Наталья Александрова – Секрет сына Зевса (страница 6)
В кабинете мастера ногтевого дизайна, как представилась мне разбитная девица не первой, скажем так, молодости, действительно, было просторно и удобно. Девица выложила передо мной палитру цветов и занялась моими руками вполне профессионально. При этом она болтала, не закрывая рта.
Через десять минут я уже была полностью в курсе ее личных проблем. Она приехала в наш город давно, одиннадцать лет назад, привез ее один такой… Обещал жениться, да продинамил. Ну, на ребенка давал какие-то деньги первое время, а потом сбежал. А потом еще один тут предложил ей замуж, она и пошла, да только оказался таким козлом, нигде не работал, жил за ее счет, она и развелась с ним, так что теперь сама себе хозяйка, на себя и дочку как-нибудь заработает. Честно говоря, я не очень ее слушала, не вникала в подробности, так что не могу с уверенностью сказать, в какой последовательности всё было – не то муж сбежал от нее, не то хахаль продинамил и выгнал. Она так много болтала, что у меня голова заболела, и думается мне, что не станут ее держать в дорогом салоне – не тот уровень.
Я машинально поддакивала, перебирая палитру, как вдруг она спросила:
– А ты давно развелась?
Ага, она уже, оказывается, с клиентками на «ты». Ну, точно не станут держать в дорогом салоне! Это была здравая мысль. Но она повторила вопрос:
– Ты давно развелась-то?
– Да с чего ты взяла? – Я даже отдернула руку, так что она едва не поцарапала ее. – Я вообще замужем никогда не была!
– Ага, как же, вон след от кольца обручального… – усмехнулась мастерица.
И в ярком свете специальной лампы я увидела тонкую полоску на безымянном пальце правой руки. Странно, я раньше никогда ее не замечала. Свет, что ли, тут какой-то особенный, всё подчёркивает…
До болтливой девицы наконец дошло, что не стоит так приставать к человеку, этак можно всех клиенток растерять, а их в салоне и так пока немного. Я выбрала цвет гель-лака, и больше мы темы развода не касались.
Парикмахерша оказалась полной противоположностью болтушке. Она была приветлива и улыбчива, двигалась вроде бы не спеша, без лишней суеты.
– Вы давно краситесь в блондинку? – поинтересовалась она.
– Всегда.
И правда, у меня глаза серо-голубые, кожа светлая, быть блондинкой мне идет.
– Но ведь это не ваш натуральный цвет… Я вовсе не предлагаю вам вернуться к натуральному, – заторопилась она, видя, что я нахмурилась. – Но можно же попробовать что-то другое…
Она не сказала «новое», а именно «другое». Я улыбнулась ей в зеркале. В конце концов, почему бы и нет?
Пока сохла краска, прибежала молоденькая девчонка и сделала мне брови потемнее, сказала, что это совершенно новая технология и продержится гораздо дольше. А потом еще визажистка дала бесплатную консультацию по поводу цвета помады и тональника. В общем, я ушла несколько обалдевшая от своего нового облика, а Милка затерялась где-то в дебрях салона.
Я подъехала к дому, припарковала машину на привычное место, заглушила мотор, вышла, поставила на сигнализацию и направилась к подъезду. И вдруг передо мной как будто из-под земли появились два крайне неприятных и подозрительных типа. Один – высокий, с вислыми усами и глазами навыкате, второй – низенький и круглолицый, тоже с усами, но у него усы топорщились, как у кота. «Как у помойного кота», – подумала я с неприязнью. Приглядевшись, я решила что первый, тот, у которого усы висят, похож на огромную крысу. Это сходство увеличивали маленькие красные глазки и длинный, подвижный нос. Хороша парочка – крыса-переросток и помойный кот!
– Куда торопишься? – промурчал похожий на кота, и сходство его с этим животным стало еще заметнее.
– Не твое дело! – резко ответила я и взглянула на отвратительную парочку с высокомерной неприязнью, чтобы не выказать свой испуг. «А чего мне, собственно, бояться? – подумала я. – Я, считай, дома, а дома и стены помогают…»
– А может быть, как раз мое! – не унимался круглолицый. – Может, у меня к тебе разговорчик имеется!
И оба незнакомца встали прямо передо мной, перегородив мне дорогу к подъезду.
– Не бойся, – включился в разговор длинноусый. – Мы тебе ничего плохого не сделаем. Прокатишься с нами в машине… – И он начал теснить меня к серому «Фольксвагену», припаркованному возле магазина. – Покатаемся полчасика, – гнусил длинноусый, – на это же место и привезем…
– А ну, пропустите меня! – прикрикнула я, пытаясь протиснуться между ними. Я всё еще хорохорилась, но чувствовала, что дело плохо.
– Ишь какая упрямая! – проворчал с угрозой круглолицый. – Ну что ты упираешься, всё равно будет по-нашему…
Тут вислоусый схватил меня за руку и потащил к серой машине. Рука у него была холодная и влажная. И очень сильная. Прикосновение его было очень противным – словно меня и правда схватила за руку огромная красноглазая крыса.
