Наталья Андреева – Огненная лилия (страница 12)
– Приблизительно так же. Конечно, визжать, как ошпаренная кошка, я бы не стала, – рассмеялась Слава. – И глаза выцарапывать тоже. Тем более не побежала бы наводить порчу, это мракобесие. Извини, но я в эти глупости не верю. Но условия развода были бы максимально жесткие. То есть ни копейки из моих денег он бы не получил.
– Я так и думала, – кивнула Женька и вновь склонилась над тазом. Ее руки замелькали быстрее. – Выходит, все женщины одинаковы, когда дело касается дележа имущества. И шлюхи, и леди.
– Но ведь тебе достается мужчина. Ей-то тоже должно что-то остаться. Она, похоже, его содержит. Поэтому она должна испытать чувство глубокого удовлетворения оттого, что теперь он сам должен будет содержать семью.
– А если он не может?
– То есть как это не может? – удивилась Слава. – Он же мужчина!
– Дэн тоже мужчина, – усмехнулась лучшая подруга. – Скажи еще, что вы живете на его деньги!
– Не называй его так, – поморщилась она.
– Но почему?
– Ему это не идет.
– А ему нравится!
– Откуда ты знаешь?
– По лицу вижу.
– Ты, оказывается, умеешь читать по лицам!
– А по-твоему, я дура, если не разбираюсь во всяких там Мане?
– Ты обиделась?
– Нет, что ты!
– Постой… Он живет в долине миллионеров, твой любимый мужчина… И Денис… Денис его знает! Так я и думала! Вот почему у Дениса такое загадочное лицо, когда он говорит о твоем ребенке! Он знает его отца!
– И что? – с вызовом посмотрела на нее Женька.
– Почему не сказать все мне?
– Потому что ты меня осудишь.
– Денис тоже осуждает.
– На Дениса мне наплевать, а на тебя нет.
– Значит, ты решила у меня проконсультироваться, для того и приехала. Понимаю. – Славе искренне хотелось помочь подруге. – Что ж, могу дать тебе совет. С точки зрения морали это, конечно, неправильно.
– Неправильно что?
– Разбивать семью. Сколько лет они, говоришь, женаты?
– Много… Господи, откуда я знаю?
– Венчались?
– Кажется, да.
– Тогда тем более неправильно. Но ради Лизы… Да, ради Лизы стоит бросить все и уехать из города со своим избранником. Я бы так и поступила.
– Что ж, спасибо. Я тоже так подумала. Ради себя я бы на такое не пошла, но ради ребенка… Лиза мое все. Я ее обожаю! Никогда не думала, что я – сумасшедшая мать! Это я-то! Оторва! У которой в городе репутация хуже некуда! Все называют меня… Ну ты знаешь, как. А я – мать! Я ради Лизы все это делаю!
– Я понимаю, – мягко сказала она.
– Ну, вот, ногти обработала. Теперь приступим к рисунку. Давай сюда свою картинку.
Женька положила на пол перед собой альбом и какое-то время внимательно разглядывала репродукцию. А потом вздохнула, придвинула к себе коробку с красками и взяла в руки тонкую кисточку…
Слава уже знала, что в этот момент лучше помолчать. Впрочем, они все уже выяснили. Все, кроме имени Женькиного мужчины. Но это ей скажет Денис. Куда он денется? Мысленно она начала перебирать всех его друзей. Нет, не так. Друзей у Дениса нет. Тех людей, к которым муж иногда заходит. Вроде бы никто под Женькино описание не подходит. Интересно, как Денис узнал правду?
У мужа нет от нее секретов. Вот уже много лет они с Денисом одно целое. И если бы у них был ребенок…
Господи! Она опять думает о Лизе! Все время думает! Должно быть, потому что здесь Женька, ее мать! Надо гнать от себя эти мысли. Еще не поздно. Или… уже поздно?
Слава – сильная женщина, человек состоявшийся, уверенный в себе. Но даже таким людям свойственно испытывать колебания. Правильно ли я поступаю? Будет ли ожидаемый результат? И в этот момент они просят у судьбы подсказку, какой-то знак.
«Пусть случится что-то такое, что укажет мне верный путь. Что именно – я не знаю, но когда это случится, я пойму…»
– Готово!
Как всегда, Женька была великолепна! Таких мастериц поискать!
– Мне нравится, – сдержанно произнесла Слава, глядя на свои ноги. Она не была склонна к бурному проявлению чувств в оценке чужой работы. Так воспитал ее папа, а он был большой начальник.
– Погоди, лак еще не высох. Дай обрызгаю сушкой.
Женька взяла баллончик и обильно полила только что разрисованные ногти пахучей жидкостью. Весело сказала:
– По-моему неплохо, а?
Слава посмотрела на часы.
– О боже! Почти два часа провозились! – воскликнула она.
– А как ты хотела? – пожала плечами подруга.
– Время обедать.
– Не откажусь.
Женька встала, потянулась. Слава же опять принялась разглядывать свои ногти. Неплохо получилось…
– Спина затекла, – пожаловалась подруга. – Надо сходить к врачу, у меня в последнее время со спиной проблемы. Болит, зараза, сил нет! Массажик бы поделать, физиотерапию. Господи!!! Как же хочется в отпуск!!!
– Подожди до осени, – улыбнулась она.
– До осени я помру!
– А как же свадьба?
– Какая свадьба? – вздрогнула Женька.
– Как же? Ты ведь замуж собралась! За отца своего ребенка!
– Это еще на воде вилами писано, – пробормотала подруга, опустив глаза. И добавила: – Осторожно, лак не смажь. А то вся работа насмарку.
– Может, мне выйти на балкон?
– И то дело!
Славина спальня была единственной комнатой на втором этаже, у которой имелся балкон. Окно выходило на реку, и Слава обожала наслаждаться летними закатами, сидя на своем маленьком балкончике, в плетеном кресле-качалке. В хорошую погоду, когда не было облаков, багровое солнце плавно спускалось прямо в реку и медленно растворялось в воде, словно леденец в сиропе. Вода постепенно розовела, багровела, потом темнела, и прежде чем на «Белую лилию» опустится темнота, можно было следить за игрой света в реке.
Сегодня Слава в сопровождении Женьки вышла на балкон сушить ногти. Разговор дальше не клеился, видимо, о свадьбе Слава заговорила зря.
Минут через двадцать они спустились вниз, на кухню.
– Как дела? – спросил у жены Денис.
– Первый этап закончили, – отрапортовала она. – И до завтра мы свободны.
– Будем гулять! – закричала Женька.