Наталья Алексина – Зелье первокурсников (страница 55)

Эльф не хуже коня фыркнул и засмеялся, а я выпрямилась и внимательно присмотрелась к коню.

— Он не говорит, — успокоил Салгант, сверкая лукавыми глазами. — А зовут его Ветер.

— Так просто? — спросила я, ни много ни мало хозяйка самой Звездочки, да.

— Его имя Алиэсс, — ответил эльф. — Что значит Морской ветер.

— Морской?

— Таких разводят только в Приморском королевстве эльфов и при рождении нарекают именем, слушая дух и сердце. Это имя отражает суть. Но, как только Алиэсс прибыл в наш Лес, он стал отзываться и на Ветер.

— Потому что рядом не было моря?

— Возможно.

Мы замолчали и Салгант, как обычно, задумался. Я продолжала смотреть на его поразительно умного и красивого жеребца и готовилась к вопросам. Не от коня, от эльфа, конечно, но он молчал. Чтобы оттянуть момент нашего разговора обо мне, я спросила о другом:

— А ты так и не сказал, почему долго не появлялся в школе.

— Это все политика, — неохотно ответил он. — Я племянник Правителя и то, что я учусь в Терри во время войны, некоторые могут посчитать в некотором роде поддержкой.

— Один эльф — это поддержка?

— Как говорит дядя, ключевое здесь, что я племянник Правителя. И если будут военные действия вблизи школы, я могу пострадать, тогда эльфы могут это посчитать нападением на члена правящей семьи и тоже вступить в войну, чего не хочет никто. Кажется, так. В общем, пока дядя улаживал этот вопрос, я не мог приехать.

— Какие сложности. И все построено на каких-то вероятностях.

— Политика, — грустно отозвался эльф.

— Хорошо, что ты не Правитель.

— Не знаю даже что бы было, если бы вдруг я оказался у власти.

— Эльфы больше бы медитировали?

— Или размышляли, — поддержал меня он.

— Что тоже хорошо.

— Не думаю, — уже серьезно заметил эльф. — Из меня был бы никудышный Правитель. Вообще, из многих эльфов были бы никудышные Правители. Никто из нас не любит думать о жизни страны, не любит политику и не знает, как надо организовывать жизнь королевства. Мы во всем привыкли полагаться на свою магию и часто рассчитываем только на нее, хотя мир уже давно изменился и наши способности не всегда могут помочь в совершенно обыденных вещах. И нам повезло, что Галатэль согласился быть Правителем. Он видит то, чего другие не замечают, и может что-то изменить, не меняя в корне саму жизнь нашего народа.

— И при этом ты его называешь засранцем, — тихо усмехнулась я.

— Он говорит, в политике другие не задерживаются, — широко улыбнулся эльф.

— Он для тебя авторитет. Так что глядишь, и ты приобщишься к государственным делам.

— Не то чтобы авторитет. Мы просто вместе росли. И уже тогда было понятно, что я и политика несовместимы.

— Росли вместе? — тихо уточнила я, старательно прикидывая, сколько все-таки этим эльфам.

— Он всего на одиннадцать лет старше.

Я кивнула и искоса посмотрела на Салганта. На вид ровесник графа, а его дядя все-таки выглядит немного старше. Тоже молодо, но разница есть. Это, выходит, что эльфы все-таки стареют? Мы ехали вперед, а я все вертела в голове вопросы о возрасте и не удержалась, спросила:

— Салгант, а сколько тебе лет? — быстро спросила и получила в ответ загадочную улыбку.

— По вашим меркам мне чуть больше, чем Фицуильяму.

В его ясных глазах опять не было ни облачка. И я покладисто кивнула, оставляя эту тему.

— Теперь твоя очередь рассказывать, — сказал Салгант.

Я немного помолчала и честно сказала, что, несмотря на отнятые короной деньги, все не так плохо. У меня есть имение, неубыточное, и есть те, кто мне худо-бедно помогает. Но, конечно, хочется большего, точнее, чтобы имение зарабатывало мне еще на ленточки и пирожные, а не только на содержание слуг. Эльф послушал, растерянно улыбнулся и посмотрел на меня с непонятной настороженностью. Он о чем-то думал, а я помалкивала.

— Я думал, имения существуют только у ваших аристократов.

— Если ты про родовые гнезда, то так и есть. А земля у нас уже довольно давно может принадлежать не только королю и аристократам. Так что у меня есть дом и поля, — эльф по-прежнему выглядел напряженным, но все равно продолжил разговор.

— Ты уже знаешь, что нужно делать, чтобы имение приносило больше? Или надеешься поправить положение вот такой работой?

Он говорил осторожно, подбирая слова, и я это ценила. И раз начала признаваться, стоило быть честной до конца.

— Пока точно не знаю, но для начала я попробую сократить кое-какие расходы имения, а работа — это временно, пока не разберусь.