Я в панике заозиралась, чтобы позвать кого-нибудь на помощь. Обычно у нашего дома кто-нибудь ошивается – то Катька курит возле своего магазина, то дворник Ахмет подметает тротуар, то гуляет кто-нибудь из собачников, но тут, как назло, не было ни души. Только старушка со второго этажа брела, опираясь на палку. Но от нее какая помощь? На нее ветер дунет – она и переломится.
Тем не менее я громко окликнула ее:
– Бабушка! Позовите Константина, скажите, что ко мне какие-то козлы пристают!
Про Константина я придумала на ходу, надеясь таким образом отпугнуть хулиганов.
– Козлы? – процедил круглолицый. – Ты слышал, Мотыль, она нас козлами обозвала!
– Константина? – переспросила бабулька, удивительно быстро для своего возраста и ветхого вида приближаясь к нам. – Какого Константина? Не знаю никакого Константина! – И она остановилась, опершись на палочку.
Я поняла, что ждать от нее помощи не приходится, нужно рассчитывать только на свои силы, и пнула долговязого хулигана в колено. То есть хотела пнуть, но его нога непонятным образом сместилась в сторону, так что я потеряла равновесие и чуть не упала.
Зато бабулька внезапно выпрямилась и врезала с размаху своей клюкой долговязого под колено. Тот споткнулся, оглянулся и вызверился на старушку:
– Ты что, бабка, совсем из ума выпала? Проваливай быстро, пока я добрый! Я вообще-то старых людей не обижаю, но если ты меня разозлишь…
– Ась? – переспросила старуха, приложив руку к уху ракушкой, и тут же сильно ткнула Мотыля своей палкой в живот.
Тот охнул, отпустил мою руку, согнувшись шагнул к старухе и занёс кулак для удара, но она как-то хитро подсунула палку ему под ноги, он споткнулся и со всей дури грохнулся на асфальт.
Круглолицый, который до того молча наблюдал за происходящим, удивленно уставился на старушку и бросился к ней, угрожающе размахивая кулаками, как ветряная мельница крыльями. Старушонка попятилась и с неожиданной ловкостью отскочила в сторону.
В это время из магазина вышел знакомый мне бритоголовый тип с третьего этажа, кажется Павел, со своим неизменным пёсиком под мышкой. Похожий на кота субъект не успел остановиться и с разбега налетел на моего бритоголового соседа. Павел только легонько ткнул его кулаком в живот, отчего круглолицый хулиган отлетел на два метра.
Он поднялся на карачки и прошипел:
– А ты чего здесь вмешиваешься? Это не твое дело! Вали отсюда!
– А ты еще кто такой, чтобы мне предъявы кидать? – набычился бритоголовый. – Я здесь живу, значит, здесь мои порядки, а тебя чтобы через секунду поблизости не было, или ноги обломаю!
Долговязый собрал себя с асфальта и двинулся на Павла.
– Это еще кто? – заскрежетал он.
– Да вот нарисовался какой-то лысый качок и умничает! – ответил круглолицый, потирая живот.
– Я его быстро умничать отучу! – И долговязый бросился на моего соседа.
Павел ловко увернулся, поставил пёсика на тротуар и сказал ему:
– Фунтик, подожди, мне тут разобраться нужно!
Мотыль сгруппировался и снова атаковал Павла. Причем почти попал ему кулаком в челюсть. Но Павел всё же в последний момент закрылся локтем и в свою очередь провел прямой удар в живот долговязого. Тот охнул, согнулся пополам, но удивительно быстро пришел в себя и снова двинулся на Павла. Но в это время Фунтик молча подскочил к нему, подпрыгнул и цапнул острыми зубами за щиколотку.
Долговязый запрыгал на одной ноге, безуспешно пытаясь сбросить пёсика, но тот вцепился в него, как клещ. А Павел несколько раз ударил противника в челюсть и в живот, так что тот окончательно скис, а потом ловким броском перекинул его через плечо и швырнул на тротуар рядом с серым «Фольксвагеном».
Круглолицый коротышка бросился было на помощь своему приятелю, но у него на пути оказалась старушка, про которую все забыли. Бабуля ловко взмахнула своей волшебной палкой, ноги у коротышки заплелись восьмеркой, и он рухнул на тротуар. Но пролежал недолго, быстренько поднялся, здраво оценил ситуацию и бросился к машине. По дороге он помог своему напарнику подняться и втащил его в «Фольксваген».
Серая машина обиженно фыркнула мотором и умчалась, оставив после себя запах глубокого разочарования.
Поле боя осталось за нами – за мной, Павлом с Фунтиком и удивительной старушкой. Причем моя роль в этой победе была минимальной, даже малышка Фунтик и тот внес в нее куда более заметный вклад.
Павел, проводив взглядом серый «Фольксваген», повернулся ко мне и лаконично осведомился: