Наталья Батракова – Миг бесконечности 2. Бесконечность любви, бесконечность печали... Книга 2 (страница 78)

Тому, что Валерия выбрала тактику невинной жертвы, которой ни с того ни с сего квартирант вкатил дозу сильного снотворного, Поляченко не удивился. Как и заявлению, что она собиралась расстаться с любовником, а его поручения выполняла лишь потому, что тот пообещал оставить ее в покое, как только закончит свои дела. Фамилию квартиранта она якобы не знала. А вот Катину вспомнила — Евсеева. Приехала из Германии, на ее приеме настаивал пациент Вениамин Потюня. Его номер есть в памяти ее телефона. Пусть проверят. Был ли Потюня знаком с Саецки, Валерии не известно. Но, по ее мнению, если Грэм знал Евсееву, то вполне мог и с ним контактировать.

Вот только телефона Валерии в квартире не нашли. На вопрос, где он, вразумительного ответа следователь не получил.

Дослушав пересказ допроса, Поляченко усмехнулся: мало того, что Галецкая умудрилась бросить тень на Евсееву, так еще и фотографа зацепила!

«И что за человек! Не так, так эдак надо нагадить! — разозлился Андрей Леонидович. — Придется сегодня вывозить Екатерину Александровну с дочерью из страны. Прости, Владик, но такая у папки работа, что придется пропустить твой день рождения. Осталось только убедить в необходимости срочного отъезда Екатерину Александровну».

— Саша, выгружаемся и сразу в Ждановичи. Паспорт с собой?

— С собой, Андрей Леонидович. Вы же предупреждали: и паспорт, и страховки. Всё взял.

— Надо успеть выгрузиться до приезда Зины, — пояснил задачу Поляченко.

Объясниться с ней по телефону, как он посчитал, будет проще и легче. При личной встрече можно запросто нарваться на уточняющие вопросы, ответить на которые он не мог.

Но, увы, не успели они отнести в зал развлекательного комплекса и половину того, что было в машине, как на парковке специализирующегося на детских праздниках комплекса появилась машина супруги. Обрадовавшись, что муж уже на месте, она вытащила из автокресла нарядного именинника, оставила его с отцом встречать гостей и пулей полетела в здание: утром в спешке забыла положить в пакет шарики, которые еще предстояло надуть аниматорам. Растерянный супруг и слова не успел сказать, как Зина исчезла.

Было от чего растеряться. Среди приглашенных были те, кого он не знал, а в развлекательном центре одновременно может проводиться несколько мероприятий. К тому же кроме гостей в выходной день здесь хватало и обычных посетителей с детьми.

К счастью, Зина вернулась быстро и вовремя: появились первые гости. Но и поговорить с ней стало совершенно невозможно: встречала, представляла, знакомила, благодарила.

Наконец показались знакомые и ему лица.

— Привет! — протянул он руку Зайцу, улыбнулся глубоко беременной Ирине с Костиком.

— Привет, тезка! Как нога?.. А лангета где?! — вытаращил глаза Заяц. — Ты с ума сошел?

Андрей Леонидович виновато пожал плечами. Чтобы у гостей не возникло лишних вопросов, сегодня он решил обойтись одним костылем. И уже успел об этом пожалеть: передвижение приносило массу неприятных ощущений.

— Да ну ее! Надоела, — попробовал он отшутиться.

— Что Вадим, что ты — одинаковые… — недовольно махнул рукой Заяц. — Бог с вами!.. С именинником! Костя, поздравляй! — предоставил он сыну почетное право вручить подарок.

Подъехали Тоневы с детьми, следом Клюевы.

— Привет! С именинником! — пожал руку Александр. — Вадим уже здесь? Вчера весь вечер ему звонил, хотел поговорить. Он накануне обещал в гости приехать, потом вдруг отменил визит… Что там у вас снова случилось?

— Не будет его. В Японию вчера вечером улетел.

— Жаль… — огорчился Клюев. — А когда вернется?

— Как дела пойдут… Но к концу недели должен появиться. У тебя что-то срочное? По делу или личное? — для получения очередного подарка Поляченко пришлось отпустить ладошку сына.

— Скорее, личное… — заколебался тот. — Ладно, раз уж ты ближе нас всех к драгоценному телу, посоветуюсь, как быть. Катя Евсеева в Минске, — как великую тайну, почти шепотом сообщил он Поляченко. — Та женщина, о которой я тебе рассказывал: Вадим оплатил операции ее дочери. Моя Оля — ее подруга. Она и вела беременность на ранней стадии. Случайно встретила у школы, пригласила к нам домой… В общем, теперь Катя знает, кто оплатил операции.

— Ну и что? Узнала и узнала. Что за тайна?

— Так Вадим просил никому не говорить. Получается, я снова нарушил обещание. Теперь дважды виноват.

— А почему она не должна была знать? — не понял Поляченко.