Салгант кивнул, и опять в его лице промелькнула настороженность. Как будто сомневаясь в своих словах, он спросил:

— А если я тебе предложу дружескую помощь? И, например, буду покупать пирожные и ленты, ты позволишь?

— Салгант, я не смогу принять такое. К тому же это обяжет ответить тебе чем-то соответствующим, — чувствуя неловкость, я запнулась и чуть не ляпнула про содержанку, но вовремя вспомнила, с каким светлым эльфом разговариваю. — Лучше помоги советом, я мало знаю об управлении имением и мне бы не помешало несколько уроков.

Эльф все еще смотрел на меня, как будто не зная говорить или не говорить то, что его волновало. Вместо этого он отвел глаза и сказал:

— К сожалению, я тоже в этом мало понимаю, — он призадумался и продолжил. — Мне часто говорили о ценности времени и о том, что любой, кто хочет добиться цели должен знать, на что он тратит день. Чтобы его распланировать надо сделать простую вещь. Записать все, что ты делаешь в течение дня. Потом исключить ненужное и освободить больше места для полезных занятий. Это сложно назвать советом, но пока чего-то более существенного я не вспомнил.

— Ясно. А у тебя получалось следовать плану?

— Я слишком люблю размышлять. Планы мне не подходят, — с легкой улыбкой проговорил он.

Мы еще некоторое время молчали, я подумала, что тему моей жизни оставили, но эльф опять заговорил.

— Я ничего не знаю об управлении имением, но я могу спросить у дяди. Он должен е этом понимать больше, — повисла пауза, я выразительно подняла брови, но эльф не видел в своем предложении изъянов.

— Ты сейчас говоришь про того дядю, который Правитель?

— У меня один дядя.

— Салгант, прости, но это как-то, не знаю, неправильно. Он Правитель, у него целое королевство. А ты предлагаешь отвлекать его проблемами человеческой ведьмы, которую он почти не знает. И ладно бы что-то серьезное, но это обычные трудности. Не думаю, что твой дядя захочет тратить время, на то, что не принесет его королевству пользы. В общем, забудь об этом.

— Если я попрошу, он точно найдет время на несколько советов, — просто сказал Салгант. — И не стоит забывать, что у нас очень маленькое королевство.

— И это значит, что Правитель может подрабатывать советником землевладельца? — скептически уточнила я. — Салгант, честное слово, мои трудности не стоят такого внимания. Я ценю, что ты хочешь помочь, но отвлекать Правителя я не рискну. Вдруг это повлечет дипломатический скандал.

— Просто подумай об этом, — эльф не проникся моей иронией и пристально посмотрел. — Время на это всегда есть.

Салгант, как всегда, был до невозможности открытым. В душе я понимала, что вряд ли спрошу Правителя о таких пустяках, как мои поля. В конце концов, у своего короля я же не интересуюсь, что делать с имением. Было бы весело узнать, куда меня отправят, если я его когда-нибудь увижу и спрошу, как бы мне подзаработать денег.

Дорога до города была долгой и тихой. И обратно я уверена она была бы почти такой, но все сложилось по-другому.

С ведьмой по имени Инесс я разделалась за считаные минуты. Она продемонстрировала травы, я посмотрела, поводила рукой над мешочками и забрала. Напряглась я только, когда она меня понюхала, точно как наш декан. Но оказалось таким нехитрым образом она определяет поколение, к которому принадлежит ведьма. Она осталась удовлетворена моим седьмым и сказала, что у нас с Даном будет еще небольшая работа.

Вообще, я никогда не задумывалась, как действует ведьминское чутье. У кого-то это связано с нюхом, у кого-то с ощущениями. Бывает такое, что ты просто знаешь и точка. Не поворачивать налево, не идти той тропой, нашептать здоровья вроде бы не больному человеку или знаешь цвет глаз девушки, которую никогда не видела. Надо бы узнать у Лил и Ильима бывает ли у них такое.

Я вышла из ведьминой лавки в задумчивости и остановилась рядом со своей кобылой. Вокруг почти не было посторонних звуков, только вдалеке слышался стук копыт и отдельные смешки ночной жизни. Но настораживало тихое сопение, повторяющееся и находящееся где-то рядом. Я посмотрела по сторонам и широко распахнула глаза от удивления и чужой наглости.

Моя кобыла спала. Свесив голову и прикрыв глаза, без смущения она причмокивала губами и, кажется, довольно улыбалась. Со стороны послышался смешок. Салгант не сдержался, а когда я на него возмущенно посмотрела, примирительно сказал:

— Мне кажется, она утомилась.

— Меня не было пять минут.

Эльф усмехнулся и сел на своего бодрого коня. А я осторожно потормошила лошадь, но она только протяжнее вздохнула.

Я ее погладила, пошептала на ушко, хлопнула в ладоши. И ничего. Только Салгант посмеивался. Потом когда он успокоился, и я в очередной раз посмотрела на него, как на предателя, бросившего друга на поле брани, он все-таки решил помочь.

— Садись в седло, — попросил эльф, не переставая улыбаться.