Натализа Кофф – Право на страсть (страница 11)
Однако любопытство взяло верх. И я замешкалась в коридоре, обернулась, увидела, как Реми вынимает телефон из кармана брюк.
Молодой человек подошел к окну и не заметил меня. Однако я прекрасно не только видела Реми, но и слышала.
— Ром, никогда не просил. А сейчас позарез надо, — хрипло произнес Прохор, понизив голос, пару секунд он молчал, а потом добавил: — Помоги закопать одного мудака.
— Прохор! — возразила я, выдавая свое присутствие. — Не вздумай!
Реми повернул голову. Его взгляд был не просто странным, а абсолютно непонятным мне. Чужим и вместе с тем до боли знакомым.
За ужином Прохор трепался с моей мамой о всяких мелочах, поддерживал с папой разговор на тему бизнеса. Я втайне порадовалась, что родители не догадались о событиях, развернувшихся в гостиной.
Далее вечер прошел без происшествий. За исключением одного — за руль пришлось сесть мне. Пусть родители и уговаривали нас остаться на ночь, я все равно решила вернуться в город, сославшись на кучу дел.
Папа, кажется, одобрил кандидатуру Прохора на роль моего парня и жениха. По крайней мере, хранил молчание и не сыпал угрозами в его адрес. Я мало верила в удачу или в то, что отец вдруг понизил градус родительской заботы. Скорее всего, дело в той беседе, что осталась скрытой от моих ушей.
— Так о чем вы говорили с отцом в кабинете? — поинтересовалась я, уверенно управляя тачкой.
Реми, как и его старший брат, имел отличный вкус в отношении шикарных автомобилей. Кажется, эту он арендовал на период своего визита. Странный поступок, на самом деле. Выгоднее было бы мотаться на такси или попросить у Львовского машину с водителем. Но, как я уже поняла, Прохор был весьма гордым человеком и обращаться к брату по мелочам не торопился.
— Да так, о том о сем, — взмахнул Прохор рукой и лукаво взглянул на меня.
Я нутром чуяла подвох. И не ошиблась.
— У тебя презервативы есть? Тормозни рядом с аптекой! — подмигнул Прохор.
Я бы влепилась в автомобиль, притормозивший перед нами на светофоре, если бы не загорелся разрешающий зеленый, и движение не возобновилось.
—Ты охренел?! — рявкнула я.
— А что такого? Мы официально помолвлены. Твои родители невероятно счастливы, что у них будет такой замечательный зять! Имеем право отпраздновать! — широко улыбался Реми.
Я заставила себя сжать руки на руле, а не на шее пассажира. Мелькнула мысль, что Прохор намеренно подбрасывает провокационные темы, чтобы не раскрывать секреты о сути беседы с отцом. Однако я не смогла сдержаться и повелась на провокацию.
— Ты — беспринципный придурок, Реми! Я не собираюсь спать с тобой! — говорила я, да что уж там, кричала.
— Ты обещала греть мою постель, малыш, — ласково произнес Прохор и протянул руку к моей щеке. — У меня секса не было хрен знает сколько времени. Так и помереть можно. Разве тебе совсем меня не жаль?
— Я передумала, Реми! — в сердцах прокричала я, отталкивая мужскую ладонь от своего лица. — Я серьезно! Все отменяется!
— Да, конечно! — фыркнул Прохор. — Мой агент уже вписал свадьбу в список важных дел. Пиарщики готовят заявление в прессу. Поздно, Русенька, мы скоро поженимся.
— Фиктивно! — уточнила я. — Брак фиктивный!
— Разумеется, — белозубая улыбка не сползала с лица Реми. — А вот презервативы нам нужны настоящие.
Кажется, Прохор в моем взгляде прочитал угрозу своему здоровью, потому что моментально закрыл рот и перестал ослепительно улыбаться.
— Не проскочи поворот, — посоветовал молодой человек, а я мысленно считала до сотни и обратно.
Где взять нервы на общение с этим заносчивым типом? Жаль, что в аптеке они не продаются.
Прохор первым отправился в душ. Я ожидала от него подвоха, провокаций, словесных баталий, обнаженного тела, едва прикрытого полотенцем. Да чего угодно, только не пижамных штанов и сонной физиономии.
Реми вышел из ванной комнаты с влажными волосами, но зато удосужился вытереться. Однако больше всего меня удивило размеренное дыхание, доносящееся с правой стороны кровати, когда я вернулась из душа, облаченная в пижаму, наглухо застегнутую до самого горла. Я ждала, что Прохор начнет распускать руки, как только я улягусь под одеяло.
Но нет. Молодой мужчина глубоко дышал и крепко спал. Я аккуратно легла рядом, на свою половину кровати. Полумрак комнаты, разбавленный светом полной луны, позволял рассмотреть лицо Реми. Во сне он казался еще младше. И красивее.
Опасные мысли. Ненужные. Даже, пожалуй, запретные. Но от них никуда не деться.
Вздохнула, заставила себя перевернуться на другой бок и зажмуриться. Не знаю, как долго я пролежала, прокручивая в мыслях все события вечера, встречу с родителями, Владом, перепалки с Прохором. А главное — его поступок. И зачем он вступился за меня? Раньше только папа был моей опорой и защитой. Я привыкла считать, что могу положиться только на отца.