Это было для него новостью. Он и сам узнал об этом факте не сразу. Рассказал все тот же Клюев, когда несколько ночей вместе дежурили у кровати Зины в реанимации. Саня пытался его отвлечь, утешить, уболтать разными историями с хорошим концом: и мама, и ребенок в полном порядке. Так незаметно и добрался до беременности с серьезной сердечной патологией плода. И тоже со счастливым концом. Сразу после рождения девочку дважды прооперировали, впереди еще одна операция, прогноз благополучный. И все благодаря человеку, который перевел на счет детского фонда необходимую сумму денег. При этом Клюев отметил благородство мужчины, эту женщину он любил, но она от него ушла, живет в Германии. И ребенок от другого.

Объяснять, что это за мужчина и женщина, Поляченко не пришлось. Сложив «два плюс два», он сразу понял, о ком речь: Екатерина Александровна и Вадим Сергеевич…

Но на сей раз в голове выстроилась совершенно другая логическая цепочка: Катя, не зная, кто на самом деле оплатил лечение, ввязалась в историю против Ладышева, чтобы получить деньги на еще одну операцию, и тут, узнав, что предыдущие он же и оплатил, отказалась от дальнейшего сотрудничества, за что ее едва не убили.

Бред какой-то! Издержки прежней профессии и больная фантазия! Но ведь ему на самом деле не хватает информации. И главное — откуда у нее появились деньги? Если отец ребенка — тот белобрысый красавчик, что встречал ее с цветами из больницы, почему он не позаботился о ребенке? А вдруг он и не отец вовсе? Вдруг он всего лишь встречал, а Вадим увидел его и приревновал? В его тогдашнем состоянии что угодно могло случиться.

«Ничего не понимаю… Но, судя по тому, как Вадим ее защищал и как беспокоился о ней перед отлетом, он до сих пор относится к ней более чем нежно. Но если она может пролить хоть какой-то свет на всю ситуацию и в чем-то виновна, то в интересах следствия задержать ее здесь. Только я ведь уже пообещал, что отправлю ее за границу в случае угрозы подписки о невыезде… И что дальше? Сами попадем под подозрение: утаили поддельный блок, вывезли свидетеля за пределы страны… Головоломка…» — запутавшись в собственных мыслях, Поляченко на какое-то время забыл и о сыне, и о гостях.

— …А теперь все в зал!

Бросив укоризненный взгляд на супруга, Зина недовольно покачала головой, взяла за руку сына и какую-то девочку и стала подниматься по ступенькам.

— …Не знаю, — меж тем ответил на последний вопрос Поляченко Клюев. — Вадим был категорически против.

— Почему?

— Считал, что отец девочки — ее друг, который живет в Германии. Но Оля изначально была с этим не согласна: Катя рассказала бы ей о немце. В то же время не понятно, почему она не рассказала, что встречалась с Вадимом…

— Ты меня окончательно запутал, — Андрей Леонидович даже тряхнул головой, так как не мог нащупать логику ни в поведении Ладышева, ни в поступках Проскуриной.

То есть, теперь Евсеевой. А нет логики — нет анализа.

— Так кто отец девочки? — автоматически задал он вопрос, понимая, что ответа не услышит.

— История умалчивает, — вздохнул Клюев. — Я сам об этом думал. Судя по группе крови ребенка, отцовство Вадима очень даже реально. Но он даже слышать не хотел ни о Кате, ни о ее дочери.

— Почему?

— Потому что его убедили, что отец — тот немец.

— И кто его убедил?

— Лежнивец. То есть Гаркалина. Мать сына Вадима. Я с ней никогда не пересекался, но вот Оля поработала под ее началом. Она была начмедом в больнице, где Катя сохраняла беременность. Еще та стерва! К счастью, убрали ее из начмедов, а может, и из медицины. Не слышал я больше в наших кругах такой фамилии.

— Теперь она Галецкая, — пояснил Поляченко, сомнений, стоит ли ему выполнять указание шефа, не осталось. — Врач-диетолог. Ладно, спасибо! Иди в зал, пожалуйста. Мне надо еще кое-кому позвонить. После обсудим, — он достал телефон. — …Екатерина Александровна? Здравствуйте, это Поляченко.

— Здравствуйте, Андрей Леонидович!

Катя не сразу сняла трубку — не могла отыскать телефон в сумочке.

— Вы где сейчас?

— Едем на день рождения к сыну Вени Потюни. Уже подъехали к… — посмотрев на угол здания, прочитала она адрес на табличке. — А что случилось?

На день рождения к сыну Вени они безнадежно опаздывали: пока собирались, пока ждали такси, пока отыскали адрес в частном секторе в районе Северного поселка, где жила хозяйка щенков. Но основная задержка произошла из-за Марты: едва ли не силой пришлось ее увозить от забавных пушистых комочков!

Не веря своим ушам, Поляченко проследил взглядом за такси, из которого, не отрывая телефон от уха, вышла Катя с дочерью.

— Ой! — растерялась она, едва не столкнувшись с ним на ступеньках. — Как вы узнали, что мы здесь?

— Не важно, — не вдаваясь в подробности, ответил он, хотя ему с трудом удалось скрыть эмоции: на ловца и зверь бежит! — Екатерина Александровна, вам надо срочно уехать.