Наталья Александрова – Ключ от страха (страница 26)
Гипнотизер направился к справочной, перед которой стояла очередь из трех человек. За окошком сидела угрюмая женщина средних лет в белом накрахмаленном халате и очках в металлической оправе.
Тина огляделась по сторонам и заметила в углу приоткрытую дверь. Заглянув в нее, обнаружила маленькую комнатку вроде прихожей. Дальше была еще одна дверь, за которой раздавались оживленные голоса, – там дежурные медсестры пили чай. Возле двери висело большое зеркало, рядом на вешалке – несколько медицинских халатов. Тина быстро сдернула один из них подходящего размера, надела поверх своей одежды. В кармане, к счастью, оказалась белая косынка и марлевая маска. Повязав косынку и надев маску, Тина взглянула в зеркало. Теперь ее трудно было узнать.
Повинуясь какому-то внезапному порыву, она переложила в карман халата семиконечную звезду, а сумку и пальто повесила на стойку и прикрыла какой-то простынкой. Так, что еще… кошелек и мобильный телефон с собой взять… Жалко сумку, если попрут, а уж пальто-то как жалко… Ну ладно, теперь вперед.
Вдруг дверь открылась, в прихожую вошла строгая женщина в таком же, как у Тины, халате. Она удивленно взглянула на девушку и хотела что-то сказать, но Тина попятилась, машинально сжав в руке металлическую звезду. В строгом лице женщины что-то переменилось, она скользнула по Тине невидящим взглядом и прошла мимо, будто та была пустым местом.
Тина перевела дыхание и решительно направилась к справочной.
Гипнотизер как раз подошел к окошку.
Тина встала неподалеку, чтобы видеть его и слышать, и сделала вид, что разговаривает по мобильному телефону.
Черный человек почувствовал какое-то беспокойство, повернулся к ней. Тина сунула свободную руку в карман, сжала звезду, она и на этот раз помогла. Гипнотизер скользнул по Тине равнодушным взглядом, склонился к окошку.
– У вас в больнице лежат две женщины – Варвара Семеновна Красношеева и Александра Ильинична Скверская. Поступили два дня назад. Я хочу узнать…
– Погодите, мужчина! – оборвала его тетка за окошком. – Я одна, а вас много. И я живой человек, а не компьютер. Что вы мне сразу кучу вопросов задаете? Вы по одному задавайте…
– Хорошо. Значит, сначала насчет Красношеевой… В каком она отделении, в какой палате, каково ее состояние?
– Подождите… – женщина застучала пальцами по клавишам компьютера, – Красноносова… Краснорукова… Ага, вот Красношеева… Хирургическое отделение, четвертый этаж, четырнадцатая палата. Состояние средней тяжести…
– Средней тяжести… – машинально повторил гипнотизер. – Теперь, пожалуйста, посмотрите вторую пациентку – Александру Ильиничну Скверскую.
– Скверская… – Дежурная снова склонилась над клавиатурой и вскоре сообщила: – А Скверская ваша в палате интенсивной терапии, то есть в реанимации. Это на пятом этаже. Состояние тяжелое…
– Выпишите мне пропуск. К ним обеим. Мне необходимо их срочно посетить.
– Что? – Женщина уставилась на посетителя поверх очков. – Мужчина, вы думаете, что говорите? Вы на часы смотрели? У нас посещения только с двенадцати до девятнадцати! И только близким родственникам! Если вы близкий родственник, приходите завтра в приемные часы, тогда я вам, может быть, и выпишу пропуск, но только к Красношеевой, в реанимации посещения запрещены! А сейчас вообще ни к кому и ни в коем случае! Я не хочу из-за вас работу потерять!
– Вы ничего не потеряете! – Мужчина склонился к самому окну и проговорил медленно, внятно: – Раз, два, три, четыре…
– Вы это что… – забормотала дежурная, – вы это почему… вы что это считаете…
Затем она замолчала и замерла, словно превратилась в статую.
– Выпишите мне пропуск, – властно проговорил гипнотизер.
Ни слова не говоря, дежурная достала из стола листок, что-то на нем написала и покорно протянула, гипнотизер спрятал бумажку в карман, потом щелкнул пальцами и сказал:
– Можете проснуться.
– Так вот, – продолжила дежурная с прежнего места, – приходите завтра, тогда, может быть…
– Непременно! – И мужчина отошел от окошка.
Тина направилась следом за ним, но черный человек успел войти в лифт, дверцы которого тут же закрылись. Она нажала кнопку вызова, через минуту подъехала вторая кабина. «Хирургическое отделение, четырнадцатая палата, четвертый этаж…» – вспомнила Тина слова дежурной.
Лифт остановился прямо напротив стеклянной двери с надписью «Хирургическое отделение». Тина толкнула ее и вошла в ярко освещенный коридор. Навстречу ей, насвистывая, шагал высокий парень в голубой медицинской униформе. Увидев девушку, нахмурился, хотел ее о чем-то спросить, но на этот раз Тина, не колеблясь, сунула руку в карман и сжала металлическую звезду. Парень удивленно моргнул, на лице его проступила растерянность, словно он безуспешно пытался что-то вспомнить, но потом отвернулся от Тины и прошел мимо.
