Наталья Александрова – Попугай на передержке (страница 19)

Дверцы захлопнулись, и машина укатила. Оживленная толпа текла по Невскому, как будто ничего не случилось.

Весь эпизод занял от силы полминуты.

– Что это было? – испуганно прошептала Лола, вцепившись в своего компаньона.

– По-моему, понятно. Карманник снял с моей карты деньги, и его тут же прихватили, подумав, что это я. Удивительно, как быстро они отреагировали. Выходит, у них очень большие возможности. И это очень плохо…

– Одного из них я узнала, – проговорила Лола. – Блондин с водянистыми голубыми глазами. Когда я ловила машину, он подъехал вторым и предложил меня подвезти. Но я отказалась – ты же велел мне садиться только в третью машину…

– Да, я его тоже видел, – кивнул Маркиз. – В Северном парке, около ресторана… и потом…

– И что же нам теперь делать?

– Для начала мы знаем, чего делать нельзя. Нельзя возвращаться домой, нельзя пользоваться банковскими карточками, нельзя выходить в Интернет.

– Как тогда жить? – трагическим тоном воскликнула Лола.

– Платить наличными, новости узнавать по радио…

– А жить где?

– Вот этим мы сейчас и займемся…

– Ты можешь, наконец, объяснить мне, что происходит? – звенящим голосом произнесла Лола. – Еще утром я была нормальным человеком – с квартирой, друзьями, деньгами, с домашними любимцами, а теперь мало того что я бомж, как и ты, так тебя еще разыскивают какие-то подозрительные и очень опасные люди. Что ты натворил, Леня? Во что тебя угораздило ввязаться? Мы так хорошо провели последнюю операцию, ты сам сказал – без сучка без задоринки. Заказчица, как же ее… Коноплева…

– Ее убили! – бухнул Маркиз.

– Как? – ахнула Лола.

– Не знаю как, знаю где, сам там был, еле ушел. Кому-то очень нужно было, чтобы меня обвинили в ее убийстве. А когда у них не вышло, они решили меня убить. Аварию подстроили. Хорошо Ухо за рулем был, он справился. Руку только сломал, я его в надежное место пристроил. Да не тормози ты, прибавь ходу! Не отставай!

– Как я могу не отставать, когда ты такое говоришь, – Лолин голос прерывался. – Ленечка, мне страшно! И что ты все время эту кепку натягиваешь?

– И тебе бы неплохо что-нибудь на голову надеть. Тут везде камеры. У них, судя по всему, очень большие возможности.

– Да у кого – у них? – взвыла Лола.

– Сам не знаю. – Леня еще ниже наклонил голову.

И тут Лола уверилась, что дело и правда плохо. Если ее компаньон признается, что ничего не знает и не понимает, стало быть, все и правда очень серьезно. Обычно он хорохорится, твердит, что все схвачено и у него есть план. Даже когда никакого плана нет. Но если, вот как сейчас, говорит, что не знает, кто его враги и чего от него хотят, тогда… да такого еще ни разу не было!

– Ой! – Лола зажала рот рукой.

– Ну что еще… – Маркиз оглянулся.

– Ничего, камешек в ботинок попал.

Лола решила не показывать, как ей страшно, не время сейчас. Тем более что никто не бросится ее утешать и защищать, у Лени и без нее забот хватает.

Как мы уже говорили, много лет назад Леня окончил цирковое училище. В этом училище занимались будущие цирковые артисты, родившиеся в нашем городе или приехавшие из разных концов огромной страны. Как у всякого учебного заведения, у этого училища имелось общежитие для иногородних студентов. Это общежитие располагалось в бывшем доходном доме на Фонтанке, который в честь знаменитого итальянского наездника и основателя Санкт-Петербургского цирка назвали домом Чинизелли.

У самого Лени было тогда жилье – он жил вместе со своей бабушкой в большой коммунальной квартире в районе знаменитой Сенной площади. Но он часто бывал в общаге – на студенческих вечеринках или по делам романтического характера.

И вот сейчас они с Лолой отправились в дом Чинизелли.

Они подошли к большому шестиэтажному зданию дореволюционной постройки, занимавшему целый квартал вдоль Фонтанки. Фасад здания недавно подремонтировали – стены были покрашены гламурной розовой краской, мускулистые кариатиды, которые поддерживали балконы третьего этажа, сверкали свежей побелкой, как будто только что побывали в салоне красоты.

Правда, на балконах уже флиртовали многочисленные голуби, так что зданию скоро снова понадобится косметический ремонт.

