Наталья Белецкая – Руны страсти: тату для эльфа (страница 12)

— Серебряной?

— Да. Ты лежал привязанный, а еще вспотел, и влага на коже блестела. Выглядело как серебро. Это было так маняще, так красиво.

— Почему же тогда не трахнула меня, как я просил?

— Что? Так ты помнишь⁈

— Значит, это не бред… — с непонятной для меня эмоцией произнес Лин.

То есть он не был до конца уверен, но я призналась сама! Вот жук!

— Ты просто… — возмущенно начала я.

— Негодяй, знаю. Так почему ты не трахнула меня тогда?

— Да как я могла? Ты был не в себе, и не осознавал до конца, что происходит. Пользоваться человеком в таком состоянии неправильно! Во-первых, это непрофессионально, во-вторых, вдруг ты был женат? Или помолвлен?

— Тогда за что ты извинялась?

— За все, — вздохнула я, но поняла, что это не ответ. — За то, что называла тебя негодяем, за непочтительность и нарушение этикета. Ты же, как оказалось, принц, а у меня вообще никакого титула. Значит, отношения…

— Стоп-стоп… — остановил мои словоизлияния Лин. — Это все из-за того, что я — принц?

— Эльфийский принц, а эльфы… — я замялась, пытаясь правильно сформулировать.

— … невыносимые зазнайки, — правильно угадал Лин. — Разве я похож?

— Нет, но дело не в этом. Если б я знала, что ты принц, то не стала бы начинать никаких отношений. Мы же не пара.

— Почему?

— Не притворяйся, что не понимаешь! Ты не свободен, и рано или поздно должен жениться на высокородной эльфийской красавице…

— Я не наследник, так что породистая эльфийка с внушительной родословной мне не светит. Да и не очень-то и хотелось. Это ты называешь мою кожу серебряной и восхищаешься, а «прекрасные эльфийские девы», — Лин произнес последние три слова с ядовитым презрением, — кривят лицо, когда смотрят в мою сторону. И это в лучшем случае. Многие еще и пытаются унизить, потому что мужчины у темных эльфов якобы должны сносить от женщин любые издевательства. Отец, конечно, воспитывал во мне уважение к тем, кто дает жизнь, но это не значит, что я не должен отвечать на унижения.

Ого! Не знала, что все так сложно. Хотя, если вспомнить уроки по истории, эльфы очень нетерпимы к другим расам, в том числе и к дроу. С ними у них была война.

— Ни я, ни моя сестра никогда не займем трон, — продолжал Лин. — Если правильно помню, сейчас я семнадцатый в очереди наследования. Так что совет не имеет никакого влияния на мой будущий брак. Я могу заводить отношения с кем угодно, и жениться на той девушке, которую выберу сам.

— Но меня выбирать глупо! Я ведь ничего не понимаю в политике и дипломатии, кое-как знаю этикет. Терпеть не могу интриги и подковерные игры! Ведь надо будет ходить на эти приемы, знать твоих коллег, основные фигуры, как-то с ними разговаривать. А вдруг я кого-то оскорблю, по незнанию, нагрублю, или скажу что-то не то, а у тебя потом будут проблемы⁈ Да я даже умную беседу поддержать не в состоянии, потому что мои знания нерелевантны этому миру! Боюсь, что я буду тебя только позорить. Я ведь даже танцевать не умею! Я обычная девушка без титула, не принцесса, не светская львица! И одно дело, если ты просто дипломат, а другое — принц! Ведь мои проколы могут использовать во вред тебе и твоей стране!

— Успокойся, Яна, — сказал Лин, ловко прижав меня к стене и нежно проведя пальцами по щеке. — Вести светские беседы несложно, я могу дать несколько уроков. Этикет ты знаешь достаточно для приемов у оборотней: в зубах не ковыряешься, ешь аккуратно, общаешься вежливо. Иногда сутулишься, но это поправимо. Танцам я тебя быстро научу. На самом деле, там все просто. В конце концов, на эти приемы тебе можно и не ходить.

— Чтобы тут тебя какие-нибудь Хузельды соблазняли? — буркнула я.

Лин тихо засмеялся.

— Нет ничего страшного в этих приемах, — сказал он. — Здесь многие уважают силу и магию, а не умение вести светские беседы и танцевать. И, кстати, у Рональда гораздо больше шансов стать альфой клана Урс, чем мне взойти на эльфийский престол. Все же Рон старший внук Патрика, но при этом с ним ты общаешься без всяких экивоков.

— Но это ничего не значит, оборотни определяют наследника в особых соревнованиях. Претендовать могут сыновья, внуки, племянники и даже дальние родственники. У всех равные шансы победить.

— Не сказал бы. Чем старше и опытнее оборотень, тем он сильнее, быстрее и выносливее, и тем выше вероятность победы. Сыновей у нынешнего главы двое: один стал развивать магию и науку, и не будет претендовать на место альфы, а второй — слишком неудобная фигура для многих оборотней. Так что его, думаю, выведут из игры.

