Наталья Айрис – Темная целительница для светлого мага (страница 22)

Положившись на его поддержку, я осторожно пробралась через коварные кусты, за которыми и правда был скрыт ещё более коварный провал в земле. Какие уж тут змеи, тут и без них шею свернуть как нечего делать.

Кайрос проводил нас взглядом, которому змеиный и в подмётки бы не годился, и, даже когда мы все возобновили путь, теперь держался исключительно неподалёку.

Тоже мне, страж нравственности…

Через какое-то время мы вышли к руслу большого бурного ручья, и дальнейшая дорога шла уже чётко вдоль него.

— Вода, — многозначительно заметила Филика, преодолевая очередной каменный порог.

— Мы проверяли воду, — отмёл её намёки Алрот. — И много раз. Потому что это было первое, о чём все подумали.

Я заметила, как Филика, чуть поотстав, чтобы алхимик ушёл вперёд, провела рукой над холодным потоком.

Заметив, что я смотрю на неё, она негромко сказала:

— Направление потока пересекается с деревней.

— Ничего, недалеко уже, — сказала я. — Может скоро узнаем, в чём дело.

Я и в самом деле всё сильнее чувствовала, что мы уже близко. Ручей бежал нам навстречу, и вдруг, круто вильнув, его русло начало забирать куда-то севернее, а мы упёрлись носом в крутой скалистый берег, усеянный валунами в человеческий рост.

— Тут, — твёрдо сказала я, пресекая попытки остальных начать карабкаться наверх.

— Где, тут?.. — не понял алхимик. — Ты точно правильно начаровала? Здесь ничего нет.

— Но источник где-то рядом, — твёрдо стояла я на своём, чувствуя, что так и есть.

— Рассредоточимся и ищем, — скомандовал Кайрос.

Мы не успели отойти далеко, как Филика воскликнула:

— Здесь полость! А ну-ка…

Повинуясь движению её рук, один из здоровенных валунов, стоящих в воде, откатился в сторону, подняв тучу брызг. И за ним действительно оказался узкий лаз, по дну которому бежала вода.

Мы протиснулись внутрь, по очереди преодолев его, и, в ярком свете огонька, сотворённого Кайросом, увидели, что стоим в небольшой пещере, из трещины в дальней стене которой бьёт небольшой источник. Вода падала в небольшую природную купель, и из неё множеством проделанных в камне дорожек устремлялась к выходу.

— Здесь, — повторила я, оглядываясь. — Сейчас ещё сильнее чувствуется.

И правда, энергия как будто волнообразно накатывала, начав прибывать, как только мы оказались внутри.

— Как ни странно… — нахмурилась Филика, вновь поднимая руки. — Я теперь тоже это ощущаю.

Кайрос вместе с нами сделал пару пассов, ища источник, и мы все втроём разом повернулись и… уставились на алхимика.

— Чего?.. — попятился тот.

Я быстро подскочила к нему и провела рукой сверху вниз, считывая магическую энергию. Ладонь замерла в районе пояса, и только тогда и до Алрота дошло то, о чём я догадалась мгновение назад. Он порылся в поясном кошеле и извлёк на свет запрятанный там кусок ладия. Исходящую от которого энергию сейчас бы не заметил только тот, кто тотально был лишён любых магических сил. Лорд Сеймор с интересом наблюдал за нашими манипуляциями и ждал, чем всё закончится.

— Вы же сказали, что источник не ладий, — заметил он.

— Он и не был им, — ошарашенно подтвердил алхимик, вертя минерал в руках. — Здесь-то что произошло?

— Думаю… вот это, — Кайрос тем временем продолжил поиск и теперь стоял рядом с купелью, с рукавов его одежды текла вода, а в руках он держал небольшое каменное изваяние.

Магистр подошёл ближе, и я почувствовала, как тёмная магия ещё сильнее начала резонировать вокруг нас, откликаясь и на статую, и на кусок ладия.

— Два компонента… — пробормотала я.

— Что?.. — не поняла Филика.

— Статуя и ладий, — скороговоркой начала я объяснять всё то, что сложилось у меня в голове, как вставшие на место кусочки паззла. — Каждый из них слишком слаб сам по себе, и никто из магов не может толком отследить источник. Но как только вода, которая течёт отсюда, встречается с ладием из пещеры, с теми, кто с ним работает, кто его касается, проводит много времени… Возможно это накапливается, я не уверена, но именно это постепенно и приводит к болезни.

— И вот почему ниже по течению все здоровы… — эхом откликнулся алхимик, продолжая во все глаза разглядывать кусок ладия, как будто не мог поверить в такую подлянку от него.

— И вот почему теперь точно ясно, что это не случайность и не роковое стечение обстоятельств, а чья-то работа, — отрезал Кайрос, и на его лице резко обозначились желваки. — А на твоём месте я бы вообще это больше не трогал без нужды.

Подавая пример, он аккуратно поставил статуэтку на землю, и только тут я наконец по-настоящему к ней пригляделась.

И с ужасом поняла, что она мне более чем знакома.