Леня не задержался возле парадного входа, он сразу же свернул в дворовую арку. Здесь, в углу первого двора, находился вход в хорошо знакомое ему общежитие.

За дверью сидела полноватая особа средних лет в розовой вязаной кофте и модных очках в оправе со стразами. Она читала роман в яркой глянцевой обложке, но при появлении Лолы и Маркиза оторвалась от чтения и строго проговорила:

– Пропуск!

Леня вытянул вперед правую руку, развел пальцы веером, и вдруг в его руке неизвестно откуда появилась книжечка пропуска. Вахтерша поправила очки, вглядываясь в пропуск, потянулась к нему, взяла двумя пальцами, словно собираясь получше разглядеть, и вдруг пропуск исчез так же внезапно, как появился.

– Просрочен, – проговорила вахтерша.

– Может быть, этот… – в руке Маркиза появилась вторая такая же книжечка.

Вахтерша снова брезгливо взяла пропуск – и снова, как первый раз, пропуск исчез, словно растворился в воздухе. Однако на этот раз вместо него в руке вахтерши появилась шоколадка в яркой обертке.

– Ну что, тетя Зина – этот пропуск годится? – спросил Леня.

– С лесными орехами, моя любимая! – улыбнулась вахтерша и внимательно пригляделась к Маркизу: – Ленечка, это никак ты? Сколько же лет мы не виделись? Где ты был – на гастролях?

– Можно сказать, на гастролях, – подтвердил Леня. – Познакомьтесь, тетя Зина, это Лола, моя ассистентка! Лола, а это тетя Зина… когда-то давно она показывала замечательные фокусы.

– Ах, как давно это было! – мечтательно вздохнула вахтерша. – А ты помнишь, Ленечка, какой уникальный номер мы показывали с Левоном Абгаровичем?

– Еще бы! Летающая женщина! У вас всегда был аншлаг! Публика визжала и плакала от восторга!

– Как давно это было! – повторила вахтерша. – Ленечка, а что тебя к нам привело? Вряд ли ты пришел просто навестить меня.

– Я мог бы сказать, что пришел только из-за ваших прекрасных глаз, да боюсь, Лола приревнует!

– Вот еще! – фыркнула Лола.

– Вы мне льстите, – усмехнулась тетя Зина. – Так все-таки что тебе нужно?

– Тетя Зина, мне нужно на какое-то время надежное убежище. Дайте мне ключ от номера семнадцать-Б.

– Леня! – Вахтерша посмотрела на Леню поверх очков. – В какую историю ты влип?

– Если бы я сам знал! Мне для того и нужно убежище, чтобы разобраться, в чем дело.

– Ну ладно, в память о прежних временах… так и быть, держи. Правила ты помнишь.

Она выдвинула из тумбочки верхний ящик, в котором лежали сахар и чайные пакетики, пошарила в нем рукой и достала ключ с фигурной бородкой, который был приклеен к дну ящика скотчем.

Протянув ключ Лёне, она на мгновение придержала его и строго проговорила:

– Надеюсь, ты не замешан в каком-то серьезном криминале?

– Что вы, тетя Зина! – Леня сделал честные глаза. – Разве бы я пришел к вам в таком случае?

– Смотри у меня! Куда идти, помнишь?

– Обижаете!

Лола и Маркиз вышли в коридор. Лола тут же сердито взглянула на своего компаньона и процедила:

– Вот, значит, как!

– Ты это о чем? – Леня посмотрел на Лолу взглядом воплощенной невинности. – Ты что, ревнуешь к тете Зине?

– Только этого мне не хватало! – фыркнула Лола. – Вообще, с какой стати я стану тебя ревновать? Кто ты мне?

– Ну, не знаю… а тогда в чем дело?

– Нет, ты не ответил. Кто ты мне?

– А я думал, это риторический вопрос, не требующий ответа… ну, ты же знаешь – мы с тобой компаньоны… соратники… ты моя боевая подруга, надежный, проверенный товарищ…

– Вот именно – компаньоны! А ты представил меня этой старой галоше как свою ассистентку! Я не стала при ней возмущаться – это было бы слишком унизительно, но теперь я требую прямого и честного ответа! Я всегда знала, что ты меня не уважаешь и не считаешь равноправным партнером!

– Лолочка, как ты могла подумать! Я очень тебя уважаю и ценю, а представил тебя ассистенткой, потому что старому цирковому человеку это понятнее. В цирке это обычное дело… кстати, мы уже пришли, так что пока отложим этот разговор!