Масло мелиссы купите, ханум.
Всего лишь по капле вотрите в виски —
И нет беспокойства, сомнений, тоски…
А если в сердечко вдруг ревность стучится,
(Такое с красавицей может случиться),
То роз аромат это быстро поправит
И мысли в любовное русло направит.
Свершишь омовение этой водой
И будет любимый вовеки с тобой.
– Вот юноша славный! Куда так спешишь?
Здесь лучший на рынке табак и гашиш!
О чем же тут думать? Цена велика?
А ты поторгуйся! Уважь старика!
– Еще не родился, который услышал:
«Вошедший к Али без покупки, мол, вышел!»
Мне лавка давно уже – дом и семья:
Сначала к Аллаху ушли сыновья,
Трех жен потерял, и вот – левую ногу…
Но только идущий осилит дорогу!
И так ковыляю уже много лет,
Ароматы меняя на тяжесть монет.
– Давно это было – лет десять уж с лишком —
У лавки моей два чумазых мальчишки,
Поспорили громко, катаясь в пыли,
Монеты одной поделить не могли.
До крови дралися, забыли про дружбу,
Костыль сослужил мне тут верную службу.
Я им забияк распихал по углам:
«С ума посходили? Остыньте! Харам!»
Когда отдышались и лица отмыли
От крови, от пота и въевшейся пыли,
Тогда драчунов и призвал я к ответу:
– А ну, отвечайте, чья это монета?
Я думал, что каждый ответит: «Моя!»
Но отчего-то молчали друзья…
Тогда говорю: – Раз хозяина нету,
Оставлю, пожалуй, себе я монету…
И старший промолвил: – Простите, Ака,
Хозяйка монеты – жена мясника.
И деньги я эти с прилавка украл,
Пока мой товарищ её отвлекал.
– На что же хотели богатство потратить?
– Покушать «от пуза». Мы думали, хватит!
– Всевышний, один ты свидетель позора —
Голодных детей я кормлю разговором!
Я дал им лепешку и сыра. Пока
За крынкой парного ходил молока,
От сыра куска и от этой лепешки
Уже не осталось ни корки, ни крошки.
Еще свежих фиников им я принес.
Смотрел как их ели и задал вопрос:
– Скажите мне честно, нет, только не врите
Где вы ночуете? Что вы едите?
– Ночуем мы там, где нас ночь застает,
Едим, то, что добрый народ подает,
А если и добрый подать не спешит,
То тащим все то, что плохо лежит.
– Я бегаю быстро! – малыш мне сказал,
– Когда б ты погнался, вовек не поймал!
– Да, бегать я с вами, увы, не могу,
Но может – Бог даст – чем другим помогу?
Давно это было – лет десять уж с лишком.
Мне в лавке моей помогали мальчишки,
Освоили быстро премудрости все,
Ума набирались в одном медресе.
