я два кресла в гостиной сдвину и на них устроюсь как-нибудь. Надо поспать хотя бы несколько часов перед приемом. Во сне магия лучше восстанавливается.
Развязывать Лина я начала с ног, еле распутала веревку. Посмотрела на смятые брюки и решила, что не будет ничего страшного, если я их сниму с него окончательно. Стянув с эльфа штаны, я повесила их на стульчик, и тут вдруг поняла еще кое-что.
У оборотней раны, в том числе и мелкие от иголок, заживают быстро, а вот для клиентов-людей у меня есть специальная мазь, снимающая зуд, неприятные ощущения и подстегивающая регенерацию тканей. На эльфах тоже вроде все неплохо зарастает, но точно я уверена не была.
Ладно. Решила помазать Лину живот, хуже не будет.
Эрекция у эльфа слегка опала, но, когда я начала втирать мазь, член снова затвердел и соблазнительно замаячил перед глазами. Так, все! Закончили. Оставалось поставить баночку с мазью на место, развязать Лину руки и пойти поесть. А потом спать. Шикарный план.
То, что произошло дальше, я могу объяснить только моей усталостью и идиотским стечением обстоятельств. Обычно баночка с ранозаживляющей мазью стояла в спальне в тумбочке рядом с кроватью. Я чаще сама ей пользовалась, чем мазала клиентов. Все же люди ко мне приходили редко.
Надо было просто встать и засунуть баночку в тумбочку, но вместо этого, я потянулась через распластанного на постели эльфа. И даже не поняла, как это случилось.
Только что Лин лежал без сознания, и вот он уже нависает надо мной, прижимая телом к кровати. Его руки по-прежнему связаны, веревка лишь перекрутилась, натянувшись еще больше.
Если б я не развязала ему ноги, эльф бы не смог выполнить подобный трюк. Но теперь он лежит на мне — совершенно голый! — не давая встать. Я пытаюсь дернуться, но Лин лишь сильнее прижимает меня к постели. Не то, чтобы мне было тяжело и неприятно. Наоборот!
В отличие от массивных оборотней-медведей, тонкокостный эльф, несмотря на сильные, жилистые руки и широкие плечи, весит не слишком много. Кроме того, он не наваливается, а опирается на локти и колени. Только ноги и руки поставил так, чтобы выбраться из-под него не представлялось возможным.
— Кхм, — прочистила горло я. — Эалиндил, вы не могли бы…
Он открывает глаза. Мутные. Облизывает губы и медленно наклоняется к моей шее. Его дыхание, коснувшись нежной кожи, запускает мурашки по всему телу.
Лин пахнет вкусно. Немного липой, немного лимоном и в то же время чем-то острым. Его длинные волосы, выбившиеся из растрепавшейся косы, щекочут мне щеку.
— Попалась… — выдыхает эльф, а потом самым кончиком языка ведет от ключицы к уху, втягивает мочку, посасывает и слегка прикусывает.
— Ах-а! — стон вырывается сам собой.
Мое тело вздрагивает, мгновенно напрягаются соски, внизу живота становится жарко. Лин слегка отстраняется, и, не дав мне прийти в себя, впивается в губы поцелуем. Его твердый член давит мне между ног. Если бы я была раздета, то он скользнул бы в истекающее лоно. Но пока нижнее белье и пижамные штаны стоят на страже моей добродетели.
Зато поцелуй выходит такой горячий и страстный, что я теряюсь в ощущениях. Лин не солгал, языком он действует весьма умело. Меня ведет от возбуждения, хочется убрать все преграды между нами и отдаться любовному безумству.
Но я не могу так поступить. Эалиндил себя не контролирует, это просто непрофессионально пользоваться им, когда он в таком состоянии. Но вряд ли он меня отпустит. Значит, есть только один выход.
Я просовываю руку между нами, обхватываю член и медленно провожу ладонью по стволу. Лин отрывается от моих губ и стонет. Теперь чуть быстрее вверх-вниз. Эльф тут же подстраивается под ритм.
На моих пальцах еще оставалось немного жирной заживляющей мази, и она выполняет роль смазки. Никогда не думала, что можно получать удовольствие просто дроча мужчине. У меня между ног все сжимается, когда его головка скользит по моей ладони. Вверх-вниз, вверх-вниз. Твердый ствол в смазке, но мне мало, я обхватываю пальцами мошонку, чуть сжимаю, и Лин стонет.
Как же он сладко стонет, все мое тело вздрагивает, отзываясь на этот звук! Эльф прикрывает глаза от удовольствия, я вижу, как трепещут его длинные, светлые ресницы. Какой же красивый! Мне хочется его поцеловать, но Лин выгибается чуть назад, потому что я нежно, едва касаясь кончиками пальцев, трогаю уздечку, провожу под головкой, потом снова сжимаю ствол и начинаю двигать рукой.
Темп постепенно нарастает, я сама уже постанываю, глядя на то, как реагирует Лин. Он как-то перехватывает инициативу и все быстрее двигает бедрами, скользя членом по ладони. Я знаю, что вот-вот наступит разрядка. Эльф склоняется к моей шее. Перед поплывшим взором возникает крупное заостренное ухо, и я касаюсь его языком, лаская, а потом прикусываю мочку.
Лин хрипло кричит, конвульсивно вздрагивает и изливается мне на живот. Мое лоно тоже слегка сокращается, но не хватает совсем немного, чтобы кончить вместе с ним.
— Я-на… — выдыхает Лин и скатывается на бок.
И это тихое слово, будто ледяной душ.
Он назвал мое имя? То есть он все осознавал? Или нет? Если он все вспомнит? Я ведь с ним по-настоящему целовалась, стонала, хотела его, командовала им. Вела себя развратно с незнакомцем. У него ведь, возможно, невеста есть или вовсе жена, дети, а я… Эльф, конечно, тоже не образец сдержанности и добродетели, но Лину простительно, он ведь отравлен.
И тут меня осенило!
Договор!
Вот почему он настаивал на неразглашении, подозревал, что его тело отреагирует подобным образом. Значит, Лин, даже не вспомнив, может догадаться о том, что произошло. И как с ним себя вести? Надо будет, наверное, сделать лицо кирпичом. Точно! Поскольку он реагировал на боль нетипично, я провела процедуру. Да! Процедуру, чтобы помочь ему успокоится.
Успокоился же, да? Я покосилась на спящего эльфа.
Главное, чтобы не упокоился.
Ладно. У меня ведь был шикарный план. Поесть, а потом поспать. Надо еще обязательно машинку продезинфицировать и краски убрать. А еще эльфа развязать.
Несмотря на мои опасения, Лин даже не проснулся, когда я распутывала ему руки.
Пока сдвинула кресла, чуть не надорвалась. Все же большей частью мебель тут сделана для оборотней — прочная, массивная и тяжелая. Но зато мягко и места достаточно на одну худенькую меня. Ела я, буквально засыпая на ходу. Через два с половиной часа надо было вставать. Я надеялась, что услышу будильник.
Однако разбудил меня не будильник.
Глава четвертая
Нежданная гостья
Раздражающий звук звонка, казалось, ввинчивался не просто в уши, а прямо в мозг. Кое-как разлепив глаза, я нащупала будильник и попыталась выключить его. И не сразу поняла, что это не он.
Оказывается, трезвонили в дверь тату-салона. Без пяти восемь. Рановато для клиентов, прием начинается с девяти. С трудом выбравшись из импровизированной кровати, я побрела открывать. Похоже, иначе избавиться от поганого звука невозможно.
— Кто там?
— Немедленно открывай! — взвизгнула какая-то девица, для верности еще и ударив в дверь. — Я знаю, он у тебя!
— Чего у меня?
— Не придуривайся!
Я даже и не думала. Посмотрела бы на нее, когда полночи скачешь вокруг отравленного эльфа…
Эльфа! О! Так это за ним пришли. Пока я тупила, барышня перешла к угрозам:
— Окрой дверь или пожалеешь! Открой! Если у тебя его нет, я просто уйду!
— А если я есть? — раздался ленивый голос за моей спиной.
Я обернулась. Лин даже не оделся, лишь повязал на бедра красную медицинскую простыню. Татуировка выглядела нормально, ни припухлости, ни покраснения. Сам эльф тоже, впрочем, не был похож на умирающего. Пока я хлопала глазами, он оттеснил меня от двери и отпер засов.
— Чего тебе надо, Хузельда? — неприязненно спросил он у высокой стройной девицы, что обнаружилась на пороге.
Хузельда? М-да, не повезло красотке с именем.
— Лин, с тобой все в порядке? Я слышала… — начала она, но потом втянула воздух, и мгновенно приятные черты коротковолосой шатенки исказились в гримасе ненависти.
Даже челюсть чуть выдвинулась, как бывает у оборотней в состоянии бешенства. Правда, в оборот она не ушла.