Натализа Кофф – Нулевой отсчет (страница 21)

Не дожидаясь ответа, он подхватил меня на руки, и понес из кухни. Я звонко рассмеялась. Всегда мечтала, чтобы меня носили на руках. А если это делает мой любимый мужчина – верх блаженства.

В спальне не было света, но сквозь не зашторенное окно пробивались первые лучи восходящего солнца. Положив меня на кровать, Антон встал рядом на колени. Осторожно прикасаясь к моим ногам принялся стягивать с меня оставшуюся одежду. В сторону первыми полетели носки. Потом джинсы. Я осталась в нижнем белье.

– Не честно, – сказал я, когда увидела, что он, сняв свои брюки, прилег рядом, – Снимай все!

Не замечала я за собой столько смелости раньше. Или безрассудства?

– Уверена? – с сомнением спросил он, нехотя отстраняясь от меня. Я согласно закивала. Он опять думает о своих шрамах! Нужно раз и навсегда ему объяснить, что они меня не волнуют. Вернее волнуют, они же часть его самого. Но во мне нет ни ужаса, ни отвращения, только безграничная нежность и гордость за любимого, пережившего столько боли в прошлом.

Ухватившись за края его футболки, принялась ее стягивать. Он послушно поднял руки вверх, позволяя себя раздевать. Я, изловчившись, опрокинула его на спину. Села сверху. Наклонившись, крепко поцеловала его в полураскрытые губы.

– Думаешь, я сомневаюсь? – между поцелуями спрашивала я, – Думаешь, меня отталкивают твои шрамы?

Он нервно сглотнул, ожидая, что же будет дальше. Я начала целовать его шею, постепенно спускаясь ниже. Антон слегка повернул голову, так, чтобы мне было удобнее целовать его. Его ладони поглаживали мою спину, бедра, слегка сжимая. Добравшись до одного из его шрамов, я нежно прикоснулась губами, провела языком. Он вздрогнул.

– Ты сводишь меня с ума, – прохрипел он, подтягивая меня ближе к своему лицу и целуя.

– Мне можно гордиться? – хитро спросила я, опять спускаясь ниже. Немного отклонившись, посмотрела на шрамы на его груди. Работы непочатый край. Я хотела прикоснуться к каждому шраму, поцеловать каждый, чтобы у него больше не было сомнений в моих словах.

– Я так долго не выдержу, – простонал он, останавливая меня. Я рассмеялась. Через секунду оказалась лежащей на спине. Антон навис сверху, не позволяя мне дотрагиваться до него, – Потом, честное слово потом. А сейчас я поведу, ладно?

Я хотела ответить, но слова застряли в горле, когда его губы коснулись моей груди. И как он так быстро сумел стянуть с меня лифчик?

– И как ты так быстро? Годы тренировок?

Он на секунду замер, посмотрев в мои глаза. Прижавшись своим лбом к моему, прошептал смущенно:

– Все это в прошлом. Чувствую себя школьником, если честно, – и спрятав голову в подушке, тихо добавил, – Я два года не «тренировался». Так что годы воздержания, а не тренировок. Боюсь тебя разочаровать…

– А я тебя…, – в ответ прошептала я.

– О, это исключено, у меня от одного взгляда на тебя сносит крышу, так что вряд ли.

– Такая же фигня, – рассмеялась я, поглаживая его спину и спускаясь ниже, «случайно» задевая резинку боксеров и стаскивая их.

Он глубоко задышал, секунду смотрел на меня. Я прикрыла глаза, наслаждаясь прикосновениями. Его губы целовали меня, спускаясь ниже. Он, привстав на колени, раздвинул мои ноги. Я подчинилась. Почувствовала его пальцы на внутренней стороне бедра. Легкие нежные порхающие движения, сводящие с ума. Я прерывисто задышала. Воздуха не хватало, я судорожно цеплялась за его плечи. Почувствовала его губы, повторяющие движение пальцев.

– Такая страстная. Такая моя! – его голос сбился, стал похожим на глухой сип.

– Любишь меня? – тихо спросил он. Господи! Что за вопрос?!

– Люблю, – простонала я, чувствуя, как его язык, сделав несколько круговых движений, поникает внутрь, – Люблю, – прохныкала я, изгибаясь.

Его руки были повсюду, принося неземное наслаждение, язык не прекращал двигаться. Я почувствовала, как комната начала вращаться. Вцепилась пальцами в его волосы.

– Пожалуйста, – простонала я, не зная, чего требую. Услышав глухой то ли стон, то ли рык, почувствовала, как его тело накрывает мое.

– Сейчас, – прошептал он, осторожно входя в меня, – Ты такая узкая, я не могу причинить тебе боль, – простонал он, останавливаясь.

Я поняла, если он не продолжит, умру. Обхватив его талию ногами, резко подалась вперед. Услышала его протяжный стон.

– Если еще раз остановишься, я тебя побью. Меня Дуся научила нескольким приемам! – толком договорить мне не позволили властные губы, впившиеся в меня поцелуем. Я замерла, почувствовав оглушительную боль. Я прерывисто задышала. Антон не двигался, продолжая целовать меня.

– Все, уже прошло, – тихо сказал он, осторожно убирая с моих щек одиноко скатившуюся слезинку. Антон продолжал нависать сверху, боясь пошевелиться.

