Натализа Кофф – Табу на любовь (страница 18)
Я слышала, как мое собственное сердце гулко колотится о ребра, грозя выскочить из груди. И я лишь усилием воли заставила свое тело застыть.
Не может быть, чтобы Роман разглядел меня в темноте. Украдкой выдохнула, когда Львовский двинулся к своей машине. Открыл дверь, сел за руль.
Еще мгновение я ждала, когда мощная тачка Львовского покинет место парковки. И только тогда я выползла из своего укрытия на свет. Взбежала по ступеням и, прежде чем толкнула дверь, почувствовала, как затылок покалывает тысячью игл.
Даже не оборачиваясь, я поняла, кто смотрит на меня. Но все же проверила свои догадки.
Роман сидел за рулем. Автомобиль находился на проезжей части, но не торопился вклиниваться в поток транспорта. Водитель дорогого авто, повернув голову, сверлил меня своим диким и пристальным взглядом.
Я знала, что этот мужчина способен наброситься на меня даже здесь, под порывами ледяного ветра. Возможно, он утащит меня в свою машину. Или велит врачу выметаться, а сам овладеет мною прямо там, у стены, где целовал совсем недавно.
И я не шевелилась, будто ждала его приговора. И сама не знала, как долго я смогу оказывать сопротивление человеку, который велел доктору стать волшебником и исцелить моего пса после столь чудовищных повреждений.
Львовский, наконец, вышел из машины, оставив дверь распахнутой, а двигатель — тихо урчащим.
Мужчина медленно двигался в мою сторону. А я не знала, стоит ли мне скрыться в помещении клиники или умчаться без оглядки как можно дальше.
Роман замер на нижней ступени. Рукой я вцепилась в дверную ручку, не надавливая на нее, но и не выпуская. Точно держалась за нее, как за спасательный круг.
— Два дня, Ратти, — произнес он низким, с нотками хрипотцы, голосом.
В мужской руке мелькнула та самая визитка, которую я отказалась брать в прошлый раз. Роман не стал ждать, пока я прикоснусь к ней пальцами. Сам вложил картонный прямоугольник в карман моей куртки.
— И не дай бог, я увижу Барсука рядом! — зло выплюнул он, не касаясь больше меня. — Пару дней протянет без тебя!
Львовский ушел, не оглядываясь, сел в машину и исчез за ближайшим светофором. А я прикрыла глаза.
Боже! Что мне делать с этим жутким и странным мужчиной?
А с собой?
— Могу ли я оплатить ваши услуги картой? — вежливо спросила я, когда врач впустил меня в кабинет, где лежал мой Суми.
— Ваш друг уже оплатил все услуги, — хмыкнул врач. — Покрыл все расходы за операцию. А также весь курс реабилитации. И оставил щедрое вознаграждение за ночное дежурство.
Я хотела бы пару раз приложиться лбом о стену. Но передумала.
Львовский не только спас моего пса, еще и рассчитался за его дальнейшее лечение.
Одновременно с чувством благодарности меня захлестнул и гнев. Думает, оплатит мои счета, и я тут же примчусь к нему? А вот и не угадал!
Я не собиралась потакать капризам избалованного миллионера и жениха сводной сестры. Просто планировала узнать номер счета Львовского и перевести нужную сумму денег.
Я уже строила планы о том, как буду избегать этого жуткого типа. И была уверена, что мне необходимо как-то «протянуть» еще три недели. А потом, после свадьбы, Львовский точно отстанет от меня. У него будут гораздо более серьезные заботы, чем преследование моей скромной персоны.
Мне казалось, что свадьба все расставит по своим местам. И я не ошиблась. Почти.
Утром позвонила Дашка. Потребовала, чтобы я явилась в указанный ею свадебный салон, который принадлежал самому элитному дому моды страны.
— Если не появишься, я приволоку тебя за волосы! — пригрозила она.
Я собиралась отказаться. Даже открыла рот, чтобы ответить очередную колкость, на которых строилось наше с сестрой общение. Но в последний момент коротко произнесла:
— Хорошо!
И отключила телефон.
Пусть. Так тому и быть. Что я теряю? Примерка платья — не трагедия.
Доктор оказался замечательным специалистом. К обеду Сумрак уже смотрел на меня своими преданными и умными глазами. Я не хотела оставлять пса в клинике. Но врач убедил меня, что именно здесь за ним будет постоянный и квалифицированный присмотр.
— Я скоро вернусь, Суми! — пообещала я псу.
Тот тихонько заскулил, проводил меня взглядом до самой двери.
— Не переживайте, — вежливо улыбнулась помощница доктора. — Он идет на поправку.
Я кивнула, посмотрела на пса сквозь небольшое окошко в двери и оправилась домой.
Сославшись на болезнь, сообщила куратору и старосте группы о том, что еще пару дней не появлюсь на занятиях.
Труднее было отпроситься с работы. Пришлось долго убеждать Сашу, что у меня все отлично, в помощи не нуждаюсь, меня сразила всего лишь простуда, а Львовского я видела в последний раз тогда, когда он заявился ко мне домой и оставил свой пиджак.