Глава 17

Лошадиные уши плавно покачивались в такт стуку копыт, и я, как зачарованная, смотрела на их движение, не обращая внимание ни на окружающий пейзаж, ни на спутников.

— Ты чего такая смурная? — ехавший рядом Алрот, до того пару раз безуспешно попытавшийся втянуть меня в беседу, наконец не выдержал. — С самой деревни, как в рот воды набрала.

— Устала просто, — отговорилась я первым, что пришло в голову.

— Так Кайрос же уговаривал тебя на повозке доехать, — удивился алхимик. — Зачем лошадь взяла?

— Надо же когда-то научиться ездить… Ничего, в замке отдохну.

— Это вряд ли, — Алрот проследил расслабленным взглядом за пролетевшей мимо бабочкой. — Честное слово, я бы лучше здесь ещё на несколько дней остался, но мы и так уже сильно задержались. Зато самое важное сделали — нашли источник болезни, теперь хоть не вслепую тыкаться будем. Думаю, если как следует его изучить, то…

Я вновь вернулась к созерцанию лошадиных ушей, одновременно пропуская мимо своих монолог вполне довольного жизнью алхимика. Что и говорить, на обратном пути настроение у нашей группы было совсем иным, чем когда мы ещё только ехали в деревню. Не контрастировать с остальными было довольно сложно, настроение у меня и правда было не ахти. Но признаться в причине этого я не могла никому.

…чёрные стены источают приятную прохладу, и тьма внутри меня едва заметно резонирует с ней. Я просыпаюсь от очередного кошмара, в котором я никак не могу убежать от преследователей, а огонь лижет мои ноги, и, как и всегда, успокаиваюсь, видя вокруг себя чёрный мрамор.

Я в безопасности. Здесь я под защитой.

Мне дали крышу над головой, еду и одежду. И почти ни о чём не спрашивали, лишь сказали, что мне необходимо научиться владеть своей силой. И что я могу остаться здесь так надолго, как сама того захочу.

Мне понадобилось время, чтобы принять новую жизнь. Несколько раз я уходила, пытаясь найти ответы, хотя бы намёк на возможность возвращения обратно в свой мир. И каждый раз возвращалась, вновь и вновь понимая, что Храм и в самом деле лучшее место для меня.

А ещё мне очень хотелось больше узнать о магии.

Я довольно быстро поняла, что далеко не все тёмные маги — безвинные жертвы обстоятельств. Не знаю, правы ли те, кто утверждал, что определённая сила достаётся магам далеко не случайно, и что если задаться целью, то можно отследить закономерности, но факт оставался фактом — прошлое и характер многих тёмных мягче, чем «сложными» назвать было трудно. Каким образом настоятели укрывали своих от преследования закона, и как потом держали в узде даже прирождённых убийц с явной тягой к причинению боли, я понятия не имела, хоть и не раз задавалась этим вопросом.

Но по моим наблюдениям, часть успеха была в хитром индивидуальном подходе. В мире, где не существовало таких понятий, как «психология» и «профессиональное ориентирование», Храм был поистине их средоточием. Каждого пришедшего старались обучить, направить, помочь найти свой путь, который, в конце концов, не приведёт его к смерти от рук коллег из Совета магов. Ведь даже воинам и убийцам можно было найти вполне законное дело на благо страны, тех же разбойников по лесам ловить.

В общем и целом я решила считать Храм неплохими ребятами. Правда потом настоятельница Олия донесла до меня, что дело не в «хорошести», а в том, что есть такая штука, как репутация. И, особенно если хочется не просто выживать, но и жить, совсем не повредит, чтобы те, с кем ты живёшь рядом, считали тебя заслуживающим доверия.

Храму более чем доверяли, причём как изгои, которые искали в нём убежище, так и сильные этого мира, от которых могло зависеть его существование.

— Если смотреть глубже, нет ни зла, ни добра, — длинное антрацитовое одеяние Олии негромко шуршало, пока мы шли с ней по длинному извилистому коридору. — Есть лишь люди, которым выгодно поступать тем или иным образом.

Я изо всех сил старалась и поспевать за быстро шагающей тёмной, и не растерять груду свитков, которая еле помещалась у меня в охапке, так и норовя выскользнуть.

— Но ведь есть те, кто больных не только бесплатно, но и инкогнито лечит или, наоборот, котёнка в подворотне пнул? Тоже скажете, что это им выгодно?

— Разумеется, — Олия кивнула. — Только это не измеряется деньгами или репутацией. Им это выгодно эмоционально. Почему — другой вопрос, который напрямую касается их предыдущей жизни.

— Да-да, во всём виновато детство и родители, — последняя фраза прозвучала немного невнятно, потому что самый зловредный свиток пришлось прижать подбородком. — А если это брат с сестрой? И один котят пинает, а другой нищим деньги раздаёт?

— Каждый случай надо разбирать отдельно. Возможно родители их по-разному любили. Возможно дело в природных склонностях, которые не нашли нужную дорогу, и проявляют себя хаотично.