– Прошло, – сказала я, осторожно двигая своими бедрами. Услышала глухой сдавленный стон. Ласки водопадом обрушились на мое тело. Боль ушла на задний план, оставив только отголоски после себя. Когда он начал двигаться внутри меня, про боль я уже не вспоминала. Судорожно хватаясь за его плечи, чувствовала его силу и любовь. Он что-то шептал мне на ухо, слов я уже не понимала, чувствуя, как меня накрывает волна. От макушки до кончиков пальцев ног. Я захныкала, тело само начало двигаться в такт ему. Крупная дрожь сотрясла меня, я откинув голову на подушку, прижала его голову к себе, закрывая глаза. Через секунду, сквозь пелену страсти, почувствовала его содрогания внутри. Последнее что я услышала прежде чем отключиться – его глухое протяжное рычание. Мой Дог!

Очнулась от того, что Антон накрыл меня одеялом. Осторожный нежный поцелуй в висок.

– Ты как себя чувствуешь? – тихо спросил он, устраивая свою голову рядом на подушке. Я повернувшись к нему, еле-еле смогла приоткрыть один глаз.

– Как после занятий любовью с любимым человеком? – осторожно предположила я. Он довольно рассмеялся, потянувшись как огромный довольный котяра.

– Люблю тебя, – тихо прошептал он, осторожно убирая прядку волос с моего лица. Я удовлетворенно вздохнула. Положила руку на его грудь, начала лениво поглаживать кубики пресса.

– Два, четыре, шесть? – посчитала я, касаясь его живота, – А у меня один, но большой куб! – похвасталась я.

– Честно? Дай посмотреть! – рассмеялся он, проводя рукой по моему животу. Резко наклонившись, провел языком от груди до самого низа живота, – Точно, один, но такой сногсшибательный!

Я счастливо рассмеялась. Антон лег обратно на подушку. Потянувшись к прикроватной тумбочке, достал пачку сигарет.

– Не против? – тихо спросил он. Я неопределенно пожала плечами. Он затянулся, – Я самый счастливый человек на всей планете, – сказал он, после очередной затяжки.

– Да? Это у тебя такие сигаретки «волшебные»? – со смехом спросила я.

– Глупая! Это у меня такая девушка волшебная!

Я потянулась к его руке, в которой была зажата сигарета. Осторожно взяв ее, поднесла к губам. Боже, сто лет не курила!

– Это что за новости?!! – возмутился Антон. Я повернула голову в его сторону, вопросительно подняв брови.

– Всегда мечтала покурить после секса, – улыбнулась я.

– Я те дам! Покурить она мечтала! Чтобы больше не видел! Ясно? – забрал он сигарету у меня.

– Ты же тоже вроде бы не куришь, – сказала я.

– Ну да. Но тебе вообще нельзя! Не хватало еще, чтобы мать моих детей портила себе здоровье никотином!

– Ой, какие мы грозные! – испугалась я, стараясь привести мысли в порядок. И что вообще означает фраза «Мать моих детей?», – Это типа ты и я… мы… у нас…

– Любимая, только не говори мне, что ты думала, что у нас все несерьезно! – я уставилась на него как на явление Христа народу, ну или на инопланетянина, на худой конец, – Я хочу от тебя детей. Минимум троих, а максимум как получится. Так что предупреждаю, быть тебе беременной. А также замужней. Все, детка, хана, добегалась. Быть тебе Догелевой! – счастливо вздохнул он, – Догелева Каролина Эдуардовна! Мне нравится, как звучит, а тебе?

Я уставилась на него с открытым ртом. Антон рассмеявшись, осторожно прикоснулся к моему подбородку.

– Надеюсь это означает «да»? – не дожидаясь моего ответа, продолжил, – После гонок поедем к моим. Хочу тебя познакомить с предками. Они у меня продвинутые, тебе понравятся. А ты им. Не сомневаюсь!

– Точно? – просипела я, лихорадочно соображая.

– Точно, точно. Они нас с братом уже лет пять не могут женить. Ждут не дождутся. А при слове «внуки» у них окончательно сносит крышу. Так что да, ты им понравишься!

– Обалдеть, – прошептала я, – Ну раз ты все решил, когда свадьба то?

Антон приподнявшись на локте, посмотрел на меня. Во взгляде было столько неуверенности. Я поняла, что вся его сказанная минуту ранее речь, старательно скрывала неуверенность.

– Ты согласна? – тихо спросил он, осторожно прикасаясь к моему лицу. Я повернув голову, поцеловала его в раскрытую ладонь, – Согласна быть со мной всегда и терпеть мои заскоки?

– А также рожать от тебя детей и быть самой счастливой женщиной на земле? Как от такого предложения отказаться? – тихо прошептала я.

Антон счастливо засмеялся. Притянул меня к себе на грудь, спрятал лицо в моих волосах. Через несколько секунд почувствовала, как он тянется за джинсами. Я удивленно наблюдала за ним. Антон достав телефон, набрал номер. Через несколько гудков ему ответил женский голос.

– Привет! – радостно проговорил Антон, поглаживая мою спину, – Не спите еще? Это хорошо. А папа далеко? Нет? Отлично! Мам, я женюсь! Ага, ну конечно познакомлю. Через несколько дней все вместе приедем. Да, и Никита тоже. Какая она? – Антон посмотрел в мои глаза, от смущения и шока я спрятала лицо на его груди, – Мам, она потрясающая! Как звать? Удивишься. Каролина. Угу, она самая. Мам, ну что ты начинаешь. Ну вот такой у тебя сын тугодум. Какого уж воспитали. Внуки? Пока нет, но скоро, надеюсь, будут! Ладно, спать хочу! Да только лег. Мам, ну что за вопросы? Да, передам. Не забуду. И ей передам. Да вот смотрю на нее. А она? Смущается! Только чего, не понятно. Ну она просто с вами еще не знакома. Ладно, Папе привет.