Наталья Александрова – Тайна старой газеты (страница 22)
Ландскнехт наклонился и вытащил запыленную бутыль. Зубами вытащил пробку, понюхал содержимое и хотел уже попробовать, как второй солдат схватил его за плечо:
– Постой, Ганс! Что ты делаешь? А вдруг старый колдун хочет нас отравить? Пускай он первым попробует свое пойло.
– Ну что ж, пусть попробует.
Старик поднес бутыль к губам, сделал глоток и поморщился.
– Видишь, ничего худого с ним не случилось! – Первый ландскнехт отобрал у старика бутыль, жадно отпил из нее и расплылся в довольной улыбке: – Отличный шнапс! Присоединяйтесь, ребята! Здесь нам всем хватит, да еще и останется!
Солдаты выпили и заметно повеселели.
Заметив перемену в их настроении, доктор Фауст обратился к ним:
– Господа ландскнехты, а что вы скажете, если я предложу вам сыграть со мной в кости? Нет ничего лучше, как сыграть после хорошей выпивки!
– В кости? – Один из ландскнехтов оживился. – Отчего бы и нет? Да только что ты можешь поставить, старик?
– Вот эти два золотых талера! – Доктор показал солдатам монеты.
Ландскнехт жадно уставился на них.
– Отлично! А что ты хочешь взамен, если выиграешь?
– Если я выиграю, вы позволите мне побыть в моей лаборатории еще часок.
– Ну так и быть, сыграем!
– Только кости будут мои! – добавил старик.
– Что ж, пусть будет по-твоему!
Старик достал из шкафчика выцветший коврик в бледно-голубых цветах и расстелил его на каменном полу.
В ту же секунду случилось странное: келья чернокнижника непонятным образом увеличилась, каменное помещение превратилось в подобие огромного темного шатра, на внутренней поверхности которого зажглись ночные звезды.
– Что за чертовщина? – тихо и испуганно проговорил все тот же ландскнехт.
– Не обращайте внимания, – успокоил его старик. – Это обычная алхимическая трансмутация.
– Ну, если обычная…
Алхимик тем временем достал из того же шкафчика небольшую черепаховую коробочку, отделанную золотом и перламутром, открыл ее и вытряхнул в резной нефритовый стаканчик два кубика из черного вулканического стекла.
На гранях одного кубика были вырезаны широко открытые глаза, на гранях другого – человеческие ладони.
– С вашего позволения… – проговорил старик и выбросил кубики.
Они покатились и остановились у самого края коврика.
– Четыре глаза и три руки… комбинация «Возвращение на счастливую переправу», – проговорил алхимик.
– Какая комбинация? – недоуменно проговорил ландскнехт. – Какая переправа? Короче, кто выиграл, старик?
Тут он моргнул от неожиданной яркой вспышки, а когда снова открыл глаза, келья чернокнижника пропала.
Ландскнехты вместе с монахом-инквизитором шли по городской улице к дому алхимика.
Один из солдат удивленно огляделся по сторонам. Ему вдруг показалось, что однажды он уже шел по людной улице вслед за доходягой-монахом арестовывать старика чернокнижника…
Впереди, возле лавки мясника, дрались два дюжих парня. Вокруг них толпились зеваки, которые не могли пропустить такое увлекательное зрелище.
– Посторонитесь! – неприязненно приказал монах.
– Да пошел ты! – отмахнулся от него здоровенный возчик.
– Как ты, смерд, разговариваешь с представителем священной инквизиции?
– А вот так! – И возчик со всего маху ударил монаха по уху пудовым кулаком.
Тот покачнулся и упал. Глаза его закатились.
Ландскнехты, которые тоже загляделись на драку, бросились на помощь своему предводителю, но им мешали толпящиеся вокруг многочисленные зеваки. И никто из них не заметил, как из задней двери дома алхимика вышел неприметный человек, до самых глаз закутанный в черный дорожный плащ. Следом за ним поспешал дюжий слуга с небольшим окованным сундучком…
Охранники вышли, и Лиля огляделась. В комнате, куда ее привели, была только одна дверь, но она оказалась заперта.
