Наталья Александрова – Тайна Голубиной книги (страница 37)
– Меня не интересуют твои подруги! – перебил ее похититель. – Меня не интересуют их женихи! Не отвлекайся! Что ты там нашла?
– Где? – Лариса вытаращила на него честные круглые глаза.
– На Фурштатской!
– Ворота, – ответила Лариса, – такие красивые кованые ворота, и на них латинское слово. Какое же на них было слово? – она наморщила лоб, припоминая. – Ах, ну да, «Ipsi»… то есть нет, «Ipso». Это на латинском языке значит «Самого» или «Самому»…
– Ты что – латынь знаешь? – недоверчиво осведомился похититель.
– Ну, совсем немножко, я же медсестра, приходится иногда названия лекарств разбирать… но вообще-то я это слово не знала, но ведь в Интернете можно любой перевод найти! Вот я и посмотрела это слово в Интернете…
– Ясно, – похититель поморщился. – Что было дальше?
– Дальше? – Лариса подумала несколько секунд. – А вот дальше я как раз поехала на Каменноостровский проспект. Там такой дом смешной – называется гауптвахта. Представляет, на доске так и написано: гауптвахта Каменноостровского дворца! Это что же, выходит, они жили во дворце – и все равно их сажали на гауптвахту, как простых солдат? – Лариса сделала глубокомысленную паузу и добавила: – Один мой знакомый служил в армии, так вот он там почти все время сидел на гауптвахте, только у них гауптвахта была совсем не такая, эта красивая, с колоннами, сразу видно, что не для простых людей, а для вип-персон…
– Не отвлекайся! Что ты там нашла?
– Где? – переспросила Лариса, хлопая глазами.
Она понимала, что не сможет бесконечно дурить этого человека, что скоро ее рассказ подойдет к логическому завершению – и тогда… тогда ей придется либо раскрыть все карты, либо познакомиться со средневековыми приспособлениями для пыток.
– Что ты нашла на Каменноостровском проспекте? – отчеканил похититель и скрипнул зубами от злости.
– Гауптвахту! – повторила Лариса. – А на ней – щит, а на щите – всего две буквы. Представляете – через весь город ехала всего из-за двух букв! Обидно, да?
– Какие буквы? – спросил злодей, пропустив остальные слова мимо ушей.
– Е и ха… то есть не ха, а икс, – уточнила Лариса. – Я в Интернете посмотрела – это просто предлог, что ли…
– Дальше!
– А дальше я поехала на Садовую, – продолжила Лариса, – в самый конец, возле Калинкина моста. Только я туда зря ездила, там уже ничего не было, там новый торговый центр строят. Хорошо я там старушку одну встретила, она мне и рассказала, что раньше на том месте был фонтан. Так я три слова собрала, а четвертое было на карте…
– На плане? – уточнил мужчина.
– А вот и не на плане, а на той карте, которой играют! Я же вам сказала, что в шкатулке были две карты – игральная и карта города. Так вот, я тогда все слова вместе сложила, и у меня получилось – «Пей из самого источника»…
– Ну, и что ты делала дальше?
– А дальше я опять влезла в Интернет и ввела эту фразу в поисковик. И мне выдали, что она – из речи этого, как его… Цицерона! Это такой деятель был в Древнем Риме… Он еще сначала очень плохо говорил, а хотел стать оратором. И он тогда набрал камней – маленьких таких, кругленьких, гальку, в общем, – и положил их в рот, и стал пытаться говорить.
– Это был Демосфен, дура! – не выдержал бритоголовый.
Лариса отметила, что он дошел уже от ее болтовни до крайней точки кипения. Но делать нечего, надо продолжать.
– Демосфен? – недоверчиво спросила она. – Ну надо же, сколько их! Только Цицерона выучишь – здрасте, пожалуйста, – оказывается, еще Демосфен какой-то… Только я не верю, потому что соседка наша – очень умная тетя, с двумя верхними образованиями, так она внука своего пыталась научить говорить таким способом. Он ни одной буквы не выговаривал правильно. Так она ему камней напихала в рот, он мало того что совсем замолчал, так еще и половину проглотил! Еле откачали…
– Ближе к делу, – процедил похититель, как видно, он мобилизовался и решил получить информацию во что бы то ни стало. А уж потом отомстить Ларисе за все.
– Ну вот, и там же я прочитала, что эта книжка есть в библиотеке театра на Галерной улице…
– Что-то уж больно ты умная, – с подозрением проговорил мужчина. – У меня складывается впечатление, что тебе кто-то помогал…
– Не, мне никто не помогал, – Лариса кокетливо захлопала глазами, – я все сама, все сама… А мне девчонки всегда говорили – больно ты умная, Лариска, трудно с тобой! У меня через это и с мужчинами отношения не складываются… Мужчина ведь как любит? Чтобы на людях глупости не болтала, его не позорила. А когда одни – чтобы была полной дурой… А я все наоборот…
– Ладно, твоя личная жизнь меня не интересует! Мы подходим к самому интересному – что ты делала в библиотеке на Галерной улице и что ты там нашла?
