Наталья Александрова – Я никогда не буду прежней. Книга 6 (страница 5)

День отлёта в Пекин настал быстро.

Я стояла у выхода из дома Макса, сжимая в руках чемодан, и чувствовала, как внутри меня всё переворачивается. Я написала родителям сообщение: «Я люблю вас. Если хотите проводить — приезжайте». Я отправила рейс, время. И ждала.

Я не знала, чего я хочу больше: чтобы они приехали или чтобы не приехали. Приедут — будет страшно. Не приедут — тоже будет страшно. Но они приехали.

Папа молчал. Он стоял в стороне, смотрел на меня, и я видела в его глазах растерянность. Мама плакала. Она обнимала меня, гладила по голове, говорила, что переживает. Я сказала, что всё будет хорошо.

— Как ты там будешь одна? — спросила мама. — Ты же не знаешь языка. Ты же там никого не знаешь.

— Я буду не одна, — сказала я. — Там будет Макс. Он поможет мне адаптироваться.

Мама замерла. Папа ухмыльнулся.

— Он с тобой едет в Китай? — спросил он. — Как хвостик?

— Он там работает, — ответила я. — Это я еду к нему.

Мама опять заплакала.

Посадка. Перелёт. Приземление.

Я смотрела в иллюминатор, и сердце колотилось где-то в горле. Я не знала, что меня ждёт. Я не знала, как я справлюсь. Но я знала, что я хочу быть с ним.

Я вышла из самолёта, и сердце колотилось где-то в горле. Я прошла через зону прилёта, и я увидела его. Он стоял с букетом пионов — огромных, белых, пахнущих так, что у меня перехватило дыхание. Он улыбался.

Я накинулась на него. Обняла. Прижалась так сильно, как могла.

— Ты здесь, — сказала я.

— Я здесь, — сказал он.

Он поцеловал меня. Страстно. Глубоко. Его язык проник в мой рот, и я почувствовала его вкус, его дыхание, его руки, которые сжимали мою талию.

— Что-то случилось? — спросил он.

Я удивилась. Откуда он знает?

— Лицо заплаканное, — сказал он. — И консьержка сообщила, что ты живёшь у меня.

— Всё хорошо, — сказала я. — Просто... я поругалась с родителями.

Я рассказала ему. О Сергее. Об ужине. О том, как папа открыл дверь ключом. О том, как он назвал меня фригидной. Макс смотрел на меня. В его глазах была злость.

— Так и назвал тебя фригидной при родителях? — спросил он.

— Ты не знаешь меня с фригидной стороны, — сказала я, и мы засмеялись.

— Я приготовил тебе сюрприз, — сказал он.

— Какой?

— Увидишь.

Я начала целовать его, ласкаться. Он ответил, прижал меня к себе.

— Вот это другое дело, — сказал он.

Мы сели в машину. Он вёл, я сидела рядом. Но через пару минут он свернул на пустую парковку. Я смотрела на него, и внутри меня всё замирало.

Он расстегнул ремни безопасности. Я переползла на него. Его руки сжали мои бёдра.

— Как мне нравится заниматься с тобой сексом в машине, — сказал он.

Он провёл рукой по внутренней части моего бедра. Его пальцы коснулись клитора. Я вздрогнула, прикусила губу.

— О боже, — сказал он. — Знаешь, какая ты?

— Какая? — выдохнула я.

— Самая страстная. Самая горячая. Самая желанная.

Я смотрела в его глаза. Я чувствовала, как его пальцы двигаются под тканью трусиков. Как они находят меня, касаются, ласкают.

— Трусики мне не нравятся, — сказал он, отодвигая их в сторону. — Боди лучше.

— У меня нет боди, — сказала я, улыбнувшись.

Он вспомнил Кенди. Я видела это по его глазам. Его пальцы скользнули внутрь меня, и я была мокрой. Очень мокрой.

Он расстегнул ширинку. Его член вырвался наружу. Я медленно опустилась на него.

Он наполнил меня. Я чувствовала, как он скользит внутри, как мои мышцы сжимаются вокруг него. Я начала двигаться. Медленно. Ритмично. Я смотрела в его глаза, и я видела в них любовь, желание, огонь.

— Я хочу тебя, — прошептала я.

— Я твой, — ответил он.

Я ускорилась. Он начал целовать меня — горячо, жадно. Его язык скользил по моей коже. Он кусал мою шею, мои губы, мои соски. Я чувствовала, как его зубы касаются моей кожи, как он оставляет следы.

— Я сейчас, — выдохнула я.

— Давай, — сказал он.

Моё тело выгнулось дугой. Я закричала — громко, не сдерживаясь, вжимаясь в него, чувствуя, как он пульсирует внутри меня. Его руки сжали мои бёдра так сильно, что я почувствовала, как его пальцы впиваются в мою кожу.

— Боже, — прошептал он, и его голос сорвался. — Как я скучал по тебе.

Его дыхание было хриплым, его член пульсировал внутри меня, и я чувствовала, как его сперма наполняет меня, горячая, густая.

— Я тоже, — сказала я, но слова выходили сбивчиво, потому что я всё ещё дрожала.

Я положила голову ему на плечо, чувствуя, как его сердце бьётся в такт с моим. Я смотрела на него, и я видела в его глазах ту же страсть, что и во мне.

— Ещё, — прошептала я.

Я улыбнулась и начала двигаться снова. Медленно, глубоко, чувствуя, как он пульсирует внутри меня. Я хотела, чтобы он чувствовал каждое моё движение.

— Я хочу, чтобы ты кончила, — сказал он. — Я ещё не кончил.

Я ускорилась. Я двигалась быстрее, глубже. Я чувствовала, как моё тело начинает дрожать с новой силой, как я вся горю. Я чувствовала, как я приближаюсь к новому пику. Он кусал мою шею, мои губы, мои соски. Я чувствовала, как его зубы касаются моей кожи.

— Я сейчас, — выдохнула я.

— Давай, — сказал он.

Я кончила. Моё тело содрогнулось. Я чувствовала, как мои мышцы сжимаются вокруг него, как они пульсируют. Я закричала, и я чувствовала, как его руки сжимают мои бёдра еще сильнее. Это было волшебно.

— Ещё, — прошептал он. — Я хочу, чтобы ты кончила ещё раз.

Я чувствовала, как он продолжает пульсировать внутри меня, как движется, его толчки, как он хочет. Я чувствовала, как моё тело не переставая дрожать от прошлого раза, как мой жар еще не прошел, ловит новую волну. Я чувствовала, как я приближаюсь к новому пику. Меня трясет, я вся горю, сердце выпрыгивает из груди, я вся в испарине, я не понимаю, что со мной происходит, где я.

— Я держусь, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты кончила ещё раз.

Я посмотрела на него шокированными глазами, начала двигаться быстрее, послушно, изнывающе, на пределе. Мои движения стали глубже, интенсивнее. Я чувствовала, как он пульсирует внутри меня. Я чувствовала, как моё тело начинает трясти с неистовой силой, как мне становится тяжело дышать.

— Я сейчас, — выдохнула я.

— Давай, — сказал он.