Натализа Кофф – Попробуй уйти (страница 2)
Она не торопилась.
Слышала, как в коридоре все еще торчит человек Злого.
Рано. Нужно ждать.
Смерть дьявола должна была выглядеть, как несчастный случай.
Естественная смерть. Но род Умаровых будет знать, от чьей руки сдохла эта сволочь.
Ника сделала шаг к мужчине.
Злой слегка качнулся вперед. Не сводил с нее глаз.
И теперь, оказавшись ближе, Ника смогла рассмотреть глаза дьявола.
Человеческие. Не черные, со змеиными зрачками, как о нем говорили. Обычные глаза. Как у многих.
Девушка не разрешала себе волноваться. Нельзя сейчас.
Она готовилась больше года именно к этому моменту. И упускать его не собиралась.
Ладонь плавно поднялась к волосам. Ника вынула шпильку из скрученного на макушке пучка.
Длинные пряди змейками заструились по плечам и спине.
В глазах дьявола появился огонек одобрения.
Мужчина не дождался, пока Ника подойдет достаточно близко, чтобы сесть к нему на колено.
Выбросил руку вперед, огромной ладонью накрыл девичье бедро. Ощутимо сжал.
Даже через кожаный плотный комбинезон, что сидел на Нике точно вторая кожа, она ощутила силу его пальцев.
Жадных, пошлых.
Ника с трудом сдержала порыв, чтобы не отпрянуть подальше.
Почувствовала себя грязной. Руки дьявола были испачканы кровью. И эту кровь она явственно ощутила на себе.
***
— Расстегни! — очередной хлесткий и грубый приказ, не терпящий возражений или отказа.
Беспрекословное повиновение — вот чего требовал Злой от всех, кто его окружал.
Ника подчинилась. Левой рукой поддела молнию. Та разъехалась в стороны.
Кожаный лифчик прятал грудь от глаз врага. Ника тайком усмехнулась.
Должно быть, Злой ожидал полное отсутствие белья под такой развратной одеждой.
Смертельно опасная шпилька уже была наготове. Одного молниеносного удара было достаточно.
Куда? Никто ведь при вскрытии не должен обнаружить входное отверстие.
Мужские голоса в коридоре не стихали. Двери кабинета оставались приоткрытыми.
Когда дьявол начнет умирать, то будет делать это шумно. Яд парализует дыхательные пути. Мужчина начнет хрипеть. Прибежит охрана, свидетели.
Так не пойдет.
Ника выдавила улыбку. Постаралась сделать так, как учила бабушка. Мужчины любят, когда в глазах женщины сквозит обожание и восхищение.
Пусть думает, что ее все устраивает.
Ника плавно качнулась вперед.
Дьявол усмехнулся.
— Как зовут? — его голос звучал рвано.
— Моника, — ответила тихо, шепотом.
— На колени, — приказал на выдохе.
Ника и к этому была готова. Именно там, в области паха, след от укола был бы менее заметным. Оставалось все сделать правильно.
Чертов цепной пес! Почему он никуда не уходит?!
Ника слала тысячу проклятий Лешему. Он же никогда не торчит в доме хозяина дольше положенного. Умарова это знала.
А здесь, какого-то черта, все еще не ушел!
Ника послушно скользнула вниз. Игла холодила пальцы правой руки. Внушала уверенность. Все получится. Нужно только подождать.
А ждать Ника умела.
Встала на колени, по приказу. Мужские бедра раздвинулись шире. Сам дьявол откинулся на спинку кресла.
Ника заставила себя прижать ладонь к мужской ноге, надавить пальцами, сдвинуть ладонь по гладкой ткани брюк выше, к ширинке.
Он ждал. Смотрел на нее из-под полуприкрытых век. Тяжелым, неподъемным взглядом.
Ника терпела, пусть и было неуютно. Впервые она прикасалась к мужчине вот так, откровенно и с явным подтекстом.
Хотелось подскочить на ноги, ударить, расцарапать лицо.
Колоссальным усилием воли Ника оставалась в прежней позе.
На коленях перед кровным врагом.
Но не сломленная. Никогда!
— Жестче! — прорычал новую команду Злой.
Ника потянула за молнию. Кончики пальцев чувствовали твердую плоть.
Ника боялась покраснеть, и этим выдать свое волнение и неопытность. Хорошо, что на лице тонна косметики. Тщательный грим фактически маскировал ее черты. Прятал родимое пятно на подбородке и тонкий шрам на щеке.
Умарова не показывала свое отвращение, когда твердая ладонь легла на ее затылок и надавила.
Все, дольше тянуть нельзя.
Ника сжала пальцами дротик. И уже готова была ударить.
Одного короткого движения хватит. Ника это твердо знала. Возможно, Дьявол и сам не заметит ничего.
И вдруг Злой странно захрипел.
Ника вскинула взор.
Мужское лицо побледнело, ладонь взлетела к центру груди.
Девушка замешкалась.
Нет, так ее яд не действует. Да и не успела Ника воспользоваться своим тайным оружием.
— Дура! Чего творишь?! Видишь, плохо человеку! — взревел Леший, врываясь в комнату.