Да уж, «неудобная фигура» как дипломатично эльф это сказал. Дядюшка Рона — совершеннейший дурак. Сильный, порывистый и туповатый. Его действительно ничего не стоит спровоцировать до состязаний и сломать руки или ноги, чтобы он не мог участвовать в турнире.

— Таким образом, Рональд — самый старший из тех, кто может претендовать на титул главы клана, когда Патрик отойдет от дел, — повел итог Лин. — Соответственно, его шансы стать следующим правителем очень высоки. Ты с Роном по-дружески общаешься, можно сказать, обладаешь влиянием на будущего главу…

— Как-то не думала об этом, — пробормотала я, тихо охреневая от таких выводов. — Никогда не смотрела на нашу с Роном дружбу с этой точки зрения.

— Я дипломат, как ты сама сказала, профессионал в этом деле, мне положено. Но это еще не все. Патрик взял тебя под покровительство клана. А покровительство — это возможность включить в клан тех, кто не связан с главой родственными связями. Ты знаешь, что в соседнем Литлисе тех, кто находится под покровительством влиятельных кланов, приравнивают к аристократам?

— Нет…

— Вот теперь знаешь. К слову, у эльфов и дроу то же самое. То есть, ты довольно влиятельная фигура у оборотней, — Лин наклонился к моему уху и произнес: — Больше чем уверен, что как только станет известно о том, что Патрик берет тебя под покровительство, многие сделают вывод, что я специально очаровал мастера татуировок, чтобы получить возможность влиять на Рона. О нашей с ним дружбе знают немногие.

Значит, я, получается, теперь аристократка, и нахожусь близко к верхушке власти у оборотней? Нифигашечки!

— Теперь ты не станешь говорить, что у нас с тобой мезальянс или что-то вроде того? — спросил Лин, придвинувшись ко мне еще ближе и наклонившись к губам.

— Не стану, — выдохнула я.

— Ну и хорошо, — заключил эльф и нежно поцеловал.

Глава восьмая

Тайна Хузельды

Мы вышли из алькова только минут через десять. Помада не выдержала наших страстных поцелуев, поэтому пришлось поправлять макияж. А Лин еще меня и отвлекал, рассказывая, как он желает снять с меня платье и обстоятельно любить в разных позах. У меня от возбуждения и смущения горели щеки и уши. Мне казалось, что оборотни в зале все слышали.

О покровительстве Патрик объявил сразу, как начался прием. Приглашенные гости поаплодировали, а я заверила, что не предам оказанное доверие.

Дальше всех пригласили за стол. Мне выделили место рядом с Лином. Как оказалось, Рон подсуетился. Спасибо ему за это. Оборотни вообще любили поесть и делали это обстоятельно. Я же есть не хотела, поэтому стала расспрашивать эльфа о детстве.

— Жизнь во дворце не была безоблачной, несмотря на высокое положение в обществе, — начал Лин. — Цвет кожи сделал из меня изгоя. У долгоживущих отличная память, многие помнили череду бесконечных конфликтов между светлыми эльфами и дроу. В этих войнах многие потеряли родственников, друзей, возлюбленных. Для них полукровка был, как прыщ на лице. Так и охота выдавить… или удавить.

— Тебя уже пытались убить?

— Да, ведь старейшины надеялись, что такие, как я, не появятся на свет. Конечно, мирный договор скрепили династическим браком, но, как я уже говорил, на тот момент у моей матери было семеро детей. Наследников более чем достаточно, поэтому старейшины сочли, что полукровки, если все же родятся, трон не займут. Однако они не предполагали, что мои мать и отец смогут справиться с предубеждениями и полюбят друг друга. Вскоре без всяких магических ритуалов появилась сначала моя сестра, а потом я.

— Ритуалов? — не поняла я. — Каких ритуалов?

— Все мои чистокровные братья и сестры рождались только после особых обрядов. При этом использовались редкие артефакты, которые позволяли матери забеременеть. Именно поэтому столько детей.

— А вы с сестрой появились, так сказать, естественным образом…

— Вроде того. Неудивительно, что чистокровные эльфы были недовольны, строили каверзы, распускали слухи и вредили по мелочи. Своего первого мужа мама не любила, он вообще не хотел жениться и так и не смирился с навязанным браком. Едва ли не открыто изменял ей, заделал двух бастардов, а потом еще и погиб по-дурацки: нажрался туманящих сознание листьев на празднике обновления года, упал с балкона и свернул шею. Скандал замяли, официально было объявлено, что это убийство, и кто-то специально столкнул консорта. Но принцы и принцессы поначалу об этом не знали и винили мать в том, что она второй раз слишком быстро вышла замуж, да еще и за врага, за дроу. В общем, отцу первые полгода в браке дались очень тяжело. Потом он как-то нашел подход к матери, они сблизились и полюбили друг друга, но беременность королевы от второго мужа стала для всех сюрпризом.

Чем дольше я слушала Лина, тем больше понимала, почему он так грамотно и четко разложил политическую ситуацию у оборотней. Чтобы выжить во дворце светлых, ему пришлось научиться и не такому. Пожалуй, теперь понятно, откуда у него такие способности к дипломатии.