Почему я соврала? Я не знала. Предпочла не анализировать свои поступки. Голова нещадно гудела, и, к сожалению, толковых мыслей в ней не появлялось.
Сменив джинсы и свитер на строгие брюки, тунику и пальто, я вышла из дома.
Сестра уже звонила, требуя моего скорейшего появления.
— Думаешь, так ты подгадишь мне, если заставишь известного мастера ждать? — шипела Дашка.
— Я ничего не думаю! — возразила я. — У меня пса машина сбила. И я всю ночь провела в клинике рядом с ним.
— Меньше всего меня заботят твои проблемы! — рявкнула Дарья и бросила трубку.
— Да пошла ты! — пробормотала я, убирая свой сотовый в карман.
Мой древний гаджет нещадно «глючил». Но новый взамен тому, что Львовский расколотил о стену, я так и не купила. Однако эта проблема мне казалась самой мелкой из всех, что навалились на меня за последние дни.
Я была жутко уставшей, смертельно хотелось спать. Пришлось ловить такси, а не ждать подходящего автобуса. И как только перешагнула порог указанного Дарьей салона, сто раз пожалела о том, что ответила согласием на требование сестры.
Весь следующий час я, кажется, миллиард раз напоминала себе, что отца я все же люблю, как и бабушку. Ведь только из-за них я согласилась на весь этот фарс. Дарья захотела, чтобы у всех ее подружек были одинаковые платья. Но мне так и хотелось спросить: я здесь при чем?
Полностью игнорировала веселую болтовню сестры с ее подругами и колкие фразы, брошенные в мой адрес. Просто молча позволила швее надеть на себя платье и стояла, глядя в зеркало на то, как мастерица подгоняет его по моей фигуре.
Я с трудом пыталась не зевать. Сказалась бессонная ночь, проведенная рядом с Суми.
Дарья скрылась в примерочной кабинке, а я настолько отвлеклась от всего происходящего и погрузилась в собственные мысли, что не заметила, как в помещении появилось новое действующее лицо.
Мне повезло, высокую фигуру Львовского я увидела в отражении зеркала прежде, чем он посмотрел в мою сторону. И тут же юркнула в первую гостеприимно распахнутую дверь.
— Я мигом! В уборную! — пояснила я швее, прежде чем исчезнуть за поворотом.
Мои вещи остались в примерочной кабинке. Как и телефон. Я ни за какие коврижки не собиралась покидать своего укрытия. Не хватало еще, чтобы Роман увидел меня в таком виде: с обнаженной до самой попы спиной, с едва прикрытой грудью, и оголенным плечом. Красивая ткань скрывала лишь ноги до самых пят, зато верхняя часть туловища была буквально выставлена напоказ.
Я торопливо шагала по узким коридорам салона, шурша длинной юбкой, пока не наткнулась на небольшую комнатку с зеркалом во всю стену. Застыла, глядя на свое отражение. Мысли все испарились. И я даже не подумала, запереться изнутри. Просто стояла и смотрела на свое отражение, точно завороженная.
Незнакомка в изумрудном платье отвечала мне прямым взглядом. Небрежно собранные волосы на затылке подчеркивали тонкую шею. Несколько прядок выбились из пучка и касаниями дразнили обнаженное плечо. Щеки покрылись румянцем, а глаза — предательски блестели интересом. Глубокий вырез декольте не смог скрыть красного следа от жадного рта мужчины, который планировал свести меня с ума. Кажется. И перед мысленным взором калейдоскопом помчались яркие картинки.
Я настолько увлеклась воспоминаниями, что не расслышала тяжелых мужских шагов, преследовавших меня.
А когда поняла, кому именно они принадлежат, осознала, что нахожусь в ловушке.
Бежать некуда. Из комнаты, где я пряталась, не было выхода. Лишь тот, через который я вошла и который сейчас заслоняла высокая широкоплечая фигура Романа.
Львовский почти бесшумно переступил порог небольшой комнатки, в которой едва хватало места для меня и моего недошитого платья.
Мужчина, не сводя с моей фигуры тяжелого взгляда, осторожно провернул ключ, кем-то оставленный в замке.
Я поняла, что убежать от него не смогу. И дело даже не в том, что он преградил своей крупной фигурой путь к двери. Нет. Мужчина смотрел на меня настолько жадно и дерзко, что мое тело, точно под гипнозом, неподвижно застыло.
Неспрятанная тканью спина покрылась мурашками. Кожей и каждым нервным окончанием я чувствовала жар, исходящий от моего мучителя.
Роман молчал. Встал за моей спиной настолько близко, что я почти чувствовала ткань его пальто с капельками растаявшего снега на одежде.
Думала, Львовский, как и в прошлые наши встречи, набросится на меня, игнорируя все запреты и правила приличия, игнорируя то, что в нескольких метрах от нас его невеста примеряет свадебное платье.