«Какая полезная звездочка, – подумала она, шагая по коридору, – прямо как шапка-невидимка. Даже лучше, шапка не всякому идет».
Перестав чему-либо удивляться – как известно, человек привыкает ко всему, – она шла вперед, читая на дверях номера палат. Третья, четвертая, пятая… после шестой палаты коридор повернул под прямым углом. Впереди виднелся стол дежурной сестры, возле него, ссутулившись, стоял гипнотизер и считал:
– Шесть, семь, восемь…
Тина увидела дверь четырнадцатой палаты, сжала рукой звезду и скользнула внутрь.
В палате лежали четыре женщины, среди них Тина не сразу узнала библиотекаршу. Она помнила строгую монументальную особу в синем несгибаемом костюме, здесь же в постели лежала рыхлая обрюзгшая женщина преклонного возраста в больничной ситцевой рубахе и с синяками под глазами.
При появлении посетительницы она пошевелилась и хотела что-то сказать, но Тина крепче сжала звезду, прижала палец к губам и скользнула за ширму, стоявшую возле окна. Едва она успела скрыться, дверь палаты открылась, и вошел черный человек.
При его появлении одна из соседок Варвары Семеновны проснулась и проговорила обиженным писклявым голосом:
– Вот ходят и ходят к некоторым… и ночью, и днем – никакого покоя нету! А в моем возрасте и состоянии нужен покой! А если ты ходишь, так хоть бы конфеткой угостил! В моем возрасте и состоянии очень нужны углеводы!
Гипнотизер повернулся к ней и строго велел:
– Спать! – Та тут же заснула, выводя носом художественные рулады, а он внимательно взглянул на Варвару Семеновну: – Ну как вы? Как ваша память?
– Кто вы? – пролепетала библиотекарша, приподнимаясь на локте. – Я вас знаю?
– Нет, не знаете! – отрезал черный человек. – Видите меня первый раз в жизни!
– Первый? – недоверчиво переспросила Варвара Семеновна. – По-моему, я вас уже видела… тогда… в библиотеке… Вы еще спорили с Александрой Ильиничной… и книжки разлетелись…
– В библиотеке? Но вы ничего не помните о библиотеке, особенно о том дне, когда там случилось… Впрочем, там ничего не случилось, и вы там никогда не бывали.
– Не бывала… – удивленным голосом повторила женщина. – И вас я никогда не видела…
– Вот теперь другое дело! – удовлетворенно заявил посетитель. – Вот теперь я вами доволен!
– Вот теперь тебя хвалю я, – с выражением продекламировала библиотекарша, – вот теперь тебя люблю я, вот теперь-то ты, грязнуля, Мойдодыру угодил…
– Это можно, – разрешил черный человек и покинул палату.
Варвара Семеновна протянула руку к двери и снова принялась декламировать:
– Уж сколько раз твердили миру, что лесть гнусна, вредна, но только все не впрок, и в сердце льстец всегда отыщет уголок. Вороне где-то бог послал кусочек сыру… – Тина вышла из-за ширмы, подошла к Варваре Семеновне. Та взглянула на нее с укоризной и продолжила выразительным, хорошо поставленным голосом: – На ель ворона взгромоздясь, позавтракать было совсем уж собралась, да призадумалась…
Тина покачала головой: ну и гипнотизер!
Она поправила одеяло и вышла из палаты – помочь Варваре Семеновне она все равно ничем не могла, остается надежда только на то, что время лечит все. С другой стороны, совсем неплохо, что библиотекарша не вспомнит теперь, кто же приложил ее по голове бюстом Крылова. И вообще, если подумать, ведь она была с ними заодно. Если бы она сразу сказала Тине, как найти Александру Ильиничну, то, возможно, ничего бы с ней и не случилось. А то наврала на голубом глазу, что такая у них в библиотеке не работает. Вот и пускай теперь басни декламирует.
– А сыр во рту держала! – донеслось из палаты.
«На ту пору лиса близехонько бежала…» – всплыло в голове у Тины.
Что за черт, неужели она заразилась от Варвары Семеновны?
Дежурная сестра спала, уронив голову на стол. Человека в черном уже не было видно, и Тина спохватилась: ведь он хотел навестить не только Варвару Семеновну, но и Александру Ильиничну! Что, если и с ней он проделает свои гипнотические фокусы? Что, если и Александра Ильинична потеряет память? А ведь Тина рассчитывала только на нее! Только она может объяснить странные события в библиотеке!
Нужно срочно ее спасать!
Тина покинула хирургическое отделение, направилась к лифту.
Дежурная в справочном окне сказала, что палата реанимации, где лежит Александра Ильинична, находится на пятом, всего на один этаж выше хирургии…
Лифт был занят, и, чтобы не дожидаться его, Тина взбежала по лестнице.
Перед входом в отделение интенсивной терапии сидела медсестра средних лет. Ее пустые остекленевшие глаза бессмысленно таращились в стену, она никак не реагировала на внешний мир. Все ясно, гипнотизер здесь уже побывал, что неудивительно – он опережал Тину на несколько минут…