Лариса замешкалась.
Она действительно подошла в своем рассказе к самой важной и самой опасной части. Теперь ей предстояло решить, что она может рассказать похитителю, а о чем должна умолчать.
– Ну, значит, пришла я в этот театр, записалась на экскурсию. Когда они пришли в библиотеку, спросила, где у них хранится книжка этого Демосфена, то есть – тьфу! – Цицерона. А потом они пошли дальше, а я спряталась в библиотеке… подождала, пока они ушли…
Лариса закашлялась и жалобно взглянула на похитителя:
– Мне бы водички…
– Обойдешься! – отрезал тот. – Давай уже, подходи к делу!
И в этот драматический момент дверь крепостного флигеля с грохотом распахнулась и в помещение ворвались несколько человек в черных комбинезонах и закрывающих лица трикотажных масках.
Бритоголовый человек метнулся к задней двери.
Один из нападающих вскинул пистолет с длинным стволом, раздался негромкий хлопок, но похитителя уже не было на прежнем месте, он с поразительной ловкостью перепрыгнул через пыточный стол и оказался возле «Нюрнбергской девы».
– Не стрелять! – крикнул другой человек в черном, должно быть, начальник. – Взять живым!
Тем временем бритоголовый злодей откинул верхнюю створку «Нюрнбергской девы», залез внутрь железного чудовища и захлопнул за собой крышку.
– Ну вот, – удовлетворенно проговорил командир «черных», – отбегался, голубчик! Сам в ловушку залез, да еще и крышку за собой закрыл! Ну-ка, достаньте его оттуда! Только смотрите, осторожно – он, как я погляжу, мужик ловкий!
Двое бойцов с двух сторон подошли к «Железной деве», приготовили оружие и разом откинули крышку.
На лицах у них проступило удивление и разочарование.
– Ну, что там? – раздраженно спросил старший.
– Нету его, – ответил один из бойцов.
– То есть как нету? – в голосе старшего раздражение переросло в гнев. – Ведь я сам видел, как он туда залез!
– Мы тоже видели, но теперь его там нет!
Старший подошел к открытому саркофагу и недоверчиво заглянул внутрь.
– И правда нет! – протянул он удивленно. – Как же так… мы же все видели…
Он нагнулся над «Железной девой», пошуровал внутри ее руками и вдруг прорычал:
– Там люк внутри! Через люк ушел, сволочь! Ну все, теперь уже не догонишь!
До этого момента на Ларису никто не обращал внимания. Она сидела, привязанная к железному стулу, и гадала, что ее ждет и чем ей грозит появление на сцене новых персонажей. Кто это такие и откуда они взялись в этом подвале, она совершенно не представляла. Однако здравый смысл подсказывал ей, что вряд ли эта компания явилась ее спасать.
Теперь же старший группы заметил ее, подошел и мрачно посмотрел сквозь прорези своей шапочки. Затем повернулся к своим людям и скомандовал:
– Отвязать. Взять с собой.
Двое бойцов в черных масках подошли к Ларисе, отвязали от железного кресла и грубо, как неодушевленный предмет, потащили к выходу. Она хотела было возмутиться таким обращением, но тут ей надели на голову мешок.
Теперь можно было сколько угодно возмущаться – проку от этого не было никакого. Ларису куда-то проволокли, втолкнули в машину, и тут же заработал мотор, и они куда-то поехали. Она не представляла, куда ее везут, даже представление о времени было весьма приблизительным. Может быть, ее везли час, а может быть, всего десять минут. Наконец машина остановилась, Ларису вывели, протащили по улице, втолкнули в какую-то дверь. Судя по ощущениям, завели в кабину лифта, и лифт тронулся, но не вверх, а вниз.
Ехали недолго, снова куда-то вели, хлопнула дверь, и наконец с нее сняли мешок.
Лариса стояла посреди небольшой, практически пустой комнаты, ярко освещенной галогенными лампами. Из обстановки в комнате имелся стол, два стула и стеклянный шкафчик с медицинскими инструментами и препаратами.
За столом сидел плотный мужчина лет сорока с коротко стриженными седоватыми волосами и бледно-голубыми, словно вылинявшими от яркого солнца глазами.
– Садитесь, – проговорил он, указывая Ларисе на свободный стул. – Садитесь, разговор у нас будет долгий.
– Мне с вами не о чем разговаривать, – огрызнулась Лариса, – и сидеть я не хочу…
– Ну, как хотите. – Мужчина пожал плечами. – Если хотите стоять, ваше дело…
Лариса подумала и села.
Неприязненно глядя на мужчину, она проговорила:
– Немедленно отпустите меня! Схватили, надели мешок на голову, привезли бог знает куда… какое вы имеете право?.. Вы вообще кто такие?