А сейчас, кажется, список моих защитников пополнился. Ощущения были странными.
Я находилась на грани сна и яви. Наверное, даже больше во сне. Однако ощутила легкое прикосновение широкой ладони к своей спине. Не настойчиво с потребностью обладания или в попытке разбудить. Легко, едва ощутимо. Но жар ладони я прекрасно чувствовала, даже сквозь ткань пижамы.
Прикосновения меня убаюкивали. И я окончательно провалилась в сон. Лишь самым краешком сознания поняла, что Прохор обнял меня со спины и тихонько выдохнул в затылок. Ночью я спала просто замечательно.
День свадьбы брата был, мягко говоря, сумасшедшим. Я и не представлял, что грозный и непробиваемый Роман Львовский способен нервничать. А все из-за невесты. Вернее, из-за ее опоздания на два часа.
— Она издевается! — шипел Рома, стараясь расстегнуть верхнюю пуговицу рубашки, не испортив при этом узла галстука.
Я пытался не смеяться над хмурым братом, но улыбка так и норовила прилипнуть к лицу.
— Если они не явятся через десять минут, я, млять, за себя не отвечаю! — грозился брат, вынимая телефон из кармана, бросил предупреждающий взгляд на чиновника, приглашенного для проведения церемонии, прорычал: — Стоять смирно и не двигаться!
Уже на протяжении двух часов гости, среди которых были и бабушка Ратти, и отец Романа, терпеливо ждали появления невесты. Для проведения торжества был арендован огромный зал, ресторан, забронированы номера для гостей и люкс для молодоженов. Все спланировано и продумано до мелочей. Кроме одного — опоздания невесты.
— Где? — рявкнул Роман, дозвонившись до личной охраны Раттаны. — На куски порежу, если вы не привезете Раттану через десять минут!
Я все же не выдержал и заржал. А что делать? Не каждый день вижу изрядно нервничающего брата.
Ромка был настолько занят телефонным разговором с охранниками, что не сразу заметил, как сквозь распахнутые двери в зал вошла красавица-невеста.
Белоснежное платье подчеркивало хорошенькую фигурку, а фата скрывала лицо, привнося в облик Ратти загадку и некое волшебство. Бесспорно, невеста была красива. Однако совсем не она завладела моим вниманием. А ее подружка.
Руслана шла следом, широко улыбалась и, как только поравнялась со мной, подмигнула.
Руки сами потянулись к ее талии. Ладонь коснулась спины. Мысленно застонал, когда вместо ожидаемой ткани наткнулся на обнаженную кожу.
Немного отстранился, окинул взглядом то, чего касалась ладонь.
Что сказать? Вся ткань платья ушла на переднюю часть и на шлейф, а вот на спину, плечи и рукава — не хватило. Твою же мать!
В брюках стало тесно. Да что там, не просто тесно, а невыносимо.
— Русенька, а что за гений шил тебе платье? — шепнул я, чуть склонившись к милому ушку.
— Себе такое же хочешь? — съехидничала девчонка.
Но ответить не успел. Церемония уже началась, пришлось молчать, слушать, подавать кольца, улыбаться, поздравлять брата.
Все шло отлично. И после регистрации начиналась официальная программа. Вечер открывал танец молодоженов. На душе было светло и радостно от того, что брат обрел свое счастье. И я понимал, как сильно он любит жену. Каждый жест и взгляд Ромы говорил лучше любых слов.
Но не только я внимательно следил за братом и его женой. Руслана так же наблюдала за танцующей парой. И мне вдруг показалось, что во взгляде Руси скрывается что-то большее, чем обычная радость за босса.
В ее глазах стояли слезы. А в моей голове родились странные мысли. Странные и ненужные. Совсем не к месту.
— Он ведь нравится тебе, — произнес я, пристально наблюдая за каждой черточкой красивого лица.
Я не спрашивал. Утверждал. Слишком теплым и нежным был взгляд Руси, обращенный на моего старшего брата.
— Он хороший человек, пусть и хочет казаться сволочью, — пожала обнаженным плечом девушка.
Понял, что свободная рука сжимается в кулак. А душу раздирают два желания: напиться и утащить Русю в один из номеров отеля, чтобы… Что? Заняться с ней сексом? Доказать, что она выбрала именно того брата? Доказать, что я — лучше?
Было трудно натянуть на морду свою лучшую, отточенную годами улыбку. Улыбайся, Тим Реми! Именно этого от тебя и ждут!
— Прохор Тимофеевич, если ты задержишься еще на минутку, то бармен тебя отравит, — уже не скрывая усталости, зевнула я.
Пятый час ночи. Реми, судя по всему, решил претендовать на звание «самый трезвый гость». И уже третий час подряд методично напивался, сидя за баром. Его пиджак был небрежно отброшен на соседний стул. Галстук развязан, а пуговицы расстегнуты почти до середины груди. Я была слишком уставшей, чтобы врать самой себе. А потому признавала: Реми был безбожно и непозволительно хорош собой.