«В какую же историю ты влипла, и чем это для тебя закончится?» – спросила Путова саму себя.
Судя по интонации охранника, ничего хорошего ее не ожидало…
Лиля решила, что дорого продаст свою жизнь, и стала судорожно вспоминать приемы самбо, дзюдо и кун-фу, которые когда-то изучала с тренером.
В эту минуту дверь открылась, и в комнату вошел высокий мужчина в образе леопарда – тот самый, который дал ей маску поросенка.
Лиля встала в боевую стойку, но мужчина насмешливо проговорил:
– Не дури! Пойдем отсюда, пока не поздно. Я тебя выведу.
– А ты вообще кто? – спросила Путова.
– Вот только этого не надо! – отмахнулся Леопард и, взяв Лилю за руку, вывел из комнаты.
Несколько минут они шли по полутемному коридору, как вдруг Леопард остановился и провел по стене рукой, и в ней открылся довольно узкий проход.
– Давай туда! – скомандовал мужчина.
Лиля заколебалась, и он прикрикнул:
– Давай, тебе говорят! Не тяни время! Мне что, уговаривать тебя придется?
Путова вздохнула и шагнула вперед, проход за ее спиной закрылся. Сделав еще один шаг и обо что-то споткнувшись, она включила телефон, посветила перед собой и увидела узкую железную лесенку. Выбирать не приходилось, и Лиля стала подниматься по ней, только сейчас осознав, что никакого платья на ней больше нет и одета она в обычные джинсы и куртку. Что ж, так гораздо удобнее.
Через несколько минут лесенка закончилась, и Путова оказалась перед железной дверью, закрытой на обычную задвижку. Отодвинув запор и толкнув дверь, Лиля вышла на улицу. Это была не Большая Монетная, на которой началось ее приключение, но такая же тихая, малолюдная улица старого центра.
Лиля двинулась вперед, перебирая в памяти события минувшего дня.
Навстречу ей попалась женщина с мальчиком лет шести. Увидев Путову, мальчуган удивленно уставился на нее и что-то зашептал матери. Та также тихо ответила, неодобрительно взглянула на Лилю и прибавила шаг.
Только теперь Лиля сообразила, что ее лицо до сих пор скрывает маска поросенка. Поспешно сняв, она хотела выбросить ее в мусорку, но потом передумала, решив, что маска может быть уликой…
В это время зазвонил телефон. Путова взглянула на дисплей – шеф, главный редактор газеты. Едва она ответила, как тот рявкнул:
– Путова! Ты где шляешься? Где тебя носит в рабочее время?
– Материал ищу! – ответила Лиля тоже на повышенных тонах. – И нечего на меня орать!
– Никто и не орет, – ответил шеф и действительно сбавил тон. – Срочно поезжай в Колокольный переулок. Там в доме номер пять библиотека горит. Посмотри, как и что, и чтобы к шести часам была заметка на полторы тысячи знаков!
Лиля хотела возмутиться, но шеф уже отключился.
– Ну, в своем репертуаре! – раздраженно процедила Лиля. – К шести часам – и полторы тысячи знаков! За кого он меня принимает? За принтер?
Тем не менее ехать было нужно.
Путова вышла на Большую Монетную, нашла свою машину и поехала к Владимирскому собору, недалеко от которого располагался Колокольный переулок.
Еще издали она увидела пожарную машину и толпящихся возле здания зевак. Огня или дыма не наблюдалось, но тротуар был залит водой. Должно быть, пожар уже потушили.
Припарковав машину в квартале от дома номер пять, Лиля направилась в сторону библиотеки, и когда была уже совсем близко, прямо перед ней распахнулось окно первого этажа, из которого довольно ловко выбралась женщина средних лет, показавшаяся Лиле знакомой.