Наталья Белецкая – Руны страсти: тату для эльфа (страница 16)

Да-да, сразу после раскрытия заговора и подписания договоров между оборотнями и светлыми эльфами, Лин уговорил меня пройти проверку на истинность. И, вопреки скепсису исследователей, она показала довольно высокие результаты.

Определяли по двенадцати различным параметрам, и в среднем получилось восемьдесят три процента. Истинными пары считались, когда набирали выше девяноста. Вроде бы не истинные, но очень близко.

Тем не менее целительница утверждала, что при моих крохотных магических способностях, беременность маловероятна. Ну и Лин после этого предложил не предохраняться. Я согласилась.

Противозачаточные заклинания, если их постоянно применять, могут вызвать бесплодие, а местные презервативы, к сожалению, особым качеством не отличались, и были неудобны.

Кроме того, в то время на Лина и на меня навалилось так много работы, что мы практически не виделись. Зато, когда удавалось освободить минутку, не могли оторваться друг от друга. Порой секс у нас случался внезапно и в самых неожиданных местах. Не то чтобы нам это не нравилось. Нравилось, еще как! Но вспоминать в такие моменты о предохранении не получалось. А тут, вроде как, и не надо.

Вообще, тогда было очень напряженное время. Лин готовился к открытию консульства, утрясал множество организаторских вопросов, набирал персонал, проводил проверки и так далее, и тому подобное. Одновременно мы боялись недовольства эльфов и оборотней, что выступали против сближения двух рас.

Да и с Хузельдой все было непросто. Несмотря на обещание Рона убрать ее подальше, я опасалась мести оборотницы. Однако напрасно.

Зельду наказали по всей строгости закона. Она получила целый год тюремного заключения. Учитывая смягчающие обстоятельства, судьи сделали всего одно послабление: после отбывания срока пометку о судимости из ее документов убрали. Сделано это было отчасти из-за секретности всего процесса. Даже статья, по которой осудили оборотницу, держалась в тайне.

Первое время я еще боялась, что Зельда может подстроить какую-то гадость после освобождения, но в тюрьме она внезапно встретила пару. Ей оказался лис, оборотень-полукровка, который работал адвокатом. Хузельда вышла на два месяца раньше, потому что ей скостили срок за примерное поведение, и сразу укатила вместе с мужем в его клан. Потом куда-то на юг в свадебное путешествие, из которого вернулась с заметным животиком.

Родились у нее близнецы, поэтому Хузельде было совсем не до мести. Как-то ненадолго она приезжала в столицу клана Урс, мы с ней мимоходом пересеклись на приеме. Оборотница даже извинилась за то, что произошло.

Сейчас Зельда живет вместе с мужем и детьми в его клане, кажется, вполне счастлива и не думает о мести, потому что просто некогда: недавно она родила третьего ребенка.

Я же была уверена, что нам с Лином никогда не стать родителями, поэтому, когда он предложил пожениться, отказалась. Я думала, что рано или поздно он захочет детей, и привязывать к себе мужчину в такой ситуации неправильно. Даже настойчивость и уговоры моего любимого эльфа не подействовали. Зато он добился от меня обещания, что в случае, если я все же забеременею, то мы сразу поженимся.

Так в результате и получилось. Забавно, но первым мое интересное положение заметил побратим Рона, молодой волк.

— Ян, у тебя запах начал меняться, — сказал он, принюхиваясь. — Ну, точно! Ты ждешь ребенка.

Признаться, я подумала, что оборотень пошутил, но не тут-то было! Через пару дней вылезли и другие признаки: тошнота, сонливость, тяга к рассольчику по утрам, смена вкусовых пристрастий. Тут-то Лин и заподозрил беременность. Я его подозрений не разделяла, полагала, что чем-то отравилась.

Нужно было видеть, как вытянулось лицо той целительницы, что проводила проверку истинности. Зато потом ее глаза засияли, потому что дама, как потом выяснилось, решила написать научную статью на основе нашего уникального случая. Под это дело устроила еще одну проверку на истинность, и окончательно офонарела, получив другие цифры.

Теперь процент нашей совместимости возрос до девяноста двух. Это было немыслимо!

Собралось целый консилиум местных ученых, нас исследовали, наблюдали, постоянно проводили какие-то замеры, а потом пришли к заключению, что мои магические каналы не сформировались до конца, потому что я родилась и большую часть жизни провела в немагическом мире.

Определить магическую совместимость точно, пока процесс формирования не завершен, невозможно. Обычно в моем возрасте таких проблем нет, никто не подумал, что в магическом смысле мое развитие на момент проведения первой проверки на совместимость было примерно на уровне пятнадцати-шестнадцатилетнего подростка.

Однако, каналы, которые почти зачахли на Земле, здесь пошли в рост. А когда я встретила пару, процесс ускорился и синхронизировался с партнером.

Лин был счастлив и не только из-за того, что станет отцом, но и из-за подтверждения нашей истинности. Как оказалось, в паре с истинным даже у чистокровных людей без способностей удлиняется срок жизни. В моем же случае получалось, что я буду жить примерно столько же, сколько и Лин, однако для этого необходимо долгое время находиться рядом с истинным.

Прямая зависимость длинны моей жизни от близости с Эалиндилом несколько пугала. Я еще на Земле насмотрелась таких пар, когда сначала все вроде замечательно, а после рождения детей, начинают вылезать неприятные черты характера, вредные привычки и все в таком духе. Страшно представить, что у нас будет что-то подобное, а развестись или даже просто разбежаться не получится, потому что иначе продолжительность моей жизни сократится.

— Не думаю, что нам стоит опасаться такого развития событий, — сказал Лин, когда я призналась ему, чего боюсь. — Все же истинность накладывает отпечаток. Наши тела, ауры, магия подходят друг другу идеально. Чем дольше мы вместе, тем сильнее будем сближаться и лучше чувствовать друг друга. Эмоциональное состояние одного из пары всегда влияет на другого. Так что быть эгоистами и думать только о себе не получится.

Серьезность, уверенность и обстоятельность, с которыми он это говорил, помогли успокоиться, а потом я с удивлением поняла, что Лин абсолютно уверен в том, что мы не расстанемся. У него даже тени сомнений не зародилось.

Как выяснилось, это было еще одно проявление истинности. В какие-то моменты я начала ощущать эмоции Лина, а он — мои. И это открытие ошеломило. Все долгоживущие расы — недоверчивы, а тут вдруг абсолютная уверенность во мне. В нас.

Как только стало известно о моей беременности, Лин напомнил о свадьбе. Все организовали в рекордно короткие сроки. Целители запретили мне волноваться и напрягаться, поэтому церемония была… нет, не скромной, а скорее немноголюдной. Или правильнее сказать, немногоэльфной? Немногооборотневой?

В общем, собрали только ближний круг. Пришел Рон с побратимами, мои подруги, общие приятели, коллеги Лина, его сестра и родители. Последние прибыли неофициально. На тот момент я уже была знакома с эльфийской королевой и ее мужем.

Первое знакомство произошло через два месяца после того, как мы с Лином стали встречаться.

Как раз к тому времени нам удалось разобраться с делами. Консульство заработало, поток моих клиентов схлынул, заговорщиков переловили. Все наладилось. Мы даже сняли квартирку побольше в удобном районе, чтобы обоим было недалеко добираться до работы.

Как-то утром Лин предупредил, что завтра на ужин к нам придут гости. Я уже познакомила его со своей компанией, а он пообещал как-нибудь представить мне пару приятелей. Поэтому, когда Лин сказал, что будут гости, я отнеслась к этому спокойно. Пришла с работы, по пути купила вина и кое-каких продуктов.

Гости пришли, когда я как раз заканчивала готовить. Судя по звукам и голосам, там несколько человек, в том числе и женщины. Интересно, это тоже коллеги Лина?

— Проходите на кухню, она у нас совмещена со столовой, — громко говорил мой любимый. — Это вот туда!

— Я уже понял по запаху, — раздался незнакомый бас и дверь кухни открылась. — М-м-м! Кажется, будет что-то очень вкусное.

— Верно. Запеченная курица в остро-сладком тыквенном соусе, — сказала я не глядя, задвигая противень в духовку. — Еще минут десять-пятнадцать, и все будет готово.

С этими словами я повернулась к вошедшему и замерла, потому что на меня смотрел дроу. Не очень высокий, худощавый, серокожий, с большими лиловыми глазами и белыми волосами. Он очень знакомо улыбался, чуть приоткрывая зубы.

Я как-то сразу поняла, что это отец Лина, а если он тут, то и…

— В тыквенном соусе⁈ — переспросила невысокая блондинка с острыми ушками, заходя на кухню. — Звучит очень вкусно.

Она была не одна, а вместе с девушкой-дроу. Я замерла, не зная, как реагировать.

— Яна, позволь представить моих родителей, — Лин подошел ко мне и обнял за талию. — Ауфелию и Шеана. И сестру — Имчарию.

— Можно просто Чара.

Она одновременно походила на отца и на брата. Более темная, чем у Лина кожа, лиловые глаза, как Шеана. Пожалуй, ее можно было бы принять за чистокровную дроу, если бы не цвет волос — пшеничный, как у матери.

Установилась пауза, а я все никак не могла выйти из ступора.

— Ты что же, не сказал, что мы сегодня вас навестим? — спросила